Первое дело фрау-попаданки - Валентин Денисов Страница 4

В том, что у Френка, как его вчера назвал мой психолог… Черт! Даже звучит как-то паршиво! В том, что у Френка нет к своей новоиспеченной супруге никаких чувств, сомнений нет. Иначе он не стал бы сдавать ее в психушку.

Но в чем тогда дело? Ведь все выглядело очень естественно и красиво. В чем же тогда подвох?

Да и в чем вообще подвох этой истории? Я ведь, получается, нахожусь в чужом теле. Неужели мое не выдержало нагрузки и…

— Перестань! — на эмоциях даю сама себе пощечину и тут же об этом жалею.

— Я буду вынуждена рассказать о случившемся доктору! — пищит рядом чей-то тонкий голос и, повернувшись, я обнаруживаю стоящую в дверях женщину, прежде молчаливо принесшую мне еду.

— Поверьте, в этом нет необходимости. Просто я…

— Извините, но мне не разрешается разговаривать с гостями, — кланяется она. — Думаю, что вам лучше обсудить случившееся с господином Грингом.

Вот же дьявол! Ругаюсь мысленно и радуюсь, что не произнесла это вслух. А то еще и экзорциста вызвали бы. Демонов из меня выгонять.

Испугавшись, что я вдруг решу продолжать общение, девушка хватает посуду и выбегает из комнаты. Больше не обронив ни слова.

Впрочем, мне от нее ничего слышать и не надо. Понятное дело, что она ничего не решает, а любая моя фраза может быть преподнесена психологу совсем не в правильном ракурсе.

А уж что Рейхард Гринг увидит в этом самую извращенную подоплеку, я ни капельки не сомневаюсь. Ему ведь именно за это и платят.

Оставшись в одиночестве, закрываю глаза и пытаюсь собраться с мыслями. Все, что со мной происходит похоже на дурной сон. Вот только с каждой минутой я убеждаюсь, что это не так. Значит, вывод только один: я каким-то образом попала в это тело и теперь нужно понять, как мне отсюда выбраться.

В голове сразу всплывают воспоминания. Кажется, я где-то видела или слышала о подобном. Да, точно слышала. Вот только источник этот достоверным считать вряд ли можно.

Около года назад ко мне в гости приезжал сын с женой — показать только родившуюся внучку. Тогда я и услышала в их разговоре о книге, которую читала невестка. Вроде бы что-то из фантастики или типа того…

Но ведь это было в книге! Я-то в реальной жизни попала! Причем попала конкретно.

Встаю из-за стола и направляюсь к зеркалу. Хочу изучить свою внешность, посмотреть на себя новую трезвым, не одурманенным стрессом взглядом.

И картина меня удивляет.

В зеркале передо мной стоит замученная, худая, но очень красивая девушка. Волосы немытые и растрепанные — под стать сумасшедшей, но они здоровые, крепкие, густые…

— Если тебя привести в порядок, выйдет самая настоящая красавица, — обращаюсь к ней, а внутри все трепещет от осознания, что теперь именно так выгляжу именно я.

А что, если это второй шанс? Что, если это возможность прожить еще одну, более качественную и осознанную жизнь? Разве о таком не все мечтают?

Подхожу ближе — так, чтобы внимательно рассмотреть лицо. И первое, что мне бросается в глаза — это кожа. Она гладкая, упругая, бархатистая наощупь…

Боже, да я ни одним кремом уже не смогла бы довести свою кожу до такого состояния!

Смотрю на себя, трогаю себя и понимаю, что это самый настоящий подарок судьбы. Шанс, который может быть дарован далеко не каждому. Или… быть может, это и есть то, о чем никто не знает и чего все боятся?

— Я должна воспользоваться этим шансом! — ликую от предвкушения возможностей, которые теперь передо мной открываются.

Да, я попала не в самую хорошую ситуацию. Да, я заперта в четырех стенах, и все вокруг уверены, что я больна. Но ведь я могу доказать, что это не так! Или, на крайний случай, могу заставить доктора Гринга поверить в то, что он сумел меня вылечить.

Да! Именно так я и поступлю! В конце концов, я ведь не юная леди, или, как здесь говорят, фрейлен. Я уже взрослая и самая настоящая фрау. Просто заточена я в теле молодой девушки.

На волне эмоций кружу по комнате. У меня в голове победным гимном звучит оркестр, играющий сейчас только мне одной.

А ведь это на самом деле можно счесть за сумасшествие. Только с ума я схожу от счастья. А это не самое плохое, что может случиться.

Кружась, дохожу до кровати и падаю на нее. Закрываю глаза и полной грудью вдыхаю воздух, наполненный моим счастьем.

Сейчас я могу позволить себе радоваться. Но скоро начнется самое настоящее сражение за мою свободу, за мою новую, прекрасную жизнь.

Глава 5

Иначе

Ждать доктора Гринга приходится долго. Психолог только к обеду вспоминает о моем существовании и удостаивает меня своим вниманием.

Конечно, вероятно, у него и без меня хватает дел. Но у меня-то самой никаких дел нет!

— Доброе утро, Тифани. Как ваши дела? — спрашивает он, войдя в комнату и уверенно направляясь к стоящему у окна креслу.

— Кошмарно! — заявляю я, провожая его взглядом. — Кажется, что от безделья я окончательно сойду с ума.

Намеренно указываю на то, что и сейчас у меня не все нормально. Не хочу стимулировать его желание вылечить меня. Пусть работает с тем, что уже знает.

— Если проблема только в этом, я поговорю с господином директором. Уверен, что у него найдется какая-нибудь работа для вас, — отвечает прежним мягким и спокойным голосом.

— Буду очень признательна, если эта работа найдется на свежем воздухе. Если даже мне придется работать в клетке, я предпочту дышать чистотой, а не затхлостью помещений.

Надеюсь, что упоминание о клетке докажет мужчине мое намерение оставаться смиренной. Бежать я никуда не собираюсь, а выстроив доверительные отношения, точно смогу ускорить процесс освобождения.

— Уверен, что господин директор что-нибудь придумает, — кивает он. А сейчас, скажите, Тифани, почему вы заговорили именно о клетке? Что побудило вас именно о ней?

Ну вот! Все же нашел до чего докопаться!

— Я просто так выразилась, — надеюсь, что он отстанет, хотя не очень-то в это верю. — Не стоит искать подтекст в моих словах.

— Дорогая Тифани, вы очень удивитесь, если я скажу вам, что все наши фразы имеют подтекст. Вся наша жизнь состоит из подтекстов. И, научившись читать их, мы можем понять не только других, но и