Огонь в его душе - Руби Диксон Страница 47

В воздухе висит удушающе густой запах другого человека, но я зарываюсь лицом в волосы Гвен и сосредотачиваюсь на ее запахе, и только на ее запахе.

Гвен — это все, что имеет значение.

Глава 25

ГВЕН

Я начинаю думать, что мой безумный план отвезти Ваана обратно в Форт-Шривпорт может сработать. Прошло три дня с тех пор, как мы присоединили Мару к нашей группе и отправились пешком обратно в форт. За эти три дня Ваан «срывался » на мне всего несколько раз, и каждый раз мне удавалось вернуть его несколькими словами. Он не нападал на Мару и не угрожал ей.

Я действительно думаю, что это могло бы сработать.

Мы идем под старой эстакадой, пробираясь через ржавые кучи разбитых машин, которые разбросаны, как игрушки, по остаткам шоссе. Между ними выросли высокие сорняки, а вдалеке виден болотистый сток, который, вероятно, заполнен аллигаторами, поскольку в городе больше нет системы его осушения. Я указываю в сторону, показывая, что нам с Марой следует избегать его.

Она кивает мне и меняет маршрут, всегда спокойная. Мара — не лучшая компания, но я подозреваю, что она нервничает, находясь рядом с Вааном. Черт возьми, и со мной тоже, поскольку я забираю ее обратно в форт. Все в порядке, она достаточно скоро поймет, что никто не желает ей зла.

Я делала все возможное, чтобы сохранить Ваану человеческий облик. Это означает ходить пешком, вместо того, чтобы позволить ему доставить нас туда, куда нам нужно. Пешие прогулки по жаре, конечно, не мое любимое занятие. К тому времени, когда мы останавливаемся каждую ночь, мои ступни болят от усталости, и я чувствую, что все мое тело покрыто потом. Мара никогда не жалуется, но я знаю, что она потеет, потому что ее запах становится намного хуже. Кроме старого дома на плантации, мы не нашли ни одного отличного места для ночлега с проточной водой, так что я думаю, мы сможем просто принять душ, когда вернемся в форт. Ваан остается рядом со мной, хотя иногда он меняет обличье и улетает на разведку вокруг нас. Иногда он возвращается с капелькой крови на чешуе и мертвым животным для нас, и мы делаем перерыв, чтобы поджарить его и дать отдых ногам.

Однако, чем дольше он находится в человеческом обличье, тем более человечными мне кажутся его мысли. Я думаю о Лиаме в форте. Мы думали, что он странно выглядит, но его манеры и речь были полностью человеческими. Я никогда не видела , чтобы он превращался в дракона, так что, возможно, это одна из тех вещей, когда чем дольше он двуногий, тем больше он думает как мы и тем меньше как дикий дракон. Это тоже может быть правдой. Ваан кажется более уравновешенным с каждым днем. Он подбирает больше слов и лучше запоминает мое имя, хотя по-прежнему не является поклонником Мары. Я думаю о Расте и о том, как он крутился вокруг Эми, как будто от нее зависел его мир, и подозреваю, что это просто особенность его вида. Они чрезмерно сосредоточены на своих партнерах… или на тех, кого они хотят видеть своими партнерами.

Я краснею на ходу, думая обо всех поцелуях и ласках, которыми мы занимались каждую ночь.

Каждую.

Ночь.

Не имеет значения, если нет настоящего укрытия (как прошлой ночью) или нет уединения. В тот момент, когда мы останавливаемся, он хочет поцеловаться. Конечно, далеко это не заходит. Мои шорты всегда остаются на мне, и он никогда не кончает. Я тоже, если на то пошло. Я думаю, если бы кто -то из нас испытал оргазм, все было бы кончено, потому что мы не смогли бы вернуться к этому моменту. Мы целуемся. Мы гладим кожу друг друга. Мы целуемся еще. Он касается моей груди, гладит спину и прижимается носом к моему горлу. Мы целуемся еще сильнее.

Между нами так много поцелуев. Я не знала, что поцелуи могут вызывать такое сильное привыкание. В прошлом, конечно, это всегда было весело, но я никогда не жаждала этого так сильно, как я жажду поцеловать Ваана. Есть что -то такое в горячем прикосновении его языка к моему, во вкусе его губ, в том, как он прижимает меня к себе. Возможно, дело в интенсивности этого — в том, как он ведет себя, как будто его мир не существует вне того, чтобы доставлять мне удовольствие. Или это слегка шершавое шуршание его языка, которое напоминает мне кошачий язычок и заставляет задуматься, каково это было бы на разных частях моего тела.

Боже, его язык. Это почти так же затягивает, как и сам его рот, и я знаю, что всего после нескольких поцелуев я теряюсь в его прикосновениях. Я была очень близка к оргазму только от поцелуев и ласк.

И все же, несмотря на все это, я все еще не совершила этот «прыжок ». У нас не было секса.

Дело не в том, что я этого не хочу. Я остро осознаю, как сильно я хочу его и как сильно он хочет меня. От одного взгляда в мою сторону его член напрягается, и, поскольку он голый, это совершенно очевидно. Однако он не толкается в меня. Он жадно наблюдает за мной, и я знаю, что если бы я дала ему хотя бы малейший намек на то, что готова к этому, он бы уложил меня на землю, обнаженную, под себя в считанные мгновения.

Я много думаю об этом.

Я говорю себе, что не решаюсь на это прямо сейчас из -за присутствия Мары. Что ее присутствие там делает это странным. Хотя я вру. После многих лет жизни в фортах я видела , как люди трахаются в комнате, заполненной другими людьми. В Форт-Талсе не было ничего необычного в том, чтобы увидеть девушку, падающую на колени перед парнем на улице, потому что это был единственный способ, которым она могла достать еду. Я не девственница и не новичок в сексе. Когда вы живете в местах, где конфиденциальность менее важна, чем безопасность, это случается.

Если быть честной с собой, я жду, когда мы вернемся в Форт-Шривпорт.