Облачная академия. Битва за пламя - Ольга Иванова Страница 5

– Я лучше умру, чем выйду замуж, – выплюнула я с ненавистью.

Отец закатил глаза и тяжело вздохнул. Потом потер грудь в районе сердца, поморщился и открыл графин с водой. Медленно наполнил стакан и сделал оттуда несколько крупных глотков. Закралась робкая надежда, что буря затихла, но отец вдруг заговорил. И голос его отдавал сталью.

– Я нашел для тебя наилучший вариант, Эмили. Даже лучше, чем замужество. Пока. Ты отправишься в Облачную академию.

– Что? – Мир вокруг пошатнулся. – Ты шутишь?

– Я серьезен как никогда. – Он бросил на меня испепеляющий взгляд. – Мне нелегко далось это решение. Но я понял, что это лучшее, что я могу сделать для тебя. Для всех нас.

– Лучшее для меня? Для всех вас? – Я подскочила на ноги и почувствовала, как дрожат коленки. – Говори прямее: ты избавляешься от меня!

Он покачал головой.

– Если нахождение там выбьет из тебя всю спесь и глупость, то все равно, как это называется. Ты не оставляешь мне выбора, Эмили, повторяю.

– Но там, говорят, настоящая тюрьма… – прошептала я в нахлынувшем ужасе.

Отец пожал плечами.

– Тем хуже для тебя.

– Так лучше или хуже? – Я нервно улыбнулась и попятилась к двери. – Чего ты хочешь для меня?

– Я всего лишь хочу послушную дочь, которая не позорит меня! – Он стукнул кулаком по столу.

– Ты этого не получишь, – хрипло произнесла я и рванула к двери, намереваясь сбежать, но меня отбросило от нее силовой волной. Затем закрутило волчком, а после притянуло к отцу. В его глазах пылал огонь ярости. Он впервые использовал на мне свою магию, и это стало для меня точно еще одно предательство.

– С этой минуты, – проговорил он, крепко, до боли сжимая мой локоть, – ты будешь выполнять то, что скажу я, Эмили. А за любым сопротивлением последует наказание. И твоя жизнь превратится во мрак еще до того, как ты попадешь в Облачную академию.

После этого он, продолжая удерживать мой локоть, потянул меня прочь из кабинета.

Слуги опускали глаза и прятались по углам, пока я поднималась по лестнице в сопровождении надсмотрщика-отца. Мои щеки пылали от обиды и унижения. Когда отец захлопнул за мной дверь моей комнаты, я пнула ее ногой и упала на кровать, зарывшись лицом в подушку и дав волю слезам. Я пыталась сдерживать рыдания, чтобы не давать никому лишнего повода для разговоров, а отцу и брату – для торжества.

Я не заметила, как дверь снова открылась и кто-то вошел, услышала тихий голос Марго, когда она уже стояла у моей кровати:

– Мисс Эмили…

Я затаила дыхание, борясь со слезами. Потом сделала глубокий судорожный вдох и оторвала лицо от подушки.

– Чего тебе? – прозвучало грубо и резко, хотя я никогда не позволяла себе раньше подобного со слугами.

– Вот. – Она положила на край кровати мою сумку. – Я собрала все, что было еще целым.

Я не поблагодарила ее, но притянула сумку к себе и обхватила ее обеими руками, как самую ценную вещь.

– Это ведь ты отдала сумку отцу? – спросила я бесцветным голосом.

Марго потупила глаза, в них блеснули слезы.

– Простите, мисс Эмили, но он заставил меня. Так бы я никогда…

– Ясно. – Я рассеянно кивнула в сторону. В этот миг в мире стало меньше еще на одного человека, кому я могла доверять.

– Вы что-то желаете? – поинтересовалась Марго. – Давайте помогу раздеться.

– Не надо, я сама. Можешь идти.

Служанка попятилась к двери, потом остановилась и вновь виновато посмотрела на меня.

– Еще, госпожа… Простите, но мне велено вас запереть.

Из меня вырвался отчаянный смешок.

– Простите, мисс, – повторила она и выскользнула за дверь. Вскоре раздался щелчок замка.

Я сжала голову ладонями. Виски раскалывались, а в ушах гудело. Опустошение растекалось по всему телу. Я закусила губу до крови, чтобы хоть так не дать себе провалиться в это губительное состояние. Сделала несколько глубоких вдохов.

Тяжесть сумки на коленях помогла окончательно вернуться в реальность.

Я открыла ее и осторожно вытряхнула содержимое на кровать. В этих пузырьках и фигурках была вся моя жизнь. Моя отдушина.

Делать всевозможные снадобья и наполнять магией предметы меня научила бабушка. Она делала это втайне от отца, который презирал ее не меньше, чем меня сейчас. С той лишь разницей, что теще он не мог высказать это в лицо и применить к ней какое-либо наказание, кроме того, чтобы сократить общение со мной до самого малого. Отец не знал, чем мы занимались с ней дождливыми осенними вечерами и снежными днями, прячась в маленьком домике садовника. Там никто не жил, просто хранили всякий инвентарь и хлам, для нас же это стало нашим секретным местом.

Я продолжала ходить туда, даже когда бабушки не стало. Занимаясь всеми теми же вещами, я чувствовала себя не так одиноко. И не такой бесполезной.

Первый амулет на успех, за который я получила деньги, достался сыну хозяйки цветочной лавки. Он мечтал поступить в мореходное училище, но боялся, что не преуспеет в этом. Вначале я отдала ему амулет просто так, а через месяц он пришел ко мне счастливый и вручил серебряный коин.

– Твоя магия работает, – сообщил он. – И она достойна вознаграждения.

Тогда на эти деньги я купила себе новых флаконов и трав, а еще лоскутков кожи, из которых лучше всего получались амулеты.

Я улыбнулась, вспоминая об этом. Позже появились еще покупатели, иногда я просто дарила свои поделки, но тот первый раз навсегда остался в моей памяти, потому что именно тогда я осознала, чем хочу заниматься в жизни.

Я рано поняла, что вся та магия, которой учила меня бабушка, – простая в понимании высших магов. Знатные лорды-маги и руки не стали бы о нее марать. Даже в университете факультет артефакторики имел сугубо теоретическую направленность, и туда редко кто хотел идти учиться. Не престижно. И уж точно мне бы отец не позволил туда поступить. Он мечтал видеть меня либо на побегушках в одном из отделений министерства магии, поскольку более высокой должности девушке в тех кругах не добиться, либо – что лучше всего – выгодно вышедшей замуж. Поисками достойного мужа, естественно, занимался бы тоже он. Мои мнения и желания никто никогда не учитывал.

Мы часто ссорились. Я никак не хотела становиться покорной дочерью, а он желал сломить меня. Между нами никогда не было