Невинность для Ночного господина - Эрато Нуар Страница 39

— И тем не менее эльфы напали на моих дайте, — бросил на меня ещё один пристальный взгляд и добавил саркастически: — Опознали твои ботинки, не иначе.

— И что теперь?

— Слоу отправил другой отряд нам в помощь, но ждать мы их не будем. Найдут по дроге. Кальвер по-прежнему не отвечает.

Эльфы! Неужели действительно узнали, что я там? Руот сумел подать знак? Они хотели спасти меня! Были так близко!

Что же мне делать?!

26

Нарран де’Лавр

Подозрительно. Всё очень подозрительно.

Кто такая эта девчонка, что эльфийский представитель бросает делегацию и мчится её спасать? Имея в запасе возможность обмануть стражу у городской стены.

Что эльфийские отряды нападают на дроу.

Или — возможно — дело не в девчонке? Она была подослана ко мне специально? Свести с ума, задурить голову. Выманить из города?

Возможно, эльфы и не планировали подписывать договор? Играли совсем другую игру?

И есть ли у Люсьенды артефакт Жизни?

Несколько минут я сверялся с картой, размышляя. Чтобы попасть в Коралловый замок, нужно или лететь несколько дней, или воспользоваться межгородним порталом.

Ключи к сети у меня. Но ближайший межгородний портал в нескольких часах лёта. И не известно, не поджидают ли нас там?

Прежде необходимо отдохнуть. И Траверта.

После небольшого всплеска она снова ослабела. Лежала закрыв глаза, и опять начала дрожать.

Я понятия не имел, поможет ли моя кровь. Нужен был лекарь, желательно эльфийский. Но никому из них я доверять не мог.

А ещё мне не нравилось молчание Кальвера. Он обучался наравне со мной, и пусть у людей нет всех способностей дроу, он был одним из самых ловких и сильных учеников. Королева даже как-то обмолвилась, что если бы знала, каким он вырастет, не отдавала бы мне. Как обычно, вкладывая двойной смысл: с одной стороны, что я обзавёлся таким сильным союзником. С другой — что и сама не прочь была бы обзавестись таким же.

Он не мог проиграть белобрысому.

При этом не покидало ощущение, будто я что-то упускаю. Кто-то был с ними в «кузнечике»? Кто, откуда?

С той стороны за горами находилась небольшая деревушка — там начинались земли людей. С людьми мы не то чтобы живём в мире, но во всяком случае на подмогу эльфам они не встали. Предоставили разбираться с Дилланивером без них.

Там нас меньше всего будут ожидать. Там мы сможем переночевать. Приобрести какие-нибудь сапоги для моей босоногой. И, возможно, к тому времени уже объявится Кальвер, или нас нагонят «незаметные».

Я специально не говорил, где я: связь ненадёжна, Гельри может перехватить разговор. На то они и лучшие дайтэ, чтобы разыскать своего господина.

Решившись, я осторожно поднял «светляка» в воздух и полетел невысоко над землёй.

Траверта что-то пробормотала, попыталась повернуться, но лишь ударилась головой о спинку. Не отрываясь от пульта управления, второй рукой я обнял её, положил голову себе на плечо.

Темнело, а наверху ещё и похолодало. Когда мы перелетели перевал и начали спуск, солнце осталось с той стороны гор и сделалось совсем темно.

Внизу по дороге брели несколько человек.

Переглянувшись, они приставили руки к глазам и смотрели нам вслед, неодобрительно что-то выкрикивая.

Это зародило сомнения. Дроу нигде не любят. Тому виной во многом слава, которая идёт о нас как о безжалостных и свирепых. И остроухие постарались, разумеется. Они, хозяева дневной жизни, никогда не упускали случая очернить нас. А нас самих не подпускали к поверхности, не давая ни малейшей возможности изменить хоть что-то.

Что ж, у меня была возможность изменить. Да только начало положено совсем иное.

Нет, пожалуй, не буду я светить им «светляка». Я не слишком похож на дроу, моих портретов, есть надежда, во все концы мира ещё не разослали.

Открою уши, доставшиеся от отца-эльфа, и, возможно, мои тёмные волосы тоже введут в заблуждение. А эльфы с людьми вроде бы ладят.

Машину я припрятал в ближайшем лесу, скрыл отводящими чарами. Только кристаллы питания забрал, на всякий случай. Если кто и найдёт, угнать не сможет.

Подхватил Траверту на руки — девушка машинально уцепилась за мою шею, склонила голову на грудь.

Рана подсохла, но мне совершенно не нравилось, как она выглядела. Я ускорился — только ветер свистел в лицо. Траверта не была лёгкой, но совершенно меня не отягощала. Наоборот, по-моему, я готов мчаться сколько угодно, прижимая её к себе.

Деревня оказалась совсем небольшой, я даже усомнился, найдётся ли тут какой-нибудь постоялый двор или магазин, не говоря уже о чём-то более приличном.

На отшибе, немного отдельно стоял бревенчатый дом. Похоже, люди тяжелее осваивали строения из камня, предпочитали пользоваться подручными деревьями.

Зато вспомнилось, что у них зачастую шаманы и лекари селятся отдельно, чуть в стороне. И вроде бы даже по их кодексу никому не отказывают. О людских обычаях я знал смутно — планируя операцию прочёл все доступные книги, но их оказалось не слишком много. Люди проигрывали нам в силе и ловкости, и по большей части не представляли интерес. Привязывать их сложнее, сами они менее выносливы и живут намного меньше, и ещё слишком упрямы. Разве что для рабства на рудниках и годятся.

И разумеется, любви к нам это у них не вызывает. Дроу те, кто совершает на них налёты.

Подумав, я остановился за деревьями. Распустил волосы, чтобы ничто не напоминало о косах Ночных. Закинул пряди за уши. Даже снял одну из простеньких серёжек Траверты и засунул себе в ухо, проколов. Дроу не такие любители побрякушек, как эльфы.

Подхватил Траверту обратно на руки и направился к дому. Поднялся на небольшое крыльцо.

Над дверью висел колокольчик в виде морды какого-то загадочного неопознанного зверя. Последний раз оглянувшись на лес, где оставил машину, я решительно дёрнул за потрёпанный, засаленный шнур.

Какое-то время дверь не открывалась. Плотно прикрытые ставни на окнах не давали рассмотреть, есть ли кто-нибудь внутри. Но я чуял присутствие, потоки незнакомой магии.

Ещё раз позвонил, поудобнее перехватив Траверту. Эльфийка застонала.

С той стороны послышались тихие, осторожные шаги.

Дверь отворила старуха. Точнее, по движениям, по походке я её старухой не назвал бы. Но измождённое лицо, седые волосы и глубокие, печальные глаза выдавали старость если не физическую, то душевную.

Худая, прямая, в каких-то обносках, но при этом чистых. Вообще изнутри дом вызывал ощущение опрятности и ухоженности при полнейшей бедности.

Я ошибся? Хорошие лекарки не бедствуют.

Женщина цепко прошлась своими небольшими глазками по моему лицу, по