Освобождение Луки - Виктория Эвелин Страница 41

— Я не могу солгать и сказать, что связь не вызывает у меня… сильных чувств к ней, но эти чувства скорее сексуального и защитного характера. Я хочу ее по этим причинам, но это не все. Она спасла меня многими способами, не одним. Я был накачан наркотиками, почти лишился рассудка, но находился в сознании достаточно, чтобы смутно понимать, что они со мной делали. Если мои туманные воспоминания верны, она была доброй, когда в этом не было необходимости. И храброй. Не так много людей могут похвастаться такой добротой и силой. Возможно, мой инстинкт спаривания изначально привлек меня к ней, но она — единственная причина, по которой я смог выжить в том месте. Она привязала меня к моему здравомыслию. Дала мне повод продолжать бороться. Если она больше никогда не захочет меня видеть, я пойму, но я никогда не перестану хотеть ее.

Джейд уставилась на Луку с широкой улыбкой на лице.

— Просто скажи ей это. Проще простого.

— Что?

— Это была отличная маленькая речь. — Она посчитала на пальцах. — Она нравится тебе такой, какая она есть. Тебя безумно влечет к ней. Ты будешь усердно трудиться, чтобы завоевать ее расположение, но не будешь пытаться заставить ее быть с тобой, если она этого не захочет.

— Она будет довольна этим? — С любопытством спросил Лука. — Она не захочет подарков, демонстрации моих способностей или оценок?

Джейд умоляюще посмотрела на Тео. Он со вздохом сел рядом с ней.

— Мы собираемся провести здесь весь день, не так ли?

***

Покидая медотсек, куда его проводил Тео, Лука размышлял о том, что сказала ему Джейд. Если она была права, Элис не понадобится показуха, которая обычно сопровождает ухаживание.

Ее описания человеческих отношений были слишком хороши, чтобы Лука поверил. Постоянная привязанность? Спать в одной постели? Лука даже в самых смелых мечтах не думал, что такое возможно, даже если бы он нашел лекарство от бесплодия клеканианцев.

Однако, чтобы получить все, о чем рассказала ему Джейд, ему нужно было искупить свою вину перед Элис.

Он узнал, что его лодыжка, теперь полностью зажившая, не была сломана. Тонкая кость прямо над лодыжкой, однако, была сломана. Когда врач осмотрел его, он был удивлен, узнав, что Лука не только более двух часов боролся с болью, но и пытался ходить на поврежденной конечности.

Крепко сжимая в руках мяч для прохода гостей, он смотрел через воду на маленький плавучий домик Элис. Беспокойство заставило его сердцебиение участиться, а жар пополз за воротник. Лука нахмурился.

В своем мире он преуспевал почти во всем, за что брался. Если он за что-то брался, чаще всего ему это удавалось. Чувство тревоги было не тем, к чему он привык.

Всякий раз, когда он раньше общался с женщинами, он был либо очаровательным, как научила его учеба, либо незаинтересованным. Он уже дважды доходил до этапа тестирования церемонии, но всегда отказывался участвовать, чтобы избежать выбора. Он знал себя и знал, чего хочет. Временная жена — это не то. Всякий раз, когда он использовал то, чему его учили в школе, чтобы очаровать женщину, это всегда было с прямой и откровенной целью заняться сексом.

Когда Лука почувствовал, что его ладони становятся влажными от пота, он понял, что с Элис все по-другому. Ему было не все равно, нравится ли он ей. Он хотел, чтобы он ей нравился. Чтобы она искала его для разговоров. Он хотел быть человеком, достойным ее внимания, но прямо сейчас он так не чувствовал.

Он отправился в путь, испытав облегчение, когда обнаружил, что платформы появляются у него под ногами, когда он идет к ее дому. Как скоро Метли отключит пропуск? Если билом ужалит его, это только отправит его обратно в медотсек и снова подальше от Элис.

Дойдя до ее двери, он на мгновение собрался с духом, затем постучал.

Из-за двери послышался тихий голос:

— Кто это?

— Лука.

Он нахмурился, когда за его ответом последовало молчание. Как раз в тот момент, когда он был готов заговорить с ней через лес, а не лично, как он надеялся, Элис открыла дверь.

У него на мгновение перехватило дыхание при виде нее и обнаженной кожи ее рук и плеч. На ней больше не было того свитера, который был раньше.

Задержав на мгновение его взгляд, она отступила в сторону от дверного проема.

— Пройдешь? — спросила она, поджав губы.

Должно быть, это земной обычай.

Он решил, что было бы невежливо отказать ей, даже когда он съежился при мысли о других мужчинах, которых она, возможно, невинно приглашала в свой дом. Приглашение в дом женщины-клеканианки обычно было сигналом того, что она заинтересована в сексе. То, как глаза Элис нервно блуждали по комнате, сказало ему, что она, к сожалению, не собиралась поступать так же.

Теперь, в светлых, прохладных пределах ее дома, он поставил мяч возле двери и снова изучил ее. Он мысленно поблагодарил не по сезону теплую погоду за то, что мельком увидел ее обнаженные плечи и глубокий вырез.

Она прочистила горло, и его глаза снова встретились с ее. Он в отчаянии сжал кулаки. При первой же возможности произвести лучшее впечатление он не смог удержаться и не пожирал ее глазами.

Бледно-розовый цвет разлился по ее щекам, снова отвлекая его внимание от его целей. Будут ли ее щеки так же краснеть после энергичного секса, или ее кожа порозовеет везде?

— Чем я могу тебе помочь? — спросила она, не встречаясь с ним взглядом.

Возьми себя в руки! — Лука прочистил горло.

— Я хотел бы извиниться за то, что поставил тебя в неловкое положение раньше.

Элис приподняла изящную бровь.

— Ты извиняешься за то, что поставил меня в неловкое положение? — медленно произнесла она.

— Да, я… — горящий взгляд в ее глазах заставил его задуматься. — Я не хотел так говорить с тобой при всех.

— О! — рассмеялась она. — Ты хотел поговорить со мной как с пустым местом наедине?

— Нет… — начал он, но с трудом смог уточнить.

Элис подняла руку.

— Лука, я действительно не знаю, чего ты от меня хочешь. Мне жаль, что мы попали в такую переделку и что ты теперь чувствуешь, что я твоя пара, но я не думаю, что мы должны быть вместе.

Его сердце подскочило к горлу, обрывая его быстро исчезающие разумные доводы в пользу обратного. Он проследил за