Клыки - К. Л. Спир Страница 5

в неряшливый узел на макушке, одетый так же, как Вольф, стоял в лечебнице, держа в руках большую винтовку. Он выглядел знакомым, но паника, бушевавшая в моей голове, не позволяла вспомнить, кто он. Его лицо оставалось бесстрастным, когда он переместился, чтобы встать между мной и дверью. Вольф спустился по лестнице прямо за мной, схватил меня за руки и заломил их за спину. Я услышала знакомый звук затягивающейся стяжки и почувствовала, как пластик впивается в мои запястья.

— Ни звука, слышишь? — Вольф зарычал мне на ухо, подталкивая меня к двери. — Я не хочу прокладывать себе путь выстрелами, но сделаю это, если придется.

Мой взгляд упал на пистолет в его руке. На нем был глушитель, и мое сердце сжалось от ужаса, что Мак вернется и…

Я судорожно глотала воздух. Я не могла смотреть, как в другого человека, который мне дорог, стреляют. Вольф и его друг замерли, глядя на меня, нахмурив брови.

— Тише, — прошипел Вольф, сильно встряхивая меня.

Как будто щелкнул выключатель, я почувствовала, что нахожусь вне своего тела и наблюдаю со стороны. Мое дыхание ослабло, на смену панике пришла пустота. Они оба уставились на меня еще на секунду, прежде чем снять защитные очки и потащить меня наружу.

Они легко скользили в тени, и я, спотыкаясь, брела вместе с ними в состоянии, подобном сну. После того как я споткнулась в десятый раз, они начали практически нести меня, носки моих ботинок едва касались земли.

Когда мы подошли к воротам, я не заметила тел, пока мы не перешагнули через них. Они лежали в тени стены, и я не могла сказать, мертвы они или живы.

Черт. О боги, пожалуйста, пусть они будут живы…

— Сэйбл? — тихо позвал Вольф.

Еще одна темная фигура, истекающая кровью, выступила из темноты ворот, напугав меня. Темноволосый мужчина, державший меня за левую руку, отпустил меня и поменялся местами с этим третьим лицом — очевидно, Сэйблом. Когда Сэйбл взял меня за руку, я едва могла разглядеть их черты в лунном свете, различая длинные светлые волосы и губы, которые хмуро смотрели на меня. Темноволосый мужчина взялся за блок, открывающий створки ворот. Мы проскользнули внутрь, когда дверь открылась достаточно, чтобы в нее мог пролезть человек, и Вольф с Сэйблом бросились в лес, ведя меня на буксире. Ворота закрылись за нами, и я вытянула шею, чтобы оглянуться. Мне пришлось подавить вздох, когда темноволосый мужчина с легкостью спустился по стене. Тревожных криков не было. Никаких криков охранников. Ничего.

Пожалуйста, пусть они будут живы.

Темноволосый мужчина догнал Сэйбла и поменялся с ним местами. Они потащили меня через лес, в то время как Сэйбл прикрывал тыл, прихватив большую винтовку, которую нес за спиной. Я пыталась не отставать и сотрудничать, но у меня не было очков ночного видения, и я спотыкалась о каждую чертову ветку дерева и камень. Вскоре они, казалось, потеряли терпение и снова начали нести меня — мои ботинки болтались в воздухе. Они двигались чертовски быстро, и теперь, когда мы выбрались из крепости, я чувствовала себя менее обеспокоенной тем, что Вольф застрелит кого-то еще, и больше озабоченной своей собственной надвигающейся смертью.

Мой брат собирался убить меня.

Я знала, что рано или поздно он настигнет меня, но оказалось, что я не была так морально подготовлена, как думала. Они выглядели как гребаные наемники. Был ли Вольф теперь наемником?

Вольф тихо присвистнул, и где-то впереди нас раздался ответный свисток. Минуту спустя появилась темная фигура, ведущая лошадь.

— Какие-нибудь проблемы? — спросил явно мужской голос.

— Нет, — ответил Вольф. — Есть новости?

— На домашней базе все чисто, — ответил мужчина с лошадью.

— Она что, из воздуха сделана? — пробормотал темноволосый мужчина, державший меня за руку, и мне потребовалось слишком много времени, чтобы понять, что он обращается ко мне.

Я подняла глаза и обнаружила, что он изучает мое лицо. Он наклонил голову, медленная ухмылка изогнула уголок его рта.

— Ты намного симпатичнее Вольфа.

— Заткнись, Ли, — прорычал мой брат.

Ли отпустил мою руку, когда Вольф потащил меня к лошади. Он остановился рядом с лошадью, отпустив мою руку, и уставился на меня, пока я пыталась отдышаться.

— Если ты думаешь, что обморок поможет тебе, ты глубоко ошибаешься, — сказал Вольф низким, резким голосом.

Он потянулся ко мне, и я инстинктивно отпрыгнула назад, только чтобы врезаться в тело, которое крепко схватило меня за плечи. Я застыла от страха, и передо мной проплыло разъяренное лицо Вольфа.

— На твоем месте я бы не пытался бежать, — сказал человек позади меня.

Быстрый взгляд показал, что это был мужчина с лошадью

— Послушай Така. Или ты сделаешь себе в десять раз хуже, — сказал Вольф, притягивая меня к себе за руку.

Он обошел меня сзади, схватил за талию, поднял и посадил в седло. Когда он наклонился, чтобы убедиться, что мои ноги в стременах, Так обошел его и присоединился к Ли и Сэйблу. Они втроем разговаривали вполголоса, наблюдая за мной. Я не могла слышать, о чем они говорили, из-за паники, ревущей в моих ушах, и голоса Джака, эхом отдающегося в моей голове.

Перестань плакать, Ангел, или я дам тебе повод поплакать.

Как только Вольф закончил прилаживать стремена, мы снова двинулись гуськом. Сэйбл шел впереди, а Вольф шел позади него, держа лошадь под уздцы. Я знала, что Так и Ли были позади моей лошади, только потому, что я оглянулась и увидела их. Каким-то образом единственным звуком был хруст лошадиных копыт по снегу. Стяжки жалили там, где они терлись о мою кожу. Я подумала, побежит ли лошадь, если я хорошенько лягну ее, но я знала, что, скорее всего, упаду со связанными за спиной руками.

Что подумает Мак, когда вернется и обнаружит, что меня нет? Предположит ли он, что меня вызвали, чтобы исцелить кого-то? Будет ли он вообще искать меня до утра? Для меня не было ничего необычного в том, что я исцеляла ночью. При такой скорости мы к тому времени были бы уже далеко.

Впрочем, это было к лучшему. Вольф собирался убить меня. Как он и сказал, мое время вышло.

Было ли это то, что чувствовал Трей, когда знал, что умрет?

Я найду тебя снова в другой жизни.

Я изо всех сил пыталась подавить свои эмоции. Это оказалось сложнее, чем я ожидала; я слишком привыкла давать им волю. Мне пришлось вернуться к своему старому методу мысленного декламирования медицинских текстов, пока я не почувствовала, что снова погружаюсь в оцепенелую