Обнаженная для генерала - Татьяна Озерова Страница 46

Рэналф передал поводья подбежавшему солдату и, не выпуская меня из рук, ловко соскользнул на землю.

Я уже с трудом осознавала, что он несёт меня по дому, прижавшись к нему и опустив глаза.

Воздух сменился, став влажным и тёплым, с лёгким успокаивающим ароматом.

Огляделась. Купальня. Посередине бил небольшой фонтан, наполняя каменный бассейн с парящей водой.

Только тогда он наконец опустил меня на ноги, уверенно придерживая, когда меня шатнуло.

Ощущение его пальцев на застёжках моего платья было таким знакомым, таким властным, но сейчас в нём не было обычной страсти, только бережность и забота. Грубая ткань упала к его ногам.

Я подняла на него глаза и невольно отшатнулась от его взгляда.

Рэналф окаменел, а затем крепко обнял меня, прижимая к себе.

— Всё прошло, Нея, — глухо произнёс он в мои волосы. — Не надо меня бояться.

Глава 45. Очищение

— Не буду, Рэналф, — тихо выдохнула я. — Спасибо…

— Умница, что меня дождалась.

Его руки, нарочито сдержанными жестами сняли с меня грубую ткань. Его взгляд упал на исподнее, единственную преграду между мной и полной наготой.

Чувствуя странное, уже позабытое смущение, я попыталась прикрыться руками, но он мягко, но неуклонно отвёл мои ладони в стороны.

— Всё, — сказал он, и в его голосе впервые прозвучала нежность, оглушающая в этой ситуации. — Всё чужое долой.

Он снял с меня последнюю одежду, и я стояла перед ним полностью обнажённая, дрожащая от пережитого.

Его горячие ладони легли на мои бёдра и медленно двинулись вверх, к талии, к груди, к шее, к волосам...

— Они не тронули тебя, — прошептал он. — Я бы почувствовал.

Я кивнула, и его губы коснулись моего виска, а руки продолжали гладить меня, успокаивая и согревая.

От его голоса, от его прикосновений, что-то надломленное во мне начало затягиваться. Дрожь стала утихать, сменяясь иной, глубокой внутренней вибрацией. Страх отступал, уступая место чему-то тёплому, тягучему и умиротворяющему.

Рэналф обнажил меня полностью и стремительно разделся сам. Поднял меня на руки и направился в наполненную чашу купальни. Его руки были нежными, но неумолимыми. И взгляд был сосредоточенным.

— Будь уверена, я сделал всё, чтобы забрать тебя быстрее, — хрипло выдохнул он, погружаясь со мной в горячую воду.

— Я знаю, Рэналф… — чувствуя, как его руки приходят в движение, я выдохнула и постаралась расслабиться. — Я знаю.

Он начал мыть меня ласкающими бережными движениями. Успокаивая и меня, и себя.

— Они говорили, что у них есть другие, — прошептала я, глотая ком в горле, чувствуя необходимость выговориться, пока он стирал с меня следы кошмара. — Другие носители дара. Что я не единственная.

Рэналф не остановился, продолжая свою методичную работу. Мягкая намыленная ткань скользнула по моей спине, смывая прилипшую пыль.

— Я знаю, — его голос был ровным, но в нём слышались стальные нотки. — Мы давно подозревали. Теперь есть доказательства. И имена. Никто не уйдёт.

Вода стекала по моей коже ручейками, унося с собой отголоски того кошмара. Его движения были бесконечно терпеливыми. Он омывал мои руки, спину, плечи, смывая грязь и страх. Каждое прикосновение было безмолвным утверждением, что теперь я в безопасности.

Когда я стала восхитительно чистой, Рэналф вынес меня из воды на руках, закутал в огромное, мягкое полотенце, пахнущее свежестью. Усадил в одно из мягких кресел, сам вытер меня, просушил волосы. А потом принёс чашку с горячим терпким взваром и сказал выпить всё.

Я пила, глядя на него широко раскрытыми глазами, всё ещё не в силах поверить, что это не сон.

Когда я допила, он отставил чашку. Его большие, сильные руки легли на мои плечи, начали медленно, плавно массировать зажатые мышцы. Бережными нажатиями он снимал остатки напряжения, утверждая, что всё позади.

Я закрыла глаза. Дрожь наконец начала отступать, сменяясь тяжёлой, всепоглощающей усталостью.

Так он и заставил меня забыть обо всём. О похитителях, о тёмных пещерах, о страхе. В моём мире остались только его руки, его бережность и забота. Чувство, что теперь всё будет хорошо.

Только когда я совсем расслабилась, Рэналф заговорил.

— Вокруг этого дома стоит целая армия, — произнёс он, наклоняясь и целуя меня в висок. — Мы проведём ночь здесь. Это место укреплено, и его легче охранять. А завтра переедем во дворец. Там защита сильнее.

— Но Элоиза же смогла… — обречённо произнесла я. — Прямо в центре дворца.

Я поёжилась. Рэналф привычно властным жестом повернул моё лицо к себе.

— Нея. Подобного больше не случится. Никогда.

Он говорил спокойно, но, глядя в его глаза, я поверила. Потому что в его словах я почувствовала правду. В них была безопасность. Была та самая сила, что сокрушила моих похитителей и теперь берегла меня.

Я лишь кивнула, прижимаясь к нему ещё сильнее, и почувствовала, как его губы коснулись моей макушки.

— Голодная?

— Нет, — меня передёрнуло. — Обо мне… заботились. Кормили хорошо.

Лицо Рэналфа окаменело, и он кивнул. Поднял меня на руки и пронёс в смежную комнату. Здесь было тихо, уютно, горел камин, а на столе стояла ароматная еда. Но он прошёл мимо, в спальню.

Осторожно уложив меня на кровать, он сам лёг рядом и притянул меня к себе. Его объятия были крепкими, бережными, настоящим убежищем для меня.

— Отдыхай, моя Нея, — сказал он, его губы коснулись моего лба. — Я останусь с тобой.

Я кивнула, прижимаясь к его груди и слушая ровный, мощный стук его сердца.

Его рука медленно поглаживала меня по спине. Широкие, властные ладони, выписывали на моей коже успокаивающие круги.

Я перевела дыхание и расслабилась, погружаясь в его объятия, в ритм его дыхания, в безопасность, которую он излучал. Его близость, его тепло, его сила вытесняли всё. Глубоко вдохнув, я спокойно заснула.

Проснулась от ощущения взгляда. Глубокого, тяжёлого. Открыла глаза и встретилась с янтарными глазами Рэналфа.

Он лежал на боку рядом, подперев голову рукой, и смотрел на меня так пристально, будто пытался прочитать что-то сокровенное, спрятанное в самой глубине моей души. В его взгляде не было привычной хищной жажды, только усталая, бесконечная нежность и… что-то ещё, чего я не могла понять.

— Поспи ещё.

Я улыбнулась ему, и в его глазах загорелся новый, тёплый огонь.

— Я выспалась. Голодная только. И пить очень хочу.

Рэналф кивнул, мы оделись в домашнее, приятное к телу, а затем он снова взял меня на руки.

— Я умею ходить, — улыбнулась я уже шире.

— Шалею от твоей улыбки, — посветлев лицом, сказал он и тут же сдвинул брови: — Нея, я