Академия желаний, или Запретная жена дракона - Оксана Волконская Страница 44

– И этот результат считает себя практически официальной невестой? – деловито осведомилась я. Машинально отметила, что мы как-то очень странно говорим о его невесте с учетом того, что меня все еще продолжают обнимать. А я вроде как и не слишком-то вырываюсь.

– Тебе не кажется, что глупо считать себя невестой женатого дракона? – хмыкнул Маркус, невольно сжав ладони на моей талии. М-да, я прямо физически чувствую, как ему симпатична леди Мирабелла, что он чуть ли не мертвой хваткой вцепился в меня.

– О том, что ты женат, знает всего несколько людей, – пожала я плечами. – Ты, я, Энтони, Злата с Яриной и Тиан. Не так уж и много. Мирабелла явно не в курсе, так что с чистой совестью может считать себя, кем угодно.

Причем сказала я это, ни капли не сомневаясь. В конце концов, я действительно весьма неучтенный и крайне нестабильный фактор. Если же в голову девушки постепенно вдалбливали мысль, что в будущем она станет женой Маркуса, неудивительно, что она привыкла к этой мысли. Ее просто запрограммировали на это. И тут уже, вполне возможно, не имеют никакого значения ни его, ни ее чувства. Здесь политическая арена, на которой нет места эмоциям, жалости и прочему. Каждый старается выгрызть себе кусок побольше. Именно по этой причине я и не желала участвовать ни в чем подобном.

– А я? – вдруг тихо спросил Маркус. – Меня кто-нибудь спросил? Она там себе что-то придумала, но ни разу не поинтересовалась, нужна она мне или нет.

Я вздохнула. А вот это уже обратная сторона медали. Но есть еще один момент.

– Слушай, ну Тариэль тебя тоже не спрашивала, когда женила на мне.

– У нее хотя бы вкус есть, – фыркнул Маркус, а я невольно смутилась. Но не удержалась от вопроса:

– Слушай, дорогой мой супруг… А уж не тормозишь ли ты сам факт аннулирования нашего брака для того, чтобы избавиться от нежеланной невесты?

И вроде бы хотела спросить шутливым тоном, но в голосе все равно проскользнули странные нотки. Неужели вот это все, в том числе и наши поцелуи, лишь попытки избавиться от ненужной невесты? И дело уже даже не женском самолюбии, тут уже что-то иное.

Маркус же несколько секунд изумленно на меня смотрел, а потом… Расхохотался, черт его побери. Это была самая странная реакция, которую я только ожидала от него.

– Знаешь, я, конечно, знал, что у ведьм богатое воображение, – сквозь смех проговорил он. – Но ты сейчас побила все рекорды. Власта, ну подумай логически, зачем мне это?

– Ну… По логике как раз-то все и сходится, – обескуражено проговорила я. – Кроме твоей реакции.

От неожиданности я сказала правду и получила новый взрыв хохота. И это даже как-то обидно не было. Возможно, потому что я верила ему? Его реакция не казалась наигранной, было в ней что-то такое…искреннее.

– Знаешь, это практически обидно, – вдруг пожаловался мне Маркус. – Ты всерьез считаешь меня таким беспомощным, что я не смогу справиться с интригами нескольких женщин без ширмы, в роли которой ты сейчас представляешь себя?

Я промолчала, впервые за долгое время не зная, что ответить. Но он и не ждал ответа и спокойно продолжил:

– Я, конечно, люблю свою мать, да и к тетушке Бетси питаю весьма теплые чувства… Но не до такой степени, чтобы пойти под венец с той, кого они мне навязывают. Я никогда в жизни не давал Мирабелле повода думать, что отношусь к ней как-то по-особенному. Так что все ее иллюзии – это ее проблема.

– А женщинам много не надо, – неожиданно вступилась я за эту кошку облезлую. – Ей уже намекнули, что ты – ее. Неоднократно. И она начала в это верить.

– А ты? – вдруг вкрадчиво поинтересовался Маркус. – Ты веришь?

– Во что? – недоуменно моргнула я. Нет, вывертов драконьей логики мне, кажется, никогда не понять.

– В то, что я – твой? – он слегка прищурился, и от этого испытывающего взгляда стало не по себе. – Я тебе сказал, что нас слегка поженили, Тариэль и Тиан тебе говорят о том же. Ты в это веришь?

Спорный вопрос. Особенно если учесть, что мы недосупруги. И поцелуи в концепцию нашего прекрасного разрыва не вписываются совсем.

Но вот беда – меня к нему тянет. Его ко мне, кажется, тоже. Вредная ящерка утверждает, что она здесь ни при чем. Но стоит ли этому верить? А дракон… Поди пойми, что у него в голове творится.

– А ты – не мой, – в тон ему ответила я. – Я точно такая же навязанная тебе барышня, как и Мирабелла. Да, может, чуть получше. И, в отличие от нее, упираюсь. И не собираюсь надевать на тебя брачные кандалы. Но это не меняет того факта, что ты – не мой, а я – не твоя. Это не так работает. В отношениях слова и неожиданно свалившийся на голову брак мало что значит.

– А что значит? – поинтересовался Маркус. Я вздохнула – и когда только мы успели перейти к этой теме.

– Поступки. Всегда и в любой ситуации имеют значения поступки, – ровно ответила я, подумав, что рядом с ним я становлюсь какой-то непривычно рассудительной. Раньше во мне было куда больше порывистости, сейчас же осторожничаю, чтобы не влипнуть во все это с ушами. Уши жалко.

Вместо ответа Маркус вдруг взял и поцеловал меня так, что даже колени начали подгибаться, а разум мутнеть. Жестким, страстным и даже жадным поцелуем, который оборвался так же внезапно, как и начался. А дракон от меня еще и на шаг отступил.

– Вот тебе поступок, – хмыкнул он. – Как ты будешь его интерпретировать?

Как, как… Да как самую настоящую издевку!

– Ты как будто надо мной опыты ставишь, – прищурилась я. – И, знаешь, я не очень-то хочу быть подопытной крысой!

– Да почему… – начал что-то говорить Маркус, но сейчас слушать что-то я уже не была готова и перебила его:

– А потому