Мой Мармеладный Принц - Кася Дрим Страница 4

— Ты тяжело болен? — с притворным участием поинтересовалась я. Присутствие подруги сделало меня смелее и… немного стервознее, да.

Он перевернулся на бок, к нам лицом, на котором на миг отразилось недоумение, но почти сразу сияющая улыбка вновь озарила его:

— С чего ты взяла, Конфетка?

Я покосилась на оторопевшую подругу и пожала плечами:

— Ну просто я впервые слышу, чтобы человек так радовался банальному пробуждению. Что — были сомнения на этот счёт?

— Были, но не на этот, — сладко потягиваясь, таинственно признался парень.

Я взглядом поощрила его продолжить, и он не заставил себя упрашивать:

— Я до последнего сомневался, что сумею слинять из своего мира. Вот и не могу поверить. Это всё, — он обвёл взглядом комнату, — так непривычно…

А я бросила свой — многозначительный — на подругу: похоже, наши худшие опасения подтверждались. И отметила, что та тоже настроена весьма скептически: на губах усмешка, руки скрещены на груди.

— Так, стоп! Давай-ка сначала. И первое, что меня интересует — твоё имя.

— Прошу прощения, — он, казалось, смутился. Приняв сидячее положение, чем заставил нас с Кристинкой невольно напрячься, он продолжил: — Я ведь и впрямь забыл представиться. Принц Да.., - он запнулся, замер, словно впервые меня увидев, и закончил совершенно не так, как мы ожидали: — А всё-таки какая ты красивая, Конфетка!

— Ты зубы-то не заговаривай, принц, — подала наконец полный ехидства голос моя подруга. — Начал, так говори до конца. Как там тебя? Принц Датский?

— Принц Даниэль, — с достоинством поправил её черноволосый, однако, взглядом не удостоил.

— Ишь ты, и впрямь царевич! — подмигнула мне Кристинка. — Ну, подумаешь, в трениках! Мы вот с тобой при параде, а не принцессы. А они, королевские особы в действительности-то может народ простой. К обычным людям вон в гости хоть бы что заваливаются. Верно я говорю, Ваше Высочество?

Новоиспеченный принц, чьи «Адидасики» только что обозвали трениками, глянул на неё в недоумении, но обращаться предпочёл по-прежнему исключительно ко мне. Хотя по правде говоря в этих своих спортивках, да ещё и босоногий по случаю недавнего пробуждения, в роли благородной особы он выглядел и впрямь не очень убедительно.

— Конфетка, а почему твоя.., - тут он запнулся, видимо пытаясь сообразить, кем мне приходится Кристи, но, так и не дождавшись подсказки с моей стороны, осторожно продолжил: — компаньонка ерничает? Я сказал что-то не так?

Блин, и что он заладил с этой своей конфеткой — в самом-то деле?!

— Да как можно, Мармеладик! — притворно ужаснулась я. — Она вовсе не ерничает, просто последний раз мы видели одетого таким образом принца.., - я воздела глаза к потолку и зашевелила губами, делая вид, что припоминаю, — буквально никогда.

— И, кстати, ровно тогда же мы в последний раз видели нормально одетого принца! — поддакнула подружка. Потом покачала головой и пробормотала: — Компаньонка — надо же! Ладно хоть не служанка…

— Для служанки вы слишком броско одеты. К тому же с такими ногтями какой с вас прок в хозяйстве? — равнодушно пояснил Даниэль и, не обращая больше внимания на возмущённо фыркнувшую Кристинку, чьи наращённые ноготки были поводом её особой гордости, растерянно закончил: — А вот что не так с моей одеждой, не пойму?

Не знаю, как Кристинке, а мне его растерянность показалась искренней и… донельзя милой.

— Да всё с ней так. Кроме одного: принцы такое не носят.

— Вот как? — озадачился наш высокородный, но почти сразу же воспрянул духом: — Прости, Конфетка, но учитывая то, что, как я понял, принцев тебе видеть не доводилось, я не могу полагаться на твое мнение.

Интересно, он Кристинку принципиально вниманием обходит? Ещё и выкать умудряется, при этом ко мне обращаясь на ты. Странно, конечно. С другой стороны Кристинка с порога язвить начала, а я вроде как хозяйка дома, в отношении которой у него ещё неизвестно какие планы…

— А, кстати, почему? — выдернул меня из размышлений голос красавчика Даниэля.

Хотя в этих своих «Адидасиках» какой он и правда Даниэль? Разве что Данька. Я попыталась вспомнить, на чём оборвался разговор, но так и не преуспела, поэтому уточнила:

— Что — почему?

Незнакомец

— Почему не довелось увидеть принца?

Ишь ты дипломат! Не уточнил кому. Дошло, что игнорировать присутствующих — невежливо?

— Потому что их не существует, — безмятежно заявила подружка.

— Не существует? — эхом отозвался Данька, и наконец посмотрел на неё долгим внимательным взглядом. И сложно было сказать, чего в этом взгляде больше: насмешки или недоверия.

— Вернее существуют, но в столь ограниченном количестве, что нет смысла и учитывать, поправилась она и снисходительно добавила: — Но даже тот мизер не одевается в спортивки.

— Прекрасная новость! — вопреки логике и нашим ожиданиям, снова расцвел в улыбке самопровозглашённый принц Данька и, заметив наши вытянувшиеся лица, пояснил: — Это полностью совпадает с моими, пока довольно скудными, познаниями об иномирье! Кстати, оно большое? — тут же деловито заинтересовался он, наклонился к своим кедам, стоявшим возле дивана, достал из них носки и, ничуть не смущаясь нашим присутствием, принялся надевать.

Мы с Кристи переглянулись. Иномирье — это ж надо такое придумать!

— Пешком не обойдешь, — хохотнула Кристи, — но если решишь попробовать, задерживать не станем.

Я уже собралась возразить, что очень даже станем, поскольку я не удовлетворила ещё своего любопытства, но Данька меня опередил:

— Не-а, не решу. Мне здесь хорошо. Конфетка — добрая. А в остальном, где именно укрываться, мне особой разницы нет.

— Вот как? И сколь долго ты намерен пользоваться моей глу… то есть моим гостеприимством? — вкрадчиво поинтересовалась я.

— Пары месяцев, я полагаю, будет достаточно, — бесхитростно пожал плечами он.

— И что — у тебя достаточно денег, чтобы расплатиться за столь длительный постой? Или ты там у себя солнечным светом и росой привык питаться? — усмехнулась я.

— Денег? — принц как-то совсем несообразно статусу почесал в затылке и бросил растерянный взгляд на Джеки, словно ища поддержки: — А нет их у меня. Наши же у вас тут, наверняка, не в ходу — вот я и не стал брать. Хотя зачем я вру? На самом деле я о них просто не подумал, — убитым голосом признался он.

— Ты погляди-ка какая подкупающая честность! Вот что значит благородная кровь! — не удержалась от очередной шпильки Кристи.

Однако Данька, судя по виду лихорадочно ищущий выход, похоже, её даже не услышал.

— А может я с тобой позже расплачусь? — в тот момент, когда он вновь обратил на меня свой взор, я почувствовала, как «земля уплывает