Пара для Лэнса - Шарлин Хартнеди Страница 53

— Я всё ещё думаю, что ты ошибаешься, — женщина должна ошибаться. Просто не было никакого способа.

Бекки встала.

— Используй это, не используй его. Лэнс через многое прошёл. Он только начинает выбираться из ямы, в которой был, и я не хочу видеть, как он снова в неё попадает. Более того, я не хочу, чтобы ты или кто-то ещё пострадал, когда он снова перейдёт грань. На этот раз пути назад может и не быть.

Должно быть, она преувеличивала.

Бекки взглянула на часы.

— Как раз вовремя, — она постучала по циферблату своих часов и понимающе улыбнулась.

Раздался стук в дверь.

— Войди, — Бекки закатила глаза.

Вошёл Лэнс. Его плечи были напряжены, а челюсть сжата. Его взгляд смягчился в тот момент, когда остановился на ней. Эмбер почувствовала, как что-то внутри неё изменилось. Этого не могло быть, но это было так. Она видела, как заметно изменилось его поведение. Она придавала этому слишком большое значение. Как и Бекки.

— Как я и говорила… — Бекки натянула латексные перчатки. — Будь очень спокойна в течение следующих двадцати четырёх часов. Не стесняйся звонить мне, если тебя что-то беспокоит, — она многозначительно посмотрела на Лэнса.

Бекки потянулась к руке Эмбер, той, к которой всё ещё была подключена к капельнице. Она осторожно сняла ленту с иглы и высвободила её, прижимая комок ваты к маленькому кровоточащему пятнышку.

Верхняя губа Лэнса приподнялась, когда он обнажил клыки. Он выглядел сердитым, его взгляд был прикован к её руке. Его руки были сжаты в кулаки. Бекки была неправа. Так и должно было быть. Он чувствовал ответственность. Вот и всё.

— Надави, — она жестом велела Эмбер взять на себя давление на вату.

— Под «спокойна» я подразумеваю отсутствие секса, — она снова многозначительно посмотрела на Лэнса, чьё лицо было непроницаемой маской. — Твои лекарства здесь, — Бекки посмотрела на Эмбер, но протянула Лэнсу бумажный пакет. — Новый автоматический инъектор и рецепт на антигистаминные препараты. Всё помечено. Я снова увижу вас завтра для дальнейшего обследования, — она вернулась с небольшим кусочком пластыря, который наклеила на ватный шарик. — Позвони мне, если тебя что-то беспокоит. Я организую инвалидное кресло.

— В этом нет необходимости, — голос Лэнса был глубоким. — Я понесу Эмбер.

— Ты не…

— Я настаиваю, — сказал он, обрывая её, и это было окончательно. — Кроме того, она останется со мной в моей комнате.

Она заметила, как Бекки прикусила нижнюю губу, пытаясь скрыть улыбку. Эмбер встретилась взглядом с Лэнсом.

— С моей комнатой всё нормально, я…

— Нет! — заявил он грубо и отрывисто. — Моя комната ближе к медицинской. Это не обсуждается. Ты останешься со мной, пока не получишь стопроцентную справку о состоянии здоровья.

Бекки небрежно пожала плечами.

— Он прав. У тебя мог бы быть ещё один эпизод. Известно, что он может случиться и через несколько дней.

Эмбер пристально посмотрела на своего врача.

— Со мной такого раньше никогда не случалось.

— Хотя это может случиться, — настаивала Бекки, приподняв брови.

— Я сомневаюсь в этом, — настаивала Эмбер. — У меня есть ЭпиПен, так что я уверена, что со мной всё будет хорошо.

Лэнс так сильно сжал челюсти, что она действительно услышала, как скрипнули его зубы.

— Эмбер, — он прорычал её имя так, что волоски у неё на руках встали дыбом, а сердце забилось быстрее. В его голосе было что-то вроде «не шути со мной», что заставило её захотеть немедленно подчиниться.

— Ладно. Отлично, — она подняла руку. — Ты победил.

— Я договорился взять следующие несколько выходных.

— Тебе не нужно…

— Всё готово, — он сердито посмотрел на неё, его глаза впились в её. Затем, просто так, они смягчились. — Это всё моя вина, поэтому я должен поступить правильно, — он одарил её полуулыбкой.

— Моя работа здесь закончена. Увидимся завтра, — Бекки подмигнула Эмбер. Подмигнула. Она также одарила её понимающей улыбкой. Слегка покачав головой, она взяла папку. — Увидимся завтра. И Лэнс? — все выражение её лица было наполнено юмором. — Перестань быть такой собственником и властным. С Эмбер всё будет хорошо.

Он бросил на неё угрюмый взгляд.

— Вряд ли. Эмбер — моя женщина… — его взгляд метнулся к полу, а затем обратно к Бекки. — Мы встречаемся, и это отношения. Мне позволено реагировать таким образом. Человечка чуть не умерла. Тебя не было рядом, когда она теряла сознание.

Бекки пожала плечами.

— В чём-то ты прав… я полагаю, — затем она вышла из комнаты.

Примерно через полминуты Лэнс втянул в себя воздух.

— Не слушай её. Она намекает, что у меня есть чувства к тебе, которые заставляют меня действовать иррационально, — он встретился с ней взглядом. — Я чувствую ответственность. Мне не нравилось видеть тебя такой. Хотя ничего не изменилось. Я буду заботиться о тебе, чтобы ты могла поправиться, — Лэнс сделал паузу, наблюдая за Эмбер. — Я с нетерпением жду возможности снова оказаться внутри тебя. Услышать, как ты выкрикиваешь моё имя. К ощущению, как твоя чертовски тугая киска сжимает меня. Я не могу обладать тобой, пока тебе не станет лучше, — его глаза сузились. — Я всё тот же мудак, которым всегда был. Не принимай мои действия за проявление привязанности. Ни черта не изменилось. Ты ведь понимаешь это, не так ли?

Эмбер кивнула, слишком напуганная, чтобы заговорить. Почему у неё возникло ощущение, что он слишком старается убедить её? Убедить их обоих.

— Хорошо.

Лэнс поднял её и притянул к себе. Казалось, его нос зарылся в её волосы. Как будто он вдыхал её запах или что-то в этом роде. Она почувствовала лёгкое, словно пёрышко, прикосновение к своей щеке. Его губы. Он поцеловал её. Это было полной противоположностью его словам.

Чёрт. Её врач ошиблась. Она должна была.

Глава 17

Два дня спустя

Лэнс поставил стакан молока и несколько печений на кофейный столик у её ног. Домашнее зефирное печенье с шоколадной крошкой.

Эмбер с трудом подавила стон. Они восхитительно пахли и выглядели ещё лучше.

— Что бы ты хотела, чтобы я заказал на ужин? Стейк? Пиццу? — он перегнулся через спинку дивана, полностью сосредоточившись на ней.

— Тебе нужно остановиться, — Эмбер покачала головой. — Я в порядке. Ты слышал Бекки. Я снова в норме. Ты можешь перестать со мной нянчиться.

После ухода из медицинского центра Лэнс привез её к себе