Исцеление любовью - Снеталия Морозова Страница 52

Мужчины замерли.

- Всё обошлось, расслабьтесь. Аглая какая стала, а! Жду её. Еще и истинные у неё какие.

- Ну да, Аглая - красотка! – подтвердил демон.

Я затихла и как двинула локтем в бок муженьку рогатому.

Он хрипло закашлял, и как начал хохотать, а потом ржать, за ним Белогор.

Лежат, ржут.

Я стала вылазить из кровати, меня тут же синхронно уложили опять.

- Спелись! Синхронное плавание прям! Отвалите!

Попыталась снова уйти, меня придавили уже сильнее.

- Ты поймёшь когда-нибудь, ведьма, как я люблю тебя. Как искал во всех мирах, как готов идти за тобой в самый ад, ты поймешь, Зеленоглазка. А пока, ревнуй, это так весело.

- Ага, очень весело, - вытирая слезы, говорил владыка.

Я размякла. Я их любила и знала, что они любят меня, да.

Утром упросила Маришу обряд провести позже, когда Аглаю выпустят из сексуального плена её муженьки, которые уже, наверное, и не ожидали, что встретят свою пару. Да еще и ведьму…

В один из вечеров мы решили дом Белогора достроить: снести одну стену, добавив еще комнат, скоро ведь пополнение. Влад свой особняк начал переоборудовать под своего рода Комитет Безопасности, объявив о наборе боевиков, сыщиков, дознавателей. Блэк его переносил по требованию, как на работу.

Вышку смотровую снесли, демон установил маячки, которые реагировали на чужого. Ждали Гора и его решение про кузню. Влад не любил суету и скопление народа, поэтому Белогор с каждой семьёй поговорил, предлагая вернуться в стаю, как когда-то все оборотни жили. При дворе владыки остались лишь повара Сарп и Ханна, Мариша.

Рубиля и двух братьев-оборотней Влад принял на работу в первый же день, предлагая хорошее жалование.

- Я когда-то в доме жил один, я тоже не люблю суеты, как ты, Влад, это обротни живут в стае, ко мне приходили за советом, я много гулял в лесу, смотрел за порядком. А потом из-за проклятья многое не мог делать быстро и в одиночку, и оборотни сами стали перебираться, начали жить рядом со мной, помогая…

Через десять дней после боя в ворота зашла Аглая со своими истинными оборотнями Даркафом и Гором. Они все "светились" от счастья, излучая любовь.

Мы завтракали вшестером, когда они вошли. Я побежала. Мы обнялись с Аглаей. Так и стояли у ворот несколько минут. Потом просто молча пошли в лес, взявшись за руки.

- Блэк! – покрутил головой Влад.

Фамильяра не приходилось звать, он и так от меня не отходил.

- Мы пошептаться! Недалеко! – крикнула я, обернувшись.

Аглая тоже оглянулась, улыбнулась своим.

Я её не узнавала.

- Аглая, не молчи ты!

- Стеша!

Она обняла меня крепко и зарыдала. Я не ожидала. Держала её за плечи, ждала.

Мы сели в траву, в тень, облокотившись на ствол дерева.

- Я всё вспомнила, Стеша, я жила здесь.

- И я жила здесь, я тоже вспомнила.

- Ты Сурия, знаю.

Она замолчала, всхлипнула и начала говорить.

- Стеша, я убила трёх демонов в прошлой жизни.

- Знаешь, такого, кого убил Влад, демона Зла, например, и примочить не жалко.

- Ты ведунья сильная, ты поняла сразу, в чем наша суть, мы не убийцы, мы никогда через зло не решаем, мы не караем, не в этом наша сила. Наша суть, наша истина, наше знание в…

- Любви, - я тихо продолжила.

- Да, милая, да. Через доброту, через исцеление, через любовь к жизни и к живущим мы живем.

Аглая опять заплакала. Я знала эти слезы, это слезы осознания, понимания, знаний. Это когда приходит к тебе истина - ты чистишься, исцеляешься.

- Аглая, ты исцелилась?

- Да. Но мой путь был долог, очень долог. Я копила в себе месть, она очень долго во мне жила. Демон изнасиловал мою несовершеннолетнюю сестру, Мара была еще не инициирована, она умерла. Я прокляла его на адские боли, на уродливое тело, на мужское бессилие. Он медленно умирал, его кости и органы плавились, он не мог не только насильничать, он с болями мочился. Демон этот умирал двадцать лет, умоляя дать ему покой. А я не давала... И мне было мало, я прокляла еще двух демонов, которые силой брали ведьм.

Ушла из этого мира с местью, грустью, злостью, обидой. Воплотилась на Земле. Мне попался отец-насильник, которого я ненавидела, тоже хотела убить за то, что он бил маму. Мне жизнь давала шанс, а я не видела, не могла быть доброй, не могла любить людей. И только, когда я сама физически пострадала, когда мои кости плавились, лицо не могло улыбаться, тело не могло даже ходить, глотать, ничего Стеша…Только тогда я малюсенькими шажками стала исцеляться. Не физически, нет. Я медленно шла к себе, к настоящей ведьме. Я шла к любви, которая так скрылась внутри меня, спряталась, была такой маленькой, как жемчужинка в раковине.

Я просила прощения искренне у отца, у тех мужчин-демонов, что шли своим путем…своим…Отмолив родителей искренне, отмолив жалость к себе, отмолив свою злобу, я стала потихоньку влюбляться в жизнь, видеть в ней хорошее. Только когда я по-настоящему полюбила жизнь, появилась ты. А потом Владислав. Как только я пристроила все средства Владислава, моё сердце остановилось на Земле, давая жизнь ведьме, возвращая меня домой.

Аглая с самого начала была загадкой, да. Я выдохнула.

- Стеша, я поняла, наши враги или те, кто нас обижает - это наши учителя. Все в жизни проходят какие-то испытания, и только ты сама решаешь, будешь страдать или учиться. Я выбирала страдать. Страдать в своей обиде, злости, тоске, горе - долго, мучительно, бесполезно. Если жить в грусти, в печали, в тоске и в злости, то и получаешь то, что проецируешь внутри. Я не думала понять, разобраться, исправить, извлечь урок, в своей злости я сама становилась злом…для самого близкого человека…для себя. А когда я поняла, что это урок жизни, и как в школе, получив «2», надо понять, разобраться, исправить, так и в жизни надо понять, для чего это дано, решить задачку - простить, отблагодарить за урок. У страдающего всегда внутри сидит страх. Страх - это значит бояться жить, потому что опасно. И только проснувшись с улыбкой внутри, стало происходить чудо исцеления. И я выбрала улыбнуться новому дню, солнцу, жизни и стала делать это каждый день, не вспоминая плохое, не переживая его заново, не пережёвывая