Адское пламя - Мариэль Померой Страница 4

– Ты поможешь мне? – пробормотала она.

От потери крови у нее кружилась голова, и Ахейя чувствовала, что теряет связь с реальностью.

Демон, стоявший перед ней, презрительно скривил губы, и на нее упала тень приближавшегося варколака.

Глава 2. Ариок

Разумеется, до него доходили слухи о беглянке из Келосероса; неблагодарная избалованная девчонка, диоскур, притом дочка правителя, решила ни с того ни с сего бросить свою любящую семейку. По крайней мере, в таких выражениях это описывали. У него при дворе перешептывались об этой девице, но он не обращал на слухи особого внимания. Однако в конце концов обратил – после того как шепот стал громче, когда заговорили об убийстве, о бегстве от наказания, о долгих, изматывающих скитаниях. Интерес к произошедшему достиг пика, когда кто-то упомянул о вознаграждении; Офион предлагал за нее немыслимую сумму. Возможно, награда привлекла бы кого-то другого, но Ариок не нуждался в деньгах, а кроме того, не собирался иметь никаких дел с этими сволочами митрами после того, что они сделали его семье.

Откровенно говоря, он не думал, что она доберется сюда. Не думал, что эта изнеженная девка сумеет пересечь Красное море и что он увидит ее живой в своих Пограничных землях. Но когда оказалось, что он ошибся – а такое случалось нечасто, – Ариок начал за ней наблюдать.

Было что-то в ее голубых глазах, какое-то упрямство, которое она сохраняла даже перед лицом смертельной опасности; и ему захотелось узнать, что же вынудило маленькую богиню, рожденную в правящей семье, всю жизнь прожившую в роскоши, бежать так отчаянно и упорно и вынести столько лишений и боли.

Он отправил за ней одного из своих варколаков, существо, которое заставляло смертных и бессмертных вопить от ужаса и умолять о милосердии, потому что ему не давала покоя одна мысль.

Дрогнет ли она, взглянув в лицо смерти?

И узнав, что она не дрогнула, Ариок пришел в восторг. Нет, она не сдалась, она не повернула обратно, даже когда он предоставил ей такую возможность, приказав теням отступить, совсем немного, только для того, чтобы направить ее в другую сторону. Но вместо того чтобы повернуть к Нейтральным землям, она побежала к границе Алхиры, глядя на черную стену так, словно за этой преградой ее ждало блаженство. Никто никогда не смотрел в сторону его владений с таким лицом.

Сейчас Ахейя стояла перед ним, держась прямо, несмотря на рану на правой ноге. Он смотрел, как темно-красная жидкость капает на камень, и его магик, магия теней, которая жила под кожей, от этого зрелища ожила и начала извиваться.

Перспектива игры с девицей-диоскуром не должна была так сильно его возбуждать. Но надежда в ее взгляде – она надеялась на его помощь, на спасение, хотя смотрела на него снизу вверх, ведь он был в полтора раза выше нее, – эта надежда была восхитительна. Ему захотелось крушить эту надежду, давить, душить ее своими тенями до тех пор, пока жертва не поймет, что совершила ошибку, придя сюда. Ему хотелось увидеть страх в глазах девицы, который родится в тот момент, когда она догадается, кто он такой.

Она бежала в его страну, и это говорило о последней степени отчаяния. Ариок понял, что других вариантов у нее не было, что у нее осталась только Алхира. Девушка собиралась попросить его о милости – они все просили о милости, – и он готов был помочь ей. Не бесплатно, разумеется.

Потом он сыграет в эту игру и разузнает, зачем она понадобилась Офиону. Она покинула столицу страны света по какой-то веской причине. И существовала не менее веская причина, по которой малеки, крылатые существа, правившие в Келосеросе, объявили награду за ее поимку. За этой голубоглазой девушкой охотилась половина Лирии. Очевидно, маленькая богиня совершила какой-то серьезный проступок, и Ариок знал, что рано или поздно за ней придут.

Конечно, он понимал, что, укрывая беглянку, сильно рискует. Если об этом узнают, размышлял он, его поступок не только поставит под угрозу хрупкое перемирие между Алхирой и Келосеросом, но и вызовет политическую бурю в темном царстве.

С другой стороны, проблемы, которые он мог навлечь на себя, позволив Ахейе остаться, интересовали Ариока гораздо меньше, чем перспектива поиграть с девицей и подразнить Офиона.

– Мне нужна помощь, – всхлипнула Ахейя, и он ощутил приятный холодок, словно она проводила своими божественными пальчиками вдоль его позвоночника.

– Ну надо же.

Его губы медленно раздвинулись в ухмылке; девица, хромая, подошла ближе и умоляюще заглянула ему в лицо.

Ариок мысленно приказал варколаку приблизиться, внимательно наблюдая за реакцией Ахейи. Все это было рассчитано заранее. Погоня, страх, боль. Ему необходимо было, чтобы она боялась хищника-преследователя сильнее, чем хищника, которого видела перед собой.

– Я не занимаюсь благотворительностью.

– У меня есть деньги.

Трясущимися руками Ахейя отвязала кошелек от пояса, который перехватывал на талии ее отрепья. Потом распутала шнурок, и он заметил, что она слегка покачивается, опираясь на здоровую ногу, заметил выражение боли, застывшее на ее белом лице. Она вытряхнула из кошелька несколько эйридов и какие-то блестящие бесцветные и синие кристаллы; все это, вероятно, заинтересовало бы другого нефилима, но только не его.

На этот раз Ариок сделал шаг вперед, взял драгоценный камень, повертел в руке и уронил обратно на ее ладонь.

– Нет.

Ее глаза сверкнули, и он был ошеломлен, потому что не увидел в них страха.

Он увидел гнев.

– Что значит «нет»? – Она шагнула ближе. – Это настоящие камни.

Ариок слегка приподнял брови и придал лицу снисходительно-насмешливое выражение.

– Мне не нужны твои побрякушки. – Он медленно оглядел ее с головы до ног, потом взглянул ей за спину, на существо из теней, которое застыло на месте, повинуясь его безмолвному приказу. – Ты знаешь, где выход.

И он развернулся на каблуках. Все его тело трепетало, каждый нерв был напряжен; он буквально спиной чувствовал ее движения. Требовалось подтолкнуть ее еще немного, заставить переступить черту, заглушить голос разума, мешавший ей произнести вслух слова, которых он ждал.

Девушка-диоскур, стоявшая у него за спиной, переступила с ноги на ногу, потом он услышал какой-то звук – не то всхлип, не то стон. Этот звук доставил ему наслаждение. Ему захотелось увидеть ее лицо в следующий раз, когда с губ сорвется такой стон.

– Подожди!

Он остановился и оглянулся.

– Я сделаю все, что ты хочешь. – Ахейя сунула свои сокровища в кожаный кошелек и сделала еще один шаг; теперь она находилась на расстоянии вытянутой руки от него. – Я отдам тебе все, о чем ты попросишь.

Ариок придал лицу безразличное выражение и отвернулся. Его варколак, застывший за спиной девушки, зарычал. Демон молчал, зная, что она сходит с ума от неизвестности; прошло несколько долгих мгновений, прежде чем он обернулся снова. Проклятье, она