Светлая княжна темного рода - Евгения Зимина Страница 41

— А ты? — осмелилась я спросить. — Ты предпочитаешь, чтобы тебя уважали или боялись?

Он улыбнулся своей хищной улыбкой.

— И то, и другое. Но начинал я со страха. Уважение пришло позже. — Он посмотрел на заживающий шрам на моей руке. — Твоя игра с Чернооким… изящна. Но игра с тенью опасна. Не забывай, что в любой момент тень может поглотить тебя.

Его слова звучали как предупреждение, но в его глазах я снова увидела тот же азартный интерес. Он наслаждался этим — наблюдать, как я балансирую на острие ножа.

Конец семестра ознаменовался итоговым экзаменом по тактике и стратегии. Нас снова отправили в Заброшенные Крипты, но на этот раз задание было сложнее: не просто выжить, а захватить «реликвию», охраняемую могущественным магическим стражем.

Команды определялись жребием. На этот раз судьба была благосклоннее — я, Александра, Борис и ещё двое студентов с нашего факультета.

Крипты встретили нас молчанием, более зловещим, чем в прошлый раз. Мы продвигались медленно, обезвреживая ловушки. Александра чувствовала скрытые потоки воды под камнями, предупреждая о механических западнях. Борис проверял прочность стен. Я, используя своё растущее чутьё, ощущала сгустки магической энергии.

Когда мы добрались до центрального зала, где на пьедестале покоился светящийся кристалл-реликвия, нас ждал страж — огромный голем, сплетённый из корней и камня, с горящими зелёными глазами.

Бой был тяжёлым. Голем был не просто сильным — он был умным. Он разделял нашу группу, атаковал самого слабого. Мы с Борисом прикрывали фланги, пока Александра и другие пытались найти слабое место.

В разгар битвы я почувствовала знакомое присутствие. Не физическое, а магическое. Кто-то наблюдал за нами. Сверху, из темноты сводов. Зарев. Или, может быть, сам Магистр Корвус.

И в этот момент я поняла, что это не просто экзамен. Это проверка. Проверка того, чему я научилась. Не только магии, но и лидерства.

— Александра! — крикнула я, уворачиваясь от удара каменного кулака. — Ледяная дорожка под его ноги! Борис, удар с правого фланга, когда он поскользнётся! Остальные отвлекайте его!

Мои товарищи, привыкшие к моей обычно тихой роли, на секунду замерли, но затем безоговорочно выполнили приказы. Ледяная дорожка заставила голема пошатнуться, Борги врезался в него сбоку, и в этот миг я не стала создавать щит или выпускать сгусток энергии. Я сфокусировала всю свою волю на одном — «остановиться».

Я не атаковала голема. Я атаковала магию, которая его оживляла.

Свет в моей груди дрогнул, но не вырвался наружу. Он потек тонким, невидимым ручьём, целясь не в камень, а в сердцевину заклинания. Я представляла, как нити энергии, связывающие голема, истончаются и рвутся.

Голем замер на полпути, его зелёные глаза померкли. Камни и корни, из которых он был сложен, с грохотом развалились, образуя лишь безобидную груду булыжников.

В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь нашим тяжёлым дыханием.

— Объясни, — раздался голос Магистра Корвуса. Он спустился из темноты, его лицо было невозмутимым.

— Я… дестабилизировала магическую матрицу, удерживающую его, — выдохнула я. — Вместо того чтобы ломать форму, я атаковала суть.

Корвус медленно кивнул.

— Принцип экономии сил. Высший пилотаж. Пять баллов. Всем. Экзамен сдан.

Когда мы, уставшие, но торжествующие, выбрались на поверхность, я почувствовала, что перешагнула некий рубеж. Я не просто выжила. Я повела за собой других. И победила.

Зарев встречал у выхода из локации.

— Достойно. — сказал он, обводя группу взглядом.

И в этот раз это слово значило для меня больше, чем все предыдущие похвалы, вместе взятые.

Глава 45

После удачных завершений экзаменационных испытаний Академия, ещё мгновение назад кипевшая напряжённой энергией, вдруг выдохнула. Студенты, не скрывая облегчения, паковали вещи, договаривались о встречах, смеялись. Даже строгие магистры казались чуть более мягкими.

Для нашей маленькой группы: меня, Александры и Бориса — это было больше чем просто окончание семестра. Мы стояли у главных врат, глядя на подъезжающие экипажи.

— Ну что, — подруга сжала мою руку. — Возвращайся героем. Или, по крайней мере, не забывай, как пускать розовых зайцев из иллюзий.

— Постараюсь, — улыбнулась я. Её поддержка за эти месяцы стала для меня настоящей опорой.

Борис молча протянул мне небольшой, идеально отполированный камень с вырезанным руническим знаком прочности.

— На удачу, — буркнул он.

Я взяла камень, тронутая до глубины души. Эти двое, такие разные, стали моей первой настоящей дружеской опорой в этом новом, жестком мире.

Мой экипаж, тот которыйс гербом Заревых, ждал. Перед тем как войти, я обернулась и на мгновение встретилась взглядом с Дмитрием Заревым. Он стоял на балконе административного здания, наблюдая за отъездом студентов. Встретившись взглядами, кивнул мне, коротко, почти незаметно. Я кивнула в ответ и скрылась в глубине экипажа.

Дорога домой казалась и короче, и длиннее одновременно. Пейзаж за окном был знакомым, но я смотрела на него другими глазами — глазами человека, научившегося видеть магические потоки в земле и потенциальные укрытия в складках местности.

Когда вдали показались чёрные башни поместья Меньшиковых, у меня сжалось сердце. Это был не просто дом. Это была крепость, благополучие которой я купила ценой своего будущего.

Меня встречали не так, как провожали. Не было толпы, но у ворот стоял Артём, капитан Лют и несколько старейшин во главе с Матвеем. Отсутствие Ольги было красноречивым.

Я вышла из экипажа. Я всё ещё была в простой дорожной одежде, но держалась иначе — прямее, увереннее. Шрам на руке был скрыт под рукавом, но его присутствие ощущалось мной в каждом движении.

Артём первым нарушил молчание. Он подошёл, окинул меня быстрым, оценивающим взглядом и… улыбнулся. Это была не та снисходительная усмешка, к которой я привыкла, а улыбка воина, видящего возмужавшего товарища.

— Выглядишь… целой, — произнёс он. — Для первого семестра в Пылающей Границе это уже достижение.

— Спасибо, брат, — ответила я.

Матвей подошёл следом и положил свою руку мне на плечо.

— Добро пожаловать домой, дитя. Мы слышали… отрывочные слухи. Кажется, ты не теряла времени даром.

Капитан Лют, отдавая честь, смотрел на меня с тем же уважением, что и на Артёма.

Войдя в поместье, я почувствовала знакомый запах старого камня, воска и трав. Но что-то изменилось. Слуги, встречавшие меня в коридорах, не просто кланялись, они смотрели на меня с любопытством и… надеждой. Вести о «Сделке века» и моём поступлении в Академию сделали меня не изгоем, а символом перемен.

Даже за обедом в большом зале атмосфера была иной. Ольга сидела на своём месте, холодная и неприступная, но её молчание было уже не всесильным. Старейшины, прежде игнорировавшие меня, теперь обращались ко мне с вопросами