Невеста по контракту для медведя - Вик Арис Страница 4

Глава 2

Я приехал в агентство намного раньше и сам на себя за это злился, потому что никогда не приезжаю раньше. Обычно ко мне приезжают, меня ждут, под меня подстраиваются, а не наоборот. Но в этот раз я приехал за сорок минут до назначенного времени, заглушил двигатель и остался сидеть в машине, глядя на стеклянный фасад здания, в котором находилось агентство. Можно было подняться, выпить кофе, посмотреть документы, сделать вид, что у меня все под контролем, но я сидел и понимал, что если сейчас поднимусь и увижу ее, то назад дороги уже не будет. И дело даже не в контракте, не в клане, не в старших, которые выносят мне мозг разговорами про жену и наследника. Дело было во мне. Я слишком хорошо знал себя, чтобы врать самому себе. Если медведь что-то выбрал, он уже не отпустит.

Медведь внутри с самого утра был беспокойный. Будто ходил кругами, фыркал и ждал. Я пытался работать, открывал документы, отвечал на письма, разговаривал с людьми, но ловил себя на том, что в какой-то момент просто смотрю в одну точку и думаю о рыжей девушке с фотографии.

В итоге я все-таки вышел из машины, открыл багажник и достал букет. Огромный, тяжелый, держать его было неудобно. Сам не знаю, зачем купил именно такой. Я вообще никогда в жизни не покупал женщинам такие букеты. Максимум — что-то аккуратное, формальное, если это нужно было по правилам. А тут увидел цветы и понял — надо. Потому что к ней нельзя приходить с пустыми руками. Нельзя приходить к женщине, которая идет на такой шаг, и сразу говорить про деньги, контракт и условия. Сначала — цветы. Потом все остальное.

— Ты ведешь себя как подросток, — сказал я себе под нос, захлопнул багажник и пошел ко входу.

В агентстве меня уже знали, поэтому проводили сразу.

Когда я открыл дверь и увидел ее, первое, что я понял — она в жизни лучше, чем на фото. Намного. На фото она была симпатичная. В жизни она была… красивая. И да, она была полнее, чем на фото. И в этот момент у меня внутри медведь просто довольно выдохнул, как будто нашел то, что искал. Потому что она была мягкая, теплая, с округлыми плечами, с пышными бедрами, большой грудью, с пухлыми пальчиками, которые хочется взять в ладони. Настоящая медведица, хоть и человек. И я поймал себя на очень простой, очень мужской мысли — ее хочется обнять. Просто обнять и прижать к себе. И чтобы она не дергалась, не боялась, а стояла спокойно и знала, что теперь все будет нормально.

Но вместо этого я стоял и смотрел на нее, потому что если бы я тогда к ней прикоснулся, я бы уже не остановился.

Она нервничала, это было видно сразу. Она говорила много, и я понимал, что она говорит не потому, что болтливая, а потому что если она замолчит, то начнет бояться. И чем больше она говорила, тем больше мне нравилось ее слушать.

Когда Елена Викторовна тактично вышла и мы остались вдвоем, я наконец подошел к столу и положил перед Полиной букет. Она сразу замолчала, как будто забыла, что собиралась сказать, и посмотрела сначала на цветы, потом на меня, и в этом взгляде было столько растерянности, что я еле сдержал улыбку.

— Это тебе, — сказал я.

— Мне? — переспросила она. — За что?

Я пожал плечами, отодвинул стул и сел напротив нее, стараясь говорить спокойно, без нажима.

— Просто так. Потому что я пришел знакомиться с женщиной, а не подписывать договор с сотрудником. Мне показалось, что так будет правильно.

Она осторожно провела пальцами по цветам, как будто проверяла, настоящие ли они, потом тихо сказала:

— Я не помню, когда мне в последний раз дарили цветы просто так. Обычно цветы — это либо на день рождения, либо «прости», либо «с праздником».

— Тогда считай, что сегодня просто день, когда тебе подарили цветы, — ответил я. — Без повода.

Она посмотрела на меня внимательно, и я увидел в ее глазах: зачем он это делает, что ему надо, в чем подвох.

Я откинулся на спинку стула и сказал:

— Полина, давай договоримся сразу. Я не буду делать вид, что мы встретились случайно и сейчас будем играть в романтическое знакомство. Мы оба понимаем, зачем пришли. Но я не хочу, чтобы это выглядело как сделка на рынке. Поэтому давай спокойно поговорим. Ты скажешь, что для тебя важно, что тебе нужно, чего ты боишься, на что ты никогда не согласишься. Я скажу, что нужно мне. И если мы поймем, что можем договориться, — мы попробуем. Если нет — значит, нет. Без давления.

Она долго смотрела на меня, потом кивнула и сказала:

— Хорошо. Тогда я скажу сразу то, что меня больше всего волнует, потому что если я это не скажу сейчас, я буду думать об этом все время. Вы уверены, что вам не будет со мной неловко? На мероприятиях, на встречах, в ресторанах. Я видела, какие женщины обычно рядом с такими мужчинами, как вы. Высокие, стройные, красивые. А я… — она чуть развела руками и усмехнулась, — я не идеальная. Я полная. И я не собираюсь худеть ради того, чтобы соответствовать чьим-то ожиданиям. Поэтому если вам нужна красивая картинка, то я, наверное, не подхожу.

Я смотрел на нее и понимал, что вот сейчас она говорит не про вес. Она говорит про свой страх, про то, что она боится оказаться рядом со мной и все время чувствовать себя «не такой».

— Полина, — сказал я спокойно, — послушай меня внимательно. Мне не нужна идеальная картинка. Если бы мне она была нужна, я бы выбрал любую из тех женщин, которых ты видела в приемной. Они красивые, ухоженные. С ними удобно появляться на мероприятиях. Они умеют молчать, когда нужно, и улыбаться, когда нужно. Но я выбрал тебя. Не их. Тебя. И если ты думаешь, что мне будет неловко рядом с тобой, то ты очень плохо понимаешь, как я устроен.

Она молчала, и я продолжил:

— Мне с тобой не будет неловко. Мне будет спокойно. Потому что ты не будешь рядом со мной играть роль идеальной женщины, а потом дома становиться другим человеком. И потому что мне нравится, как ты выглядишь. Да, ты полная. И мне это нравится. Я не люблю худых. Мне нравится, когда женщину есть за что обнять.

Она уставилась на меня