Обратная сторона смерти - Келли Мединг Страница 39

Вот дерьмо.

Автобус с грохотом подъехал к следующей остановке. Несколько человек вышли, несколько вошли в автобус, но полукровки остались на месте.

Майло убрал телефон.

— Кис сказала, что отряд Маркуса поблизости. Они перехватят автобус и последуют за ним. Она приказала не вступать в бой без необходимости.

Обычно приказ «не вступать в бой» вывел бы меня из себя, и я сделала бы прямо противоположное. Но у нас нет оружия, а у полукровок было около двадцати человек, которых можно использовать в качестве живых щитов, если мы решим порезвиться. Живые щиты, которые они могут превратить в еще больше полукровок одним небольшим укусом.

На следующей остановке вышло несколько человек. Феликс уселся на ближайшее свободное место. Маршрут, похоже, вел на Мерси-Лот.

Майло топтался на месте, затем снова достал из кармана телефон.

— Они позади нас, преследуют, — прошептал он, убирая мобильный.

Две остановки спустя в автобусе осталось восемь гражданских плюс водитель. Мы с Майло заняли места через проход друг от друга, Майло сразу за Феликсом. Когда водитель потянулся захлопнуть дверцу, в салон заскочил наш знакомый. Не смотря на нас, Маркус бросил монеты в счетчик и сел сзади, между нами и полукровками. Шансы немного сравнялись, и у Маркуса был дополнительный бонус в виде того, что он терианец и невосприимчив к вампирским паразитам, которые превращают людей в взбесившихся полукровок. Не говоря уже о том, что, по словам Тибальта, Маркус может превращаться в здоровенного ягуара.

Почти не останавливаясь на остановках, мы ехали на север, на окраину Мерси-Лот. Если выйдем с полукровками, это будет выглядеть подозрительно, что бы мы ни делали.

Один из них, коренастый парень в потрепанной джинсовой куртке, сорвался с места и прошел в переднюю часть автобуса. Его девушка приблизилась к тому месту, где сидел Маркус, ее слишком красная помада размазалась по губам, как кровь. Меня начало тошнить. Всё это не к добру.

Джинсовая Куртка достал из кармана пистолет и прижал его к виску водителя автобуса. Я напряглась, сердце заколотилось. Кто-то позади меня ахнул, затем послышался крик, привлекая внимание других пассажиров.

— Здесь поверни налево, — сказал Джинсовая Куртка.

Пожилой водитель, который, вероятно, уже бывал в таких ситуациях, просто кивнул. Сегодня он не собирался изображать героя.

— Любой, кто хочет получить пулю в свою гребаную башку, — сказал Джинсовая Куртка всему автобусу, — пожалуйста, попробуйте, вашу мать, остановить меня.

Кто-то начал громко рыдать, но никто не произнес ни слова. У Джинсовой Куртки пистолет, а значит вся власть. Жаль, что он не знает, кто четверо из его заложников и чему нас обучали. Нам просто нужно убрать этот пистолет…

Услышав взрыв смеха из задней части, я оглянулась. У другого мужчины-полукровки тоже есть пистолет, и он кажется не таким спокойным, как его приятель. Было такое чувство, что квартет спланировал это.

От этой мысли мне стало плохо.

Я оценила восемь гражданских. Всем от двадцати до тридцати лет, плюс-минус. Все в относительно хорошей форме, вероятно, у всех хорошее здоровье. Полукровки охотятся за едой? Или за чем-то совершенно другим?

Старая привычка заставила меня повернуться, чтобы спросить у Вайята его мнение, вот только его здесь не было.

Водитель следовал указаниям, сворачивая с автобусного маршрута в заброшенную часть стоянки. Мы проехали мимо разрушенного «Бургер Пэлас», я была здесь несколько месяцев назад. Движение на дорогах небольшое, пешеходов почти не видно. Если машина с командой Маркуса все еще следовала за нами, они выключили фары и держались на приличном расстоянии.

— Мы должны, черт возьми, что-нибудь сделать, — прошептал позади меня сердитый мужчина.

Я обернулась и одарила его убийственным взглядом. Ему далеко за двадцать, он накачанный, вероятно, школьный борец, который думал, что может быть крутым против пары обкуренных панков и их подружек. Но он мог нас всех убить своими действиями.

Тупица сделал свой ход, бросаясь на девушку Джинсовой Куртки. Он хотел схватить ее и угрожать мужчине пистолетом? Я понятия не имела, чего он добивался, да это и не имело значения. Красная Помада зарычала и ударила тупицу кулаком в нос, прежде чем тот успел полностью подняться со своего места. Завывая, он упал обратно и зажал рукой кровоточащий нос.

В начале автобуса зарычал Джинсовая Куртка. Кто-то в середине автобуса зарыдал.

— Похоже, кто-то считает себя героем, — сказал Джинсовая куртка, впервые обнажив клыки и наведя пистолет на тупицу. Другие пассажиры ахнули. — Я с нетерпением жду возможности попробовать тебя на вкус.

Кто-то заворчал у меня за спиной.

Джинсовая Куртка отвел запястье в сторону и нажал на курок. В салоне прогрохотал выстрел.

Майло вскрикнул.

Водитель автобуса дернул руль и нажал на газ. Я вскочила со своего места. Пассажиры закричали, а затем весь автобус накренился и перевернулся. Я врезалась в кого-то, затем упала на сиденье, потом в окно. Послышался скрип металла. Может быть, и у меня кости тоже трещали. А потом все замерло с резким хрустом.

Кто-то подо мной, а может, и сверху, я не знала, стою вертикально или нет. У меня болела челюсть. Я чувствовала запах крови, резины, бензина — неприятные запахи. Послышалось рычание большой кошки, потом кто-то завопил. Кто-то пнул меня по ноге, и перед глазами у меня прояснилось.

Автобус лежал на боку, все пассажиры оказались заперты в темном лабиринте битого стекла и автобусных сидений. Люди в панике шевелились. Я сразу подумала о полукровках и о том, кого они собирались укусить. А потом почувствовала под руками что-то теплое. Дерьмо.

Майло лежал подо мной, держась за живот. Его глаза были широко открыты, и в слабом свете, просачивающемся снаружи разбитого автобуса я увидела, что он смотрел на меня. Затем он перевел взгляд мимо меня, и его глаза расширились еще больше.

Я повернулась и подняла правую руку вверх, сильно ударяя кулаком в живот Джинсовую Куртку. Он хрюкнул и отступил назад, спотыкаясь о Феликса, а потом упал на задницу. Я схватила осколок стекла и набросилась на Джинсовую Куртку. Опрокинув его на спину, я вонзила стекло ему в кадык. Кровь брызнула у него изо рта и горла, забрызгивая мою рубашку и шею. Я нажала сильнее, чувствуя, как стекло пронзает мои ладони, перерезая наполовину горло полукровки, прежде чем он прекратил борьбу.

— Эви!

Кто-то врезался в меня сзади, прежде чем успела понять, кто кричал, и я упала на Джинсовую Куртку. Я оттолкнула навалившееся на меня тело,