Апельсиновый вереск. По ту сторону Ареморики - Вайолет Девлин Страница 49

— Тебе ничего не принесли, — заметила она отсутствие еды около Элфи.

Он открыл рот, чтобы ответить, но не успел.

— Здесь таких блюд не подают.

За его спиной возникла женщина. Казалось, она выплыла из глубинных теней. Этери сглотнула ком в горле. Никогда прежде она не видела настолько красивых людей. Не считая Элфи, конечно. Но если Элфи отличался красотой безупречной, то дама в широкой шляпе обладала порочной красотой. Ярко-рыжие, словно огоньки обжигающего пламени, волосы были чуть выше плеч. Глаза пронзительно зеленые, с вертикальным зрачком, совсем как у кошки. А губы — черные, будто бы измазанные в саже, изогнуты вверх. На ее плечах лиловая накидка из тончайшего шелка, а под ней облегающее выразительные изгибы тела черное платье в пол.

Ее взгляд завораживал, и Этери поймала себя на мысли, что хочет остаться в этом трактире навсегда. Стать одной из тех, кто будет ловко огибать столы, неся в руках тяжелый поднос и…

— Ай! — резкая боль отрезвила. Авалона вцепилась острыми ногтями ей в руку. Теперь на ладони красовались красные полумесяца. Наваждение медленно начало стихать.

— Не смотри ей в глаза, — сказала Авалона, повернувшись к Этери, — она чародейка, ее взгляд способен загипнотизировать и поработить чужую волю.

Элфи хмыкнул и обернулся.

— Здравствуй, Ная, — сказал он, одарив чародейку очаровательной улыбкой.

Она проплыла мимо, застыв на том месте, где еще пару минут назад стояли официанты.

— Что тебе нужно? — без лишних разговоров спросила Ная.

— Вернуть должок.

— Я спросила не зачем ты пришел, а что тебе нужно?

Элфи выразительно взглянул на Этери.

— Исправить несколько недостатков.

Ная впилась взглядом в Этери, но та сразу же отвернулась. Неприятно, когда тебя пытаются контролировать. Становиться марионеткой в чьих-то руках она не собиралась. Хватает и Элфи, который подобно кукловоду, с легкостью дергает за нужные ниточки. Этери ненавидела, когда Лилитили даже Джон пытались ее контролировать, а здесь ей приходиться действовать по указке из-за одного ключевого момента. Она должна выжить. Это неприятно вдвойне.

— В твоих силах напустить легкие чары, — продолжил альв. — Подправь нашей прелестнице глазки, чтобы придать им более… — он задумался, почесав подбородок, — человечный вид.

— Она и так человек, — сказала Ная.

Ее скользящий взгляд все ощущался подобно легкому щекотливому ветерку. Лицо зудело, и Этери, не выдержав, провела пальцами по щекам.

— Человек, которому очень не повезло, — уже тише добавила чародейка. Удары сердца в груди участились. Этери побоялась, что их будет слышно на весь трактир.

Она скорее почувствовала, чем услышала, как Ная приблизилась к ней сзади.

— Эти локоны, словно само золото, — она взяла маленькую прядку и пропустила между пальцев, — и бесцветная радужка глаз. Ты королевское дитя.

Этери слабо улыбнулась. Знала бы мисс чародейка, сколько раз ей пришлось это услышать. Королевское дитя, внучка короля, дочь принцессы. Этери не имела к ним никакого отношения. Она оставалась Этери Фэрнсби, девушкой, что боялась грозы и всегда закутывалась в плед, поджимая ноги к груди и закрывая уши руками. Она оставалась Этери Фэрнсби, когда приезжала в дом родителей и вместо помпезных ужинов они заказывали китайскую еду и вместе смотрели развлекательные телепередачи. Она оставалась Этери Фэрнсби среди высоких полок с книгами, и даже погружаясь в очередную историю, проживая сотни жизней, она оставалась собой.

Этери родилась именно такой и этого уже не изменить. Она останется Этери Фэрнсби навсегда.

— Ты права и в то же время ошибаешься, — вдруг сказала Ная, продолжая пропускать гладкие волосы Этери между пальцами.

Девушка вздрогнула. Она ведь не могла сказать этого вслух или…

— Вы умеете читать мысли?

Ная громко расхохоталась.

— У тебя все написано на лице, дитя.

— Вы не видите моего лица, — недоуменно пробурчала она.

— Вижу. И ты можешь увидеть.

Этери моргнула и наконец, заметила за спиной альва камин. Она могла поклясться, что когда они заходили, он стоял в другой части таверны. Но вот он совсем рядом. Казалось, протяни руку и коснешься лилового горячего пламени. В его огоньках мелькнуло отражение девушки. Волосы, спускающиеся золотым водопадом, заостренные черты лица, словно ее морили голодом годы, губы обветренные, сжатые в тонкую линию. Это была она, мисс Этери Фэрнсби. Только взгляд укоризненно туманных глаз стал настолько жестоким, что Этери вжалась в резную спинку скамьи. Она испугалась собственного отражения, и это ее поразило больше всего.

— Это неправда, — шепнула она скорее самой себе, чем чародейке.

— Пока нет, — еще тише ответила Ная.

В отражении что-то блеснуло. Голову Этери украшала золотая острая корона.

— Всему свое время, дитя.

Чародейка накрыла ладонью ее глаза и прошептала что-то на языке, который Этери не удалось распознать. Вспыхнуло яркое пламя, и на секунду оно ослепило девушку. Этери взмахнула руками, но кто-то быстро зажал ей рот и обездвижил запястья. Боль длилась всего долю секунды, но в глазах уже стояли злые слезы. Дьявольское волшебство с его внезапными дьявольскими чарами. А можно было предупредить? Когда Ная убрала руку, Этери вскочила со скамьи, готовая разразиться гневной тирадой, но перед ней зависло маленькое зеркало.

— Взгляни-ка.

Этери замерла, а весь поток гневных слов так и застрял в горле. Из зеркала на нее смотрела вылитая Лилит. Глаза Этери больше не были бесцветными. С помощью чар Наи они превратились в отражение нежно-голубого неба. Этери ощупала веки, чтобы убедиться, что ей не мерещится. Лицо приобрело более резкие черты и несколько морщинок, которые могли у нее появиться только через несколько лет.

Этери Фэрнсби больше не существовало. Вместо нее в таверне чародейки стояла Лилит Пендрагон.

— Изумительная работа, — усмехнулся альв, — осталось одно.

Авалона лишь покачала головой, отодвинув от себя тарелки с овощным рагу. Ее до сих воротило от поданной еды, и Этери оставалось только гадать, какие воспоминания навевают на нее эти блюда.

— Я сделала это не ради тебя, — Ная обошла стол. — И даже не ради нее, — кивнула она в сторону Этери. — У Ареморики есть свои законы, которые мы не в силах нарушить. Мне просто пришлось им последовать.

— Чародейки… — произнес Элфи с нескрываемым неудовольствием. Тем не менее, он выглядел польщенным.

— Но, — продолжила Ная, — у меня есть кое-что для тебя, дитя.

Откуда не возьмись, вверх взмыли белоснежные ленты. Они хаотично летали вокруг Наи, пока из воздуха не появился какой-то предмет. Он упал ей в руку, и Этери схватилась за край стола, чтобы не упасть.

Чародейка протянула ей затемненные очки-прямоугольники.

— Как? — только и сумела выдохнуть ошарашенная девушка. Она вертела в руках свои очки, каждая трещинка, каждая потертость была на месте.

— Это же волшебство, глупая, — вновь рассмеялась Ная. Этери слабо улыбнулась. Глаза все еще щипало