Рассвет боли - Кэтрин Диан Страница 39

И когда Вэс убрал свой член между ног Риса и прижался к его отверстию, он не вошёл в него таким грубым толчком, которого требовал Рис. Он входил медленно, останавливаясь каждый раз, когда Рис напрягался, поглаживая его руками, успокаивая голосом. Только когда он погрузился до упора, и Рису стало комфортно, только тогда он дал ему то, что тот требовал.

Рис вскрикнул от первого же сильного толчка. Его член ударился о матрас.

Вэс отстранился и снова вонзился в сладкое местечко, вызвав у Риса потрясённый стон. Рис был готов кричать, чтобы Вэс трахал его всё сильнее и сильнее, требовать этого, добиваться того, чего он хотел. Но Вэс полностью контролировал его тело, и Рис мог только стонать от каждого идеального глубокого толчка.

Вэс обхватил Риса одной рукой для опоры. Его другая рука скользнула вверх по руке Риса, туда, где он сжимал простыни. Вэс просунул свои пальцы между пальцами Риса, заставляя цепляться за него, а не за простыню.

Вэс вбивался в него до тех пор, пока в мире не осталось ничего, кроме интуитивного осознания того, что Вэс внутри него, позади него, накрывает его, трахает его. Рис застонал от нарастающего удовольствия, от того, как оно пронзало каждый нерв в его теле и вытесняло всё остальное из его головы.

— Кончай.

От этого приказа наслаждение просто взорвалось. Рис закричал, когда его член дёрнулся и излился горячим потоком. От крика Вэса, от пульсации члена Вэса, изливающегося внутри него, Рис содрогнулся и застонал, переживая последние отголоски своего оргазма.

Когда он начал сворачиваться калачиком, ошеломлённый интенсивностью этого и чувствуя себя чертовски уязвимым, Вэс обвился вокруг него, обнимая так, словно никогда не собирался отпускать.

Глава 18

Рис держался немного впереди остальных, пока Тишь прочёсывала Мёртвую Зону. Их маршрут был согласован таким образом, чтобы все работали поодиночке, но близко друг к другу, охватывая как можно больше территории, но не теряя возможности быстро сблизиться.

В наушнике Риса раздался голос Кира:

— Рис, ты слишком спешишь.

— Это вы, ребята, медлительны, — сказал он в свой коммуникатор.

— Это не гонка. Притормози, чёрт возьми.

Рис вздохнул. Он терпеть не мог, когда они общались через коммуникаторы. Он мог проигнорировать сообщение, но не мог игнорировать голос Кира в своём ухе. Это всё равно что быть на привязи.

Не помогало и то, что прочёсывание Мёртвой Зоны, по мнению, Риса занимало первое место в списке скучных дел, которые приходилось делать Тиши. Было ли это важно? Да, конечно. Прочёсывание местности держало демонов в напряжении, не позволяя им создавать большие ячейки. Это также обновляло данные Тиши о потенциальном росте популяции.

Но это означало, что нужно было идти в одиночку по пустой улице ночью, когда темнота была достаточно густой, чтобы послужить лёгким прикрытием. Это означало, что нужно было сохранять тишину и бдительность, не видя ничего интересного и не делая ничего интересного. И это означало, что разум Риса хотел блуждать, позволяя его ногам, чувствам и инстинктам делать всю работу, в то время как его мысли метались повсюду.

И после всего, что произошло прошлой ночью? Его мысли ещё как метались, чёрт возьми.

Они с Вэсом потрахались. Его до сих пор поражало, что мужчина, о котором он мечтал месяцами (но никогда не ожидал получить от него ничего, кроме сердитого взгляда), кончил в него. Дважды. А потом, сколько, четыре часа назад? Этот великолепный мужчина упал на колени на кухне, когда они готовили завтрак. Он стянул с Риса спортивные штаны, взял его твёрдый член (да, в тех штанах это было заметно) в рот и сосал его, пока Рис не кончил Вэсу в глотку с такой силой, что у того подогнулись колени.

Но, Боже, как Вэс его трахал.

Несмотря на холод, тело Риса вспыхнуло при воспоминании о том, как Вэс двигался рядом с ним, внутри него, заставляя его разлетаться на куски. Рису нравилось быть пассивом, но обычно это заставляло его чувствовать себя немного… не в своей тарелке. Вот почему он почти никогда этого не делал.

Но с Вэсом? Он хотел этого снова, прямо сейчас, чёрт возьми.

Но каждый раз, когда он мысленно прокручивал все эти волнующие моменты, по его венам пробегал остужавший его холодок, потому что прошлой ночью было и другое дерьмо. Например, то, что Вэс видел его шрамы.

Бл*дь, бл*дь, бл*дь.

Рис не мог поверить, что был настолько беспечен. Честно говоря, звонок Кира с вопросом «где ты, мать твою, пропадаешь», когда они с Вэсом были обнажены и возбуждены и собирались снова трахнуться, немного отвлёк его.

Но дело скорее в том, что ему было… комфортно. С Вэсом. Из-за того, как Вэс его трахал, и из-за того, что Вэс доверял ему такое тяжёлое дерьмо.

Рис ненавидел то, через что Вэсу пришлось пройти. Как он нашёл своих родителей? Бл*дь. Вэс избегал подробностей, но Рис понял, что это было неприглядно.

И быть таким изолированным все эти годы, пока он выслеживал их убийц? А после? Рис знал, каково это — быть изолированным, когда… ну, когда ты не можешь разобраться в собственном дерьме.

Рис потёр запястья о куртку, чувствуя, как они чешутся.

Насчёт этого. Вэс позволил ему легко соскочить с крючка, но он наверняка задавался вопросами.

Это была одна из дюжины веских причин, по которым Рис не заводил отношений. Рано или поздно это всплывёт снова.

Были ли это отношения? Сердце Риса учащённо забилось при мысли об этом. Часть его хотела сказать: «Чёрт возьми, нет, это просто влечение, мы просто трахаемся». Часть его зациклилась на Вэсе и сказала: «Вот этот — мой».

И всё это было совершенно очевидно, когда они вошли в Бункер несколько часов назад. Брови Талии взлетели примерно на километр. На лице Луки появилось выражение, которое говорило: «Ах. Это всё объясняет». Нокс обеспокоенно оглядел Риса и так занервничал, когда тот отвёл взгляд, что Кир, который уже сообразил, что к чему, посоветовал ему пойти перепроверить связь. А Ронан так свирепо смотрел на Вэса, что Рис в конце концов пнул его под журнальным столиком.

Рис не винил их за то, что они шокированы. Он сам тоже