Тень императрицы - Анна Шнайдер Страница 49

него возможно, но каждая спасённая жизнь отнимает жизнь у другого человека. Жизнь за жизнь — один из постулатов шаманства. Ещё они утверждают, что за всё нужно платить. Так что за определение превалирующей родовой силы в крови неаристократов шаманам придётся заплатить очень дорого, учитывая масштаб проблемы. Слишком дорого, Гай. Это крайняя мера, она может быть задействована, если не сработает ничто другое.

Рон не ответил прямо — да, в его словах не было однозначности. Но Гаю хватило и намёков, чтобы понять — шаманская магия, чем бы она ни была, способна помочь. Однако император — да и Янг, скорее всего, — хотят использовать классическую магию.

— Кроме того, — продолжал Рон, скрестив руки на груди, — шаманство — очень специфическая материя, и чем меньше людей в нём разбираются, тем лучше. Ни к чему знакомить с этим широкие массы.

— Я понял, — кивнул Гай, а затем осторожно предложил: — Ты не передумал насчёт ужина?

— С чего вдруг я должен передумать? — слегка удивился Янг и повёл Гая обратно — в гостиную, затем в прихожую, а после и на кухню, где за длинным накрытым столом сидели уже знакомая Гаю девочка по имени Кэти и женщина средних лет без малейшей капельки магического дара. Обе посмотрели на гостя с лёгким удивлением, но спрашивать ничего не стали и накормили так, что обратно во дворец Гай переносился сытым и довольным. Его даже начало клонить в сон, однако позволить себе отправиться в постель он пока не мог — впереди было ещё одно незаконченное дело.

Очень приятное дело.

***

Ужин помог Виктории справиться почти со всеми тревогами. Она смотрела на детей, которые смеялись и шалили, на Арена, уставшего, но чем-то неуловимо довольного, на Софию, пытавшуюся урезонить своих воспитанников, — и не могла сдержать улыбку. Даже принцессу Анну, вновь решившую присоединиться к трапезе, Виктория была рада видеть и с удовольствием обсудила с ней прошедшую выставку. И о поступке Гая получилось рассказать настолько легко и весело, что Виктория сама поверила, будто всё это вовсе не важно для неё. Она понятия не имела, удалось ли ей убедить мужа, его сестру и Агату, которые были эмпатами, но хотелось бы верить, что да. Ещё не хватает, чтобы кто-нибудь думал, что она переживает из-за Гая больше, чем следует.

После ужина Виктория отправилась в детскую вместе с Ареном, и рядом с Агатой, Александром и Ариэллой ей удалось расслабиться настолько, что она почти забыла о том, как приглашала Софию к себе. Вспомнила, лишь когда заметила пламя, взметнувшееся в камине.

— Арен сказал, что уложит всех сам, — произнесла София, выходя из огня. Улыбнулась Виктории, которая сидела в кресле перед окном и пила чай, глядя то на огненные розы, то на небо за стеклом, и продолжила: — Точно не помешаю?

После вечера, проведённого с детьми, обсуждать что-либо совсем не хотелось. И Виктория малодушно подумала: может, сказать Софии, что всё ерунда и она может идти? Тем более что их аньян наверняка с ног валится.

Однако… нет, она должна узнать всё сейчас.

— Точно. Садись, Софи. Будешь чай?

— Буду, пожалуй, — кивнула девушка, со вздохом облегчения опускаясь в кресло. Закрыла глаза и призналась: — Я очень люблю вечера. Больше всего их люблю. Несколько часов, когда можно делать что хочешь… Благословенное время. Ты меня понимаешь, как никто.

Да, Виктория отлично понимала Софию. Вот только о том, что делает императрица, все знали, её уважали, а аньян наследников всегда оставалась в тени. Хотя она порой сбивалась с ног, находясь с детьми почти круглосуточно. Особенно теперь, когда у Агаты появилась подруга.

— Арен не говорил, когда он планирует всё-таки устроить выходной?

— О, — на лице Софии появилась слабая скептическая улыбка. Глаз она по-прежнему не открывала. — Ты же знаешь его. Я не должна тебе говорить, но я скажу, чтобы ты была готова… Через полторы недели состоится свадьба Анастасии, и вы с Ареном отправитесь в Альтаку на сутки. Полагаю, он думает, что этого вполне достаточно для отдыха.

— Ох…

Нет, Виктория знала, что племянница императора планирует свадьбу. И даже в ближайшее время. Но, учитывая тот факт, что государственный переворот в Альтаке случился совсем недавно, Виктория почему-то думала, что Анастасия будет сочетаться браком после дня перемены года.

— Они и так несколько раз переносили дату, потому что у его величества Роланда не хватало времени, — вздохнула София, открывая глаза. Она выглядела слегка сонной, и Виктория не стала дожидаться, когда её собеседница нальёт себе чаю, — подозревала, что у Софии банально нет сил тянуться за чайником и чашкой, — приподнялась и приготовила напиток сама.

А когда ставила чашку перед Софией, наконец решилась на откровенный разговор.

— Ты так и не сказала, как тебе мои огненные цветы.

— Огненные цветы… — София улыбнулась, сделала глоток чаю и ответила, посмотрев в сторону букета: — Красивые, Вик. Но ты ведь меня не про красоту хотела спросить.

— Это точно, — пробормотала Виктория, тоже глядя на цветы. — Совсем не про красоту. Я просто думаю, что это ты помогла Гаю перенести сюда букет.

— Конечно, я, — подтвердила София. — И прости меня за самоуправство. Мне хотелось тебя порадовать.

— А Гаю чего хотелось? — спросила Виктория негромко и отпила из чашки. Ароматный напиток с лёгким привкусом мяты хорошо освежал и приносил хоть какую-то ясность в её смятенные мысли. — Как ты думаешь? А то я не понимаю.

— Тебе лучше спросить у него, Вик.

— Я спрошу, — она помедлила и добавила: — Потом. Сначала хочу узнать твоё мнение… а то мне сегодня полдня казалось, что я схожу с ума.

— Из-за роз? — удивилась София, и Виктория призналась:

— Нет, не только. Вот что ещё случилось…

Разговаривать с Софией всегда было легко. Даже когда императрица сражалась с собой, не до конца победив ревность и обиду, — уже тогда общение с Софией приносило ей умиротворение. Может быть, из-за характера девушки, на редкость незлобивого, может быть, из-за её искренности, которую Виктория ощущала как нечто мягкое и тёплое — несмотря на то, что не была эмпатом. Она знала, что может доверять Софии. Что, несмотря на свои отношения с императором, если Виктория попросит сохранить какую-то тайну — София её сохранит. И всегда поможет, если помощь будет в её силах.