Попал! В хоршие руки. Лазейка-портал 2 - Мартиша Риш Страница 41

— Демон на связи.

— Денис?

— Думаю, я единственный демон, которого вы знаете. Только не говорите, что у меня опять тройка в четверти вылезла. Мы же обо всем уже договорились.

— Тройка не вылезла. Ты мне не поможешь? Дело в том, что я уезжаю по делам на несколько дней. Очень срочно. Понимаешь, семейные сложности.

— Вы мало тренировались.

— Что ты имеешь в виду?

— Врете не слишком гладко. Нужно хоть пару подробностей. Вы хотите, чтоб я вас перед школой прикрыл? Каким образом?

— Все-то ты понимаешь.

— Я демон.

— Директору завтра сможешь отдать документ? Скажи, что я замуж выхожу. Еще что-нибудь придумай? Ты же у нас мастер лжи.

— Не-не-не! К директору не пойду, мне еще школу нужно закончить. Маме нервничать никак нельзя. Это уж вы сами. Все остальное — пожалуйста. Замок могу захватить для вас в какой-нибудь дальней провинции без крови и разрушений, еще что. Но к директору я не пойду точно.

— Ладно, тогда я сама. Спасибо, Денис.

— Да без проблем. А насчет замка подумайте, а то у вас скоро день рождения, класс как раз не знает, что подарить. Да, вам привет от моей мамы, заглядывайте на чай к эльтем Диинаэ. Она будет рада.

— Ничего! Ничего мне не нужно дарить, Денис! И маме своей передай! — я оторвала трубку от уха. Оттуда донесся едва слышный голос Дениса.

— Полагаю, это уже было. Повторяющиеся подарки — дурной тон.

Я оставила телефон на столе, схватила сумку, спихнула в нее горсть золотых, добавила пару колечек. Ну, Денис! Чтобы я тебе еще хоть раз помогла договариваться с учителями.

Через минуту я была во дворе. Осталось немного, найти ломбард, сдать в него золото, купить все, что хочу. И потолки у меня будут розовые! Во всей квартире! Чтоб радовали глаз.

*** Оскар

Тьма окутала сад, подступилась к деревьям, слуги исчезли из дома, как и всегда. Вот только именно сегодня я остался совершенно один. Не слышно шагов, не скрипнет в глубине дома дверь, перо не пройдёт своего витиеватого пути по пергаменту. Анджел исчез, сбежал от меня, бросил, его здесь больше нет, и я вообще не уверен, что у меня есть сын. Темные земли — проклятое место, край, полный нечисти и теней. Когда-то давно, без малого сотню лет назад там случился прорыв и некогда благодатный край заполнила нечисть. Прорыв маги еще как-то сумели закрыть, нечисть же так и осталась. Да и кому было ее изводить? Одна эльтем в то время покинула этот мир, другая еще не пришла.

Место прорыва как-то сумели изолировать, чтобы нечисть не просочилась в остальные мир. Маги прокопали дорогу в песке, рассыпали пыль из серебра, вбили медные колья в землю, даже осиновую рощицу и ту высадили в форме кольца. Нет-нет, да какой-нибудь идиот, вроде моего сына, искатель приключений, войдет в Темные земли. Вот только возвратиться оттуда мало кому дано целым и невредимым. Темные ведьмы — единственные, кого по-настоящему боится нечисть. Ну еще эльтем. Но единственной эльтем этого мира, нашей соседке, эльтем Диинаэ, нет никакого дела до Темных земель, она туда не заглянет. Просить ее о помощи? Бесполезно! Кто я, и кто она! Единственный, кто бы посмел к ней обратиться — моя супруга, она, как будто учит сына эльтем. Я видел, что они общались. Да что толку? Жены моей в доме нет, и где она — совершенно не ясно.

Вся надежда на Аню, она взяла под свое покровительство Анджела. Темная ведьма должна справиться с нечистью, если будет достаточно осторожна. Тем более даром девица наделена удивительно сильным. Не зря профессор отправил ее именно в Темные земли. Побоялся, что моя падчерица по неопытности разгромит столицу.

Я поежился, слишком отчетливо вспомнилось то, как из ведьмы хлынул наружу ее темный дар. Повезло, что мы выжили, что тьма не коснулась никого из нас. Букетам на столе повезло куда меньше — лепестки потемнели, осыпались пеплом. Я хмыкнул, вспомнив свою растерянность, бледное лицо профессора, гримасы ужаса, отразившиеся на лицах его учеников. Так стоит ли бояться вампиров, когда вот она — настоящая смертоносная сила, заключенная в юной девице? Но чёрной ведьме предложили заключить сделку с самим королем, стоило только профессору узнать о том, кто перед ним. А мне? Мне кто-нибудь предложит сделку, если узнает, кто я есть, что так тщательно скрываю под своею личиной? Нет, меня выжгут вместе с моим кланом, со всем моим логовом!

И я вновь откинулся в кресле, нащупал пальцами подлокотники. Теперь осталось только молиться за сына, за моего мальчика, если он все еще у меня есть, если мой белокурый Анджел жив.

Позади кресла раздались неловкие шаги, скрипнуло несколько половиц. Я было напрягся, но запах мужского тела быстро рассказал мне о том, кто его обладатель.

— Дальон, и ты здесь? Проголодался?

— Мне жаль.

— Могу я узнать, кого ты решил облагодетельствовать своей жалостью на этот раз? В прошлый раз ты дарил ее всему этому миру.

Я даже головы не стал поворачивать, смысл? Дальон — ничто, как то кресло, что стоит у стены. Жалкий глупец, невольник своих собственных заблуждений. Парень обошел меня по кругу, встал так, чтобы я мог его видеть.

— Мне искренне жаль вас, господин Оскар.

Я хмыкнул, перебрал взглядом стоящие на столе канделябры. Всего двенадцать и каждый отличается от другого изящными наплывами воска. Словно бы внешность у этих предметов одна, а души разные, вот и свечи они оплавляют каждый по-своему. Кто сильней греет воск, кто, напротив, хочет удержать свечу от глупостей, не дает ей оплавиться слишком рано, держит своим внутренним хладнокровием.

— И почему же тебе меня жаль? Поверь, мне действительно любопытно.

— Вы невиновны в том, кто вы есть. Точно так же, как и юная ведьма. Вы родились чудовищем, произошли от чудовища, нет вашей власти что-либо изменить. В мире водятся не только милые лани, но и тигры. Иначе б мин не был совершенен. Лани бы расплодились, выжрали всю зелень и все одно издохли бы все. Тигр сдерживает их от мора своей охотой.

— Что-то в этом есть. Я ведь тоже хищник.

— Именно так, — парень попытался взглянуть на меня стойко и твердо, как и подобает загнанному в угол достойному зверю.

— Но есть кодекс, он вырабатывался тысячелетиями. Я