Во власти Короля Мёртвых - Мэллори Бенджамин Страница 55

Я покачал головой.

— Мой ход. Ты сказала, что не можешь бежать, почему?

— Потому что это мне не поможет, — ответила она.

Я уставился на неё, пытаясь понять, что, чёрт возьми, это значит. Это только подтвердило, что у неё происходит что-то ещё, так и должно быть.

— Я единственный дракин с магией воздуха, — ответил я на её последний вопрос. — Крепито редки. Никто не знает почему. Драконы не живут в МонКлеме. Хотя они приходят и уходят, когда хотят, они живут выше в горном проходе с другими несоединёнными драконами. Мы не знаем, потому ли, что Крепито мало, или им просто не нравится соединяться.

— Твой дракон не сказал тебе этого? — спросила она.

Я усмехнулся, прежде чем покачать головой.

— Нет. Мы общаемся, но не так, как люди. — Я наблюдал, как она играет с краем своего стакана, всё ещё не делая глотка. — Как ты взобралась на Утёсы Сенит? — спросил я.

— С ножом. — Её палец замер над стаканом. — Какую магию имеют чёрные драконы? Ты сказал, есть два манипуляционных, и серые управляют металлом, так что делают чёрные?

— Ты ничего не упускаешь, да? — Я не мог сдержать улыбку. Её глаза метнулись к моему рту, к движению, затем задержались на моей верхней губе, на том кусочке плоти, которого не хватало.

— Чёрных драконов называют Атерами, — сказал я. — У них психическая манипуляция.

— Психическая? Что это значит?

— Никто точно не знает, потому что после войны на Варготи не было ни одного дракона Атера, который пришёл бы соединиться. — Я откинулся на спинку стула. — Нолли — твоё настоящее имя?

— Да, — сказала она, её голос повысился на октаву. — Почему ты думаешь, что это могло быть что-то ещё?

— Потому что ты замешкалась, когда я спросил тебя, как тебя зовут, и в тот момент, когда ты сказала «Нолли», это, — я указал на её лицо, — было именно такое выражение.

— Это моё имя, — сказала она. — Меня им просто давно не называли. Кто-нибудь ещё знает, что у дракинов есть магия?

— Нет, — ответил я после паузы, наблюдая за едва уловимыми изменениями в её движениях при моём ответе. — Кроме дракинов, знает только король Элион, поэтому я и просил тебя никому не рассказывать, — добавил я. — Все, кто приходит на Варготи, знают, что существует связь между наездником и драконом, но никто не знает, что она даёт нам доступ к их силам.

— Зачем ты сказал мне?

Я долго молчал, не зная, сколько я хочу ей рассказать.

— Не знаю, — наконец решил я. — Не могу объяснить, но я просто чувствую, что могу тебе доверять.

Её лицо побледнело, и она немедленно посмотрела вниз на стол. Я наблюдал, как она сглотнула дважды, прежде чем её пальцы начали лихорадочно ковырять дерево на столе.

— Кроме того, — добавил я, полностью осознавая, насколько я заставил её нервничать, — ты уже это видела, и я не думаю, что ты настолько глупа, чтобы поверить в какую-либо ложь, которую я бы рассказал.

Это заставило её фыркнуть.

— Спасибо, наверное.

Я сделал ещё один глоток из своего бокала, наблюдая за ней из-за края, пока её взгляд наконец снова не встретился с моим.

— Ты когда-нибудь приводил сюда кого-то раньше? — спросила она.

— Ты не умеешь соблюдать очерёдность, — улыбнулся я, наблюдая, как её щёки заливаются румянцем.

— Ох. Точно.

— В Морианне был кто-то, с кем у тебя были отношения? — спросил я. — Вроде романтических?

Я кивнул, но чувствовал, что не могу дышать, ожидая её ответа.

— Нет.

— Нет, — повторил я слово, отвечая на её предыдущий вопрос, хотя не мог избавиться от ощущения, что она лжёт.

— Нет чему?

— Нет, я никого сюда не приводил, — сказал я.

— Значит, ни с кем у тебя нет отношений? — Она вернула мне мой вопрос.

Я покачал головой, а затем перешёл к своему вопросу.

— Твоя Метка… — В тот момент, когда я сказал это, у неё перехватило дыхание, словно она готовилась к тому, что я собираюсь спросить. — Всё, что случилось, чтобы она проявилась, — осторожно сказал я, — это поэтому ты сбежала из Морианна?

— Я… — начала она, затем остановилась.

— Ты не обязана отвечать, если не хочешь, — перебил я. Последнее, чего я хотел, — это чтобы у неё случился новый приступ паники, подобный тому, что был в борделе, но я не мог не задать вопрос. Это было похоже на наваждение, словно мне нужно было знать, почему она ушла, почему она думала, что не может бежать сейчас.

Мне нужно было знать, через что, чёрт возьми, она проходит, чтобы я мог это исправить…

— Почему ты хочешь знать? — Её спина выпрямилась, когда она пошевелилась на стуле. — Ты пытаешься выяснить, почему я ушла, чтобы донести Элиону?

— Нет. — Я поставил свой бокал, уже желая, чтобы в нём было больше. Я провёл пальцами по лицу, затем издал короткий смешок. — Чёрт, если бы Элион узнал, что ты у меня здесь, он бы содрал с меня кожу заживо.

Что именно он и сделает в ту же секунду, как Кэш расскажет ему, что случилось. Я знал, что этот придурок не упустит возможности публично меня опорочить.

— Значит, король Элион не приказывал тебе следить за мной?

— Нет, Нолли.

Она посидела мгновение, её дыхание участилось.

— Тогда зачем тебе знать?

Моя рука упала с лица. Она была такой, блядь, скрытной, что это разъедало меня изнутри, гадая, что, чёрт возьми, с ней случилось, что сделало её такой.

— Мне любопытно, — сказал я. — Я видел спуск с утёсов и знаю, что не многие готовы рисковать своей жизнью, чтобы взобраться на него.

— Почему… — начала она, затем сглотнула. — Почему тот человек был в борделе? Тот, который вытащил меня?

— Потому что я попросил его следить за тобой. Я видел, как ты вышла из Купола с Кэшем, а он, блядь, подонок. Я не доверяю ему.

— Почему тебе не всё равно? — спросила она, её голос был таким тихим, и она не смотрела на меня.

— Понятия не имею, — сказал я, хотя знал, что это ложь. Глубоко внутри я знал, что происходит между нами, но я был слишком труслив, чтобы признать это. — Я не могу перестать думать о тебе, — сказал я, говоря ей некоторую правду, — я даже не знаю тебя.

Затем я встал, не желая ввязываться в этот разговор. Это было слишком опасно.

— Я могу отвезти тебя обратно в замок, если хочешь. Я не могу обещать, что Кэша там не будет, но я могу сделать так, чтобы он не заходил в твою комнату.

Я хотел, чтобы она осталась здесь, но если