Попаданка под прицелом - Женя Сталберг Страница 47

– Придётся подождать, пока не выпарится вода из чайника.

– Что-что, но мы, военные, умеем ждать.

Пока чайник грелся, я решила поубираться в лачуге: подмести, вытереть пыль, помыть полы, вытряхнуть пледы, укрывающие кровати, принесла наколотые дрова. Когда все дела были сделаны, лишняя влага уже выкипела. Полученную массу я потолкла деревянной ступкой.

– Это не традиционная медицина… – с подозрением воззрился мужчина, наблюдая за моими действиями.

Пусть он и прав, я поспешила соврать:

– Это не совсем так! Ты просто не видел прежде, как изготавливают лекарства.

Прищур Артура не изменился, и я сдалась:

– Ну ладно! Это нетрадиционная медицина! Но ты сам скажешь мне спасибо! Открой двери, пожалуйста, а то вся комната провоняла отваром.

Старший унтер-офицер встал и, хромая, направился к выходу.

Я быстренько заговорила кашицу на заживление, пока Артур не видит и не слышит. Не могу же исцелить его так же, как и Николаса. Несмотря на то, что он пошёл на риск, чтобы спрятать меня, не хочу доверять тайну ещё кому-то. Не знаю, как он отреагирует, не хочу начинать объяснение вновь. Полученная смесь достаточно поможет ране, ускорит восстановление повреждённых мышц и нервов, чтобы не испытывать боли. Так проще. Да, останется шрам, но я слышала, мужчины не против шрамов. Что немаловажно – о моём секрете тоже никто не узнает.

Глава 77.

Паранойя стала неотъемлемой частью меня с того момента, как я совершила тот решающий шаг прочь от дивизиона. Каждый шорох пугал меня до чёртиков, что аж дух спирало и сердце бросалось в пляс. Адреналин стал моим лучшим другом, тревога почти не исчезала из груди.

Я пыталась занять себя хоть чем-то: принесла со скважины новое ведёрко воды, насобирала полкорзинки грибов, приготовила из них и муки пирог, сложила аккуратно дрова около камина – снова. В помещении из-за очага стало жарко, но это даже хорошо, поскольку на улице к вечеру сильно похолодало.

Сон долго не приходил ко мне из-за того, что меня посещали пугающие мысли, как Николаса, Лили и Артура допрашивают, где я могу скрываться. Они хранят молчание, и их отстраняют от службы. А я ничего не могу сделать, чтобы помочь друзьям.

В конечном итоге я заснула в пустой лачуге и увидела сон, где мы с Ником живём вместе. Я оказалась в мире, избавленном от войны и невзгод. Там, где небо всегда чистое и спокойное, там, где нет опасности и нет скверного запаха пороха, лишь тишь да гладь. В месте, где луга и леса зелёные, птицы щебечут, ручьи шумят с кристально чистой водой, солнце яркое и слепит. Мне было хорошо до того момента, как что-то не прервало мою иллюзию.

Я открыла глаза в кромешной тьме и почувствовала себя уязвимой. В помещении настолько темно, хоть выколи глаз. Камин уже догорел, даже угли потухли. Стало зябко. По коже забегали мурашки то ли от холода, то ли от страха, а то ли от одного и другого.

Возможно, я паникую зря, и это какое-то животное. Опоссум или ещё что…

Откуда-то поблизости донёсся стук, и я вздрогнула. Давящее ощущение в груди переросло в зудящее, навязчивое и тревожное, от которого перехватывает дыхание.

– Кто здесь?!

– Это я, Элина, – подал голос Николас, и я с облегчением вздохнула.

Совсем забыла, что он должен прийти.

Послышался ещё какой-то шум. Мужчина разулся и зажёг зажигалку. Его лицо в свете маленького пламени выглядело ещё напряжённей и измождённей, чем прежде. Щетина вновь украшала его мужественный профиль.

– Опять кошмары?

Я активно покачала головой.

– Нет. Мне снился хороший сон.

Он говорил со мной так, словно я маленький ребёнок, отчего от стыда покраснела шея. Он стал свидетелем моих слабостей и страхов. Это так непривычно, что кто-то настолько много знает обо мне.

Ник опустился на одно колено у очага, зажёг свёрнутую бумагу и подложил под неё ещё пару наколотых Артуром дров.

– Тебе не холодно?

– Нет, – я закуталась посильнее в плед с затхлым запахом.

Николас покачал головой, глядя на это действие. Наверняка я лишь подтвердила его опасения.

Мужчина уже видел меня в ночной рубашке и даже обнажённой, но всё же испытываю стеснение под его пристальным взором. Его взгляд на коже ощущался так же ясно, как и прикосновение мозолистых пальцев.

– Что происходит в дивизионе?

– Тебя это больше не должно интересовать.

– Как это может не волновать меня?! Там мои пациенты, там те, кто хочет арестовать меня… – мой голос сорвался.

Николас медленно повернул голову, ещё находясь на колене около камина.

– Здесь ты в безопасности. К тому же, это на время. Я думаю, куда тебя перевезти.

– Мне так жаль, что я стала причиной твоего дискомфорта…

– Какого ещё дискомфорта, Элина?! – он злобно толкнул пару поленьев кочергой. – Ты не виновата, что во время войны теряются документы, без которых человека будто и не существовало.

– У тебя своей работы хватает. Не хочу подвергать тебя и других опасности.

Дрова в очаге угрожающе затрещали.

– Это не опасность. Это мелочи. Мы всего лишь хотим, чтобы восторжествовала справедливость. Ты внесла слишком большой вклад в дивизион, чтобы пострадать от его рук. А теперь ложись спать. Я не хотел тебя будить, пришёл удостовериться, что всё хорошо

Глава 79.

***

Четыре дня спустя

Проснулась я в пустой лачуге. Не то чтобы это неожиданно, но всё же разочаровывающе. Словно тому прекрасному сну не судьба сбыться. Николас служит, он приходит по ночам лишь проверить меня, ему нужно возвращаться днём, чтобы ещё больше не встрять в неприятности. Пора бы привыкнуть просыпаться в одиночестве.

– У вас с Артуром пунктик насчёт колки поленьев? – прислонилась плечом о дверной косяк, приятно удивлённая его присутствием. – Или это чисто военная привычка?

Ник оглянулся:

– Что-то вроде того!

Кажется, мужчины просто-напросто нуждаются в какой-то работе, лишь бы не бездельничать.

– Что ты здесь делаешь? Ты говорил, что не собираешься дезертировать.

Николас расплылся в улыбке довольного кота:

– А я не дезертировал. За год у меня накопились увольнительные, на некоторое время я свободен.

Теперь уже я просияла:

– Правда? Ты это сделал ради меня?!

– Не только ради тебя. – он приблизился и взял меня за руку. – Ради себя тоже. Я должен защищать тебя. Только так я сохраню