Мой любимый деградант - Лидия Орлова Страница 52

- А Тиму он тоже нравится? – Спросила я, не сводя взгляд с кастета.

- Тимир его у меня давно выпрашивает. – Улыбнулся мастер Румель. – Очень ему приглянулся этот кастет. Это же не просто «костедробилка», это почти что артефакт.

По-моему у меня уже ненормальная реакция на слово «артефакт», стоило мастеру его произнести, как я начала уговаривать его продать мне кастет. Он, конечно начал отказываться, а я его с двойным пылом стала упрашивать. Вспомнила все эпитеты, которым он наградил костяное украшение на четыре пальца. Я посчитала в уме сколько у меня останется денег в банке, после того как я оплачу одежду и обувь и всю эту сумму предложила мастеру.

Он покачал головой и снял со стенда кастет, протянул его мне, а когда я закинула его к ругающейся Сафе в сумку, протянул мне правую руку. И я ее пожала, как бы закрепляя сделку.

- Тимир мне предлагал сумму в десять раз выше, чем вы, леди Сафира Чарх. - Сказал он со страной улыбкой на лице.

- Это значит, что вы отказываетесь от продажи? – Я не понимала этого мужика. – Тогда зачем вы отдали мне кастет? У меня больше денег нет. Но со временем я накоплю и…

- Я предлагаю обмен. – И я, успокоившись, выдохнула. Все-таки я смогу сделать Тиму достойный подарок, чтоб он не смог отказаться. – Я оставляю вам кастет. А вы за него целуете мне руку.

Почему-то первая мысль была, что стоит радоваться, что хоть не ногу предложил целовать. Во вторую очередь я вспомнила, что уже слышала эти слова про целование руки, нужно узнать про этот ритуал или обычай подробнее. Но главная мысль все-таки была, что простой поцелуй-это всего лишь поцелуй. И целовать нужно только руку. А здесь, точно, нет видео камер, так что никто потом из меня посмешище не сделает. И свидетелей почти нет. Если я поцелую руку быстро, Матиас может этого и не заметить, он вообще уже уснуть должен был на стуле. Я оглянулась на дверь, Матиас и вправду уронил голову на грудь.

- Хорошо. Я согласна. Поцелуй в обмен на кастет. – Я специально проговорила условие, чтоб мастер потом вдруг не изменил правила договора.

А он удивленно выпучил единственный глаз:

- Леди Сафира Чарх, вы говорите, что согласны…, - я не дала ему договорить и быстро нагнулась, слегка приподняв его натруженную мозолистую ладонь. Но он вырвал свою руку, я только запах обувной краски услышать и успела.

- Леди? – Спрятав руки за спину, уставился на меня вопросительно мастер Румель.

- Кастет не отдам! – Категорично сказала я. - Мы уже договорились, вы сами отказались от поцелуя.

- Такая же дурная, как Тимир. – Прошептал мастер, отступив на шаг.

- А Тимир тоже согласился вас поцеловать? – Спросила я.

- Тимир бы унижаться не стал.– Загадочно сказал мастер, а потом махнул на меня рукой. – Оставляй кастет себе. А про наш договор никому не говори. Особенно Тимиру. Никогда.

После полумрака мастерской сапожника на улице, в первое мгновение, пришлось щуриться.

А Матиас всю дорогу до ресторана бурчал. Я заметила, что голодным он становится сварливым. А по Тимиру вообще понять невозможно, когда он голоден.

Хорошо, что мы хоть на наемном экипаже поехали, а то я бы его долго не выдержала.

- Уже четвертый час. А мы еще не пообедали. С тобой, Самира, отдых оборачивается голодовкой. Разве можно проводить столько времени в ателье? Кто говорит с сапожником два часа? - На протяжении всей поездки возмущался Матиас. Если бы Сафа оставила в сумке хоть крошку еды, запасенной мной для нее, я бы обязательно угостила Матиаса.

Ароматы из «Ресторана Сыра» нас встретили уже на ступенях, и Матиас ненадолго успокоился. Наверно, усиленно сглатывал слюну.

Только после того, как нам принесли поздний обед, настроение моего спутника немного улучшилось. Заказ сделал он сам, как и в прошлый раз. И, по-моему, он заказал все меню. Еда мне тоже очень понравилась, и за нашим столиком надолго установилось благодушное молчание, которое нарушало только довольное чавканье и хлюпанье Матиаса. И Сафа ела кусочки сыра довольно шумно, может, специально к себе внимание привлекала.

Наконец, мы оба откинулись на спинки стульев и начали заводить неторопливую беседу.

- Хорошо отдохнули. – Сказал Матиас, наверно уже забыл, что ворчал мне всю дорогу. – Сафира, а выходи за меня замуж. По-настоящему. Ты мне очень нравишься. Характер у тебя, конечно, невыносимый, но и я неидеальный. Мы притремся, и будем вполне счастливы.

Я покачала головой.

- Я все время о тебе думаю, сколько раз я приходил в Академию, чтобы просто мельком увидеть тебя.

Не от этого мужчины я хотела слышать такие слова.

- Если ты из-за практики переживаешь и боишься, что твой руководитель будет ругаться, объявим о помолвке после практики.- Он уже давно положил передо мной большую коробку. Откуда только ее достал? Я открывала ее с опасной, боялась, что там обручальный браслет. Но нет, внутри оказались пять больших шоколадных конфет, уложенных по кругу. А в середине лежал зеленый камень, гладкий, овальной формы, это был целительский артефакт, я такие видела у Тимира. Подарок, о котором мы и договаривались с сыном ректора.

- Я не боюсь Тимира. – Сказала я. – Но замуж за тебя выйти не могу.

- Почему? Из-за того, что я говорил, что люблю женщин. Оказалось, что любовь к одной несносной девчонке может вытеснить всех женщин из головы. И я хочу, чтоб у нас были дети, конечно, когда ты закончишь Академию. Мы идеально подходим друг другу.

Я все это время не могла поверить в то, что слышу, ведь дружба с артефактором была таким хорошим вариантом, чтоб спастись от других ухажеров. Наверно, придется забыть про зарождающуюся дружбу:

- Матиас, мы не подходим друг другу, ты меня вообще не знаешь.