Чудовищная правда - К. А. Найт Страница 48

class="p1">— Посмотри, как красиво ты краснеешь для меня, — бормочет Катон, обводя своими опытными пальцами мой вход, прежде чем встретиться с моими глазами и вогнать пальцы в меня. Я вскрикиваю, взрываясь вокруг них, и кончаю так сильно, что почти теряю сознание. Когда прихожу в себя, он все еще гладит меня мягкими толчками, а когда я моргаю и встречаю его взгляд, он наклоняется и вылизывает мою киску, прежде чем прорычать: — Моя.

— Твоя, — говорю я, и это правда — я всегда буду его, даже если он не будет моим. — Пожалуйста, Катон. — Я тянусь вниз, хватаюсь за его голову и притягиваю Катона ближе, закидывая ноги ему на плечи. Другой рукой он обхватывает мою задницу и притягивает меня к своему рту, чтобы начать пировать, лаская клитор языком, а затем погружая его в меня вместе со своими пальцами.

Я с грохотом откидываю голову, а мои бедра сотрясаются, когда впиваюсь в его лицо. Катон рычит, набрасывается на меня, и лижет так, будто может умереть, если не сделает этого.

— Ты такая красивая, такая вкусная, Талли. Я мог бы полностью отказаться от еды, жить за твой счет. Вот так, мой милый человечек, оседлай мой язык и покажи мне, как сильно ты меня хочешь. Кончи мне на лицо, чтобы другие самцы увидели, насколько ты моя, — рычит он, покусывая мой клитор и заставляя меня снова закричать, пока я трахаю себя на его лице и пальцах. Я бесстыдно получаю удовольствие, и он помогает мне, вводя в меня третий палец. Каттон вводит их так же, как свой член, и без устали бьет языком по клитору, пока я снова не кончаю.

Я вскрикиваю, когда смыкаю ноги вокруг головы Катона, и я впиваюсь в его рот, борясь с сильным наслаждением, пока оно наконец не стихает, а Катон усеивает поцелуями мою киску.

— Хорошая девочка, Талли, такая хорошая девочка. — Его красные глаза встречаются с моими, когда я открыва. их. Слегка откинувшись назад, он облизывает свои блестящие губы, глядя на меня, распростертую на его столе. — Черт, ты великолепна. Посмотри на себя, Талли. Посмотри, какая ты красивая, какая чертовски сильная. Ты сводишь меня с ума, ты знаешь об этом? Я хожу с постоянным стояком. Даже улавливая твой запах на ветру, я становлюсь твердым, и теперь я буду чувствовать твой вкус каждый день до конца жизни, и никакой другой вкус не сравнится с ним.

Черт возьми. Я не могу этого вынести. Я не могу не прикасаться к нему.

Это неправильно, я знаю, что он не мой, но я хочу его слишком сильно. Я хочу отплатить этому милому, невероятному мужчине и показать ему, что такое настоящее удовольствие.

На мгновение я забуду обо всем, кроме него.

Ни о прошлом, ни о будущем. Только мы и это желание между нами.

Опустившись перед ним на колени, я встречаю его растерянный взгляд, хватаю его за бедра и притягиваю ближе.

— Позволь мне оказать ответную услугу. Позволь мне попробовать тебя на вкус.

— Талли, ты не обязана.

— Но я хочу, — настаиваю я, наклоняясь, чтобы облизать его твердый член, как он мою киску. Его бедра дергаются, и я ухмыляюсь, наслаждаясь своей властью над ним. — Позволь мне показать тебе, чего тебе так не хватало.

— Мне не хватало только тебя, Талли, только тебя, — уверяет Катон, и не зная, что еще сказать, чтобы не расплакаться, я сдергиваю с него ткань, освобождая огромную эрекцию. Он такой большой, что я не думаю, что смогу проглотить его целиком, но я обязательно попробую.

На его кончике блестит предэякулят, Катон стонет, поэтому я избавляю его от страданий и облизываю верхушку члена. Катон задыхается, его глаза расширены от удивления. Не сводя с него глаз, я обхватываю рукой основание, не в силах коснуться пальцами, но это не страшно, а другой рукой я обхватываю его за задницу, притягиваю ближе и втягиваю головку в рот.

Его бедра дергаются, изо рта вырывается рык, грудь вздымается, а руки сжимаются. Я отстраняюсь от него и улыбаюсь.

— Ты можешь прикасаться ко мне, Катон.

Он колеблется, и я беру его руку и запускаю в свои волосы. Он впивается пальцами в мои локоны, обхватывая меня, а я сосредотачиваюсь на его члене. Омываю его языком, проводя им вверх и вниз, пока его бедра не начинают мягко двигаться, а затем втягиваю головку обратно в рот, посасывая, пока он не зарычит. Ркой Катон крепко сжимает мою голову, но все равно ничего не делает, только смотрит на меня.

Катон позволяет мне делать все, что я хочу, и не настаивает на большем, просто благодарен. Я знаю, что даже если я остановлюсь, он не будет держать на меня зла.

— Талли. — Моё имя похоже на молитву, зажатую между просьбой и обещанием. Подняв глаза на него, я опускаю рот ниже, вбирая его так глубоко, как только могу, и его глаза расширяются. Хмыкнув, я не выпускаю его изо рта, пока Катон не откидывает голову.

Я отстраняюсь и снова заглатываю член, имитируя, как он трахает мой рот, и его бедра помогают мне, мягко толкаясь. Скользя рукой от его задницы к яйцам, я нежно глажу их, посасывая и облизывая его, поклоняясь Катону так, как он того заслуживает.

— О, Талли, пожалуйста, тебе нужно остановиться.

Я отказываюсь. Я знаю, что он близок, и он дико хочет кончить, его бедра подрагивают, когда Катон все глубже погружается в мой рот. Я держусь, пока он овладевает мной, отчаянно трахая мой рот, но потом Катон пытается отстраниться, и я хватаю его, крепко посасывая. Его член набухает у меня во рту, и с ревом он взрывается.

Его обжигающая сперма заполняет мой рот. Я рефлекторно сглатываю, а затем отстраняюсь и позволяю сперме стечь по губам и подбородку, пока он наблюдает за мной, его глаза расширены от удовольствия и удивления.

Облизывая губы, я наклоняюсь и целую его член, прежде чем меня поднимают на ноги. Его губы прижимаются к моим, пробуя на вкус его собственную сперму, прежде чем он отстраняется и прижимается своим лбом к моему, неистово дыша.

— Талли, мой идеальный человек, как мне вообще могло так повезти?

Это мне повезло.

ГЛАВА 28

ТАЛИЯ

После долгого рабочего дня я спускаюсь вниз и вижу, как Катон занимается своими патрулями и отчетами. Люди не отходят от стены, и они с Акуджи пересылают друг другу послания. Я