Танос - Элла Франк Страница 46

— Хватит.

Парис открыл глаза, и Танос отвернулся.

— Что случилось? Я сделал… сделал что-то не так?

— Нет, — хрипло ответил он. — Но тебе нельзя хотеть этого. Парис, это всё не по-настоящему.

— Что? Что значит «не по-настоящему»?

— Тебя тянет ко мне так же, как и твоих друзей к их запланированным жертвам. На самом деле, ты не хочешь меня, — проговорил Танос и склонился очень близко. — Посмотри на меня!

Парис расцепил закинутые на талию Таноса ноги и опустил их на пол:

— Я смотрю на тебя! Танос, я вижу тебя. Я вижу каждую чёрточку, каждый шрам, что искажает твоё по-своему прекрасное лицо. Для меня оно — ослепительное напоминание о том, что нас отправили навредить вам. Что в этом уравнении монстры не вы, а мы.

Танос хмыкнул и отвернулся:

— Ты ничего не знаешь о монстрах, glikie antra. Как и о демонах, которые затягивают в такую бездонную тьму, что невозможно вспомнить, как искать дорогу к свету, даже если попытаться.

— Тогда поговори со мной. Облегчи свою ношу. Я хочу узнать тебя.

Слова прозвучали так искренне, что Танос выпустил клыки и в мгновение ока развернул Париса лицом к стене. Наклонив его голову в сторону, он царапнул остриём по вене, запульсировавшей сильнее от нависшей смертельной угрозы.

— Ты уверен? Мне казалось, что тебя не возбуждает опасность. — Когда Парис промолчал, в отличии от его оглушительно колотившегося сердца, Танос продолжил: — Скорее, ты из тех, кому хочется романтики. Но это не про меня. Ни сейчас, ни в будущем. Я не рыцарь, Парис Антониу, я не буду тебя спасать. Я — тьма в твоих ночных кошмарах.

Кадык Париса дёрнулся под пальцами Таноса.

— Ты много раз говорил, что можешь читать мои мысли. Загляни в них, а потом говори, что я не знаю, кто ты, и не знаю, чего я хочу. Танос, я не хочу, чтобы меня спасали от тебя. Я просто хочу быть с тобой.

Танос резко повернул Париса и припечатал его к стене, прижав всем телом.

— Тогда ты глупец. Прекрасный сладкий глупец. Ты был там, ты видел всё своими глазами. Спасаться тебе нужно не от меня. Запомни: как только он очнётся, тебе действительно потребуется спасение.

И Танос приник губами к губам Париса, наслаждаясь моментом, пока не отошлёт его от себя навсегда.

Итон приходил в себя медленно.

Он лежал на полу, привалившись спиной к стене и раскинув ноги в стороны. Тупая боль в шее давала прекрасное представление о том, каким образом его вырвали из последнего похода за отмщением. Когда зрение начало восстанавливаться, Итон окинул взглядом комнату, узнал часть обстановки и понял, куда Танос его притащил.

«Судебный зал. Проклятье. Зачем он тянет?»

Раздражение, возникшее в этот момент из-за положения, в которое он попал, напрочь подавило все другие эмоции.

Итон был взбешён тем, что его отмщение прервали.

Разгневан из-за вероломного предательства Диомеда их семейных уз.

И разочарован неспособностью Таноса выполнить должное.

Зачем он оставил его в живых? Итон прекрасно знал, что несколько последних столетий Танос не раз желал его смерти. В памяти всплыл самый яркий и явный пример — ночь в спальне Чарли. Тогда почему он колеблется?

Не найдя быстро ответа, Итон на какой-то момент отдался течению времени, его зрение затуманилось, а разум попытался успокоиться. Осталось недолго. Зараза, демон, сидящий внутри, был его освобождением. Итон знал это. Всё должно было случиться много лет назад, но гордость не позволяла ни ему, ни Василиосу, ни Таносу потерпеть неудачу.

Они были решительно настроены усмирить существо, яростно бушевавшее внутри него. Уверены, что смогут побороть тьму. Но сейчас она доминировала, как никогда прежде. Итон больше не мог её контролировать. Не мог удерживать, даже ради Таноса. Он понял, что время пришло.

Утвердившись в своём намерении, Итон попытался сфокусироваться на обстановке, и когда окружающие предметы обрели очертания и резкость, он заметил, что в комнате происходит что-то ещё.

Слышались тихие вдохи и хриплые стоны, словно кто-то был в агонии, и… — да, вот снова! — определённо рык Таноса, который Итон узнал бы где угодно.

Он пробежался глазами по комнате и очень быстро нашёл их. Напротив, возле стены стоял Танос и, склонив голову, пылко кого-то целовал. В этом не было сомнений.

Итон увидел ногу Таноса, стоящую между двумя другими, широко расставленными на полу. Судя по движению его бёдер, младший вампир открыто наслаждался тем, что делало его тело. Итону не нужно было видеть второго участника процесса за широким торсом Таноса. Он и так знал — это третий, Парис.

Итон закрыл глаза и внимательно прислушался к происходящему. Отчаянное желание волнами исходило от мужчин, набросившихся друг на друга подобно животным. В воздухе начал разливаться сильный запах секса и тестостерона, смешанных с эротическим напряжением. Это стало последней каплей — зубы Итона удлинились, а ноги сами собой подняли его вверх.

Старейшина открыл глаза и позволил себе заглянуть в разум того, кто настолько сильно возбудил Таноса. Увиденное поразило.

Лицо в видении человека узнавалось с трудом. Это был не его Танос. Да, это был вампир, нашедший его в офисе Элиаса. Тот самый, кто недавно наорал на него, а потом сломал ему шею. Но суровая правда — Итон знал её как тогда, так и сейчас — была в том, что тот вампир, который стоял сейчас у стены напротив и на которого смотрел человек, больше ему не принадлежал.

Когда пришло осознание реальности и ответ на вопрос «почему» стал предельно ясен, вся ревность и обида отвергнутого, испытанные в коридоре возле покоев Таноса, всплыли на поверхность, и Итон дал волю своему чудовищу.

Из его груди вырвался мощный яростный вопль. Танос резко обернулся и, увидев старейшину, закрыл своим телом, как щитом, стоявшего позади человека. При этом движении когти у Итона удлинились, а злость стала сильнее.

— Мой Танос. Похоже, теперь ты защищаешь кого-то другого, — прорычал Итон, заметив тяжёлое дыхание и эрекцию младшего вампира. — Что ж, думаю, мы скоро увидим, как далеко ты зайдёшь в своей привязанности.

— Итон, не делай этого.

— Почему? Разве не ты недавно умолял меня принять тебя обратно? Если ты говорил серьёзно, значит, этот выбор будет для тебя очевиден.

— Итон…

Танос сказал что-то ещё, но было уже поздно. Итон теперь понимал лишь два слова: «напасть» и «убить».

ГЛАВА 27

Аласдэр перенёс Лео прямо в