Главная проблема ректора космической академии - Алиса Линд Страница 37

– Мне тоже так кажется. Хорошо, я  приду на тренировки, – прозвенел теплый женский голосок. И на лице красавицы вновь засверкала улыбка. Даже мужик рядом стал вроде бы не таким хмурым.

Уф… Глория попыталась улыбнуться, но вышло криво. Как же все-таки хорошо, что с оборотнями можно поговорить так просто. Хоть это и сложно.

– Ладно, договорились. А Хельга и Вильма, они…

– Они сейчас бегают волчицами и ещё не пришли. Но я передам твои слова.

– Что ж, ладно. Я, пожалуй, пойду.

– Хорошего полнолуния, – проворковала Трин под согласное гудение беловолосого громилы. Глория поспешила ретироваться.

Все, на сегодня с нее хватит.  И так нервы ни к черту, а мысли скачут между предстоящей ночью и походом обратно. Времени оставалось совсем немного, но на спине оборотня путешествие не должно быть долгим.

Вдруг как по команде вся Стая посмотрела в сторону небольшой тропки. А у нее в горле почему-то пересохло. Волчьи игры начинаются… Вожак и его беты появились на полянке.

Ньял шел в накидке из ширшола – отличительного знака Альфы. Такую роскошь позволялось иметь только вожаку и его семье.

Оборотни смолкли, и даже ветер, казалось, перестал играть в верхушках сосен.

– Глория, – негромко позвал Ньял, а ей показалось – крикнул на весь лес.

Мужчина протянул руку, подзывая ее ближе. Огромный, беловолосый… И синие глаза – как два сапфира. А лицо – каменная маска. Идеальная и холодная.

Ноги слегка подрагивали, но она очень старалась ступать твердо. Несколько шагов до Ньяла показались ужасно трудными, но как только вокруг талии сомкнулся капкан сильных рук, напряжение исчезло, и все вне объятий перестало существовать. Боги, она становится тряпкой… Прятаться под мышкой у мужика! Глория тихонько вздохнула, и придвинулась как можно плотнее.

– Стая! – рявкнул над ее головой совсем уже не страшный раскат грома. – Сегодняшнюю охоту я провожу в честь моей пары и будущей жены…

Сердце сладко дрогнуло, а уши обласкал одобрительный шепот и волчье рычание.

– … Но прежде чем наше воссоединение пройдет все обряды, я прошу своих соплеменников о милости…

Глория вцепилась в темно-серую мужскую рубаху и затаила дыхание.

–… Я и моя самка отправляемся в земли Империи, забрать в клан Снежных ещё одну поселенку. Есть ли тот, кто желает поддержать вожака?

Кажется, у нее земля из-под ног ушла. Ньял не лгал ей! И более того – просил о помощи Стаю! К горлу подкатил горячий комок. Да если с ними пойдет хоть трое – весь бордель Голден можно списывать в утиль! Горстка охранников не помеха даже одному оборотню, а боевому магу лучше притворится падалью – вдруг волки побрезгуют.

Всеобщий шепот стал гуще, насыщенней.  Нет, Глория не надеялась, что вся Стая радостно бросится ей помогать, но хоть… один? И этого довольно…

С каждым ударом сердца она чувствовала нарастающее отчаянье, и сейчас действительно нуждалась в поддержке и готова была ее просить… Но вдруг от деревьев отделилась огромная тень.

– Я пойду с тобой и твоей самкой, – прогудел варвар. Тот самый, кто сопровождал Трин. А волчица подарила ей еще одну обворожительную улыбку.  Глория ответила благодарным взглядом, мысленно желая отходчивой Трин много-много счастья.

– Вууу! – хором донеслось с другого края, и на полянку выбежало два волка.

Чем-то они напомнили Глории тех, кто встретил ее при бегстве от каравана торговцев, хотя она могла и ошибаться.

– Айвис и Берт, – кивнул альфа, – я принимаю вашу помощь.

– Всегда хотел взглянуть на земли Империи, – подал голос один из бет – Свер. Мужчина стоял поодаль, опираясь плечом на огромную ель, но смотрел не на своего вожака, а на нее.  Глория несмело улыбнулась, и ее улыбка нашла отражение в непроницаемом лице варвара.

Но на этом желающие закончились. Оно и понятно – лизоблюдством оборотни не страдали, и не боялись показать, что не пойми куда даже ради вожака не побегут.

– После полнолуния мы двинемся в Империю, – подвел итог Ньял. – А пока – пусть же начнется охота!

***

Поцелуи и полу укусы горели на коже раскаленными добела клеймами, или это ей мерещилось? Как эти невозможно ласковые прикосновения, а еще оборотень, что настиг ее даже слишком быстро. Волчье рычание прокатилось по телу крупной дрожью, и новый толчок вырвал из горла тихий вздох – стонать она уже не могла. И просить остановится тоже – Ньял бы не услышал. Человеческим телом владел зверь, но страх исчез сначала под напором страсти, а затем усталости. Перед глазами плясали разноцветные искры, между ног было ужасно мокро, а губы болели от бесконечных поцелуев. Сил не хватало даже просто обнять любовника за шею, не то что двинуться навстречу – на этот подвиг Глория была не способна.

– Моя пар-р-ра…

Стальные объятья не давали выползти из-под распаленного мужчины. О, Боги, кто бы ей сказал, что внимание к заднице она воспримет как отдых… Оборотень сжимал ее ягодицы, двигаясь снова и снова, а Глория лежала безвольной тряпочкой, позволяя владеть собой как угодно.

Боли не было, но и сил на отклик тоже. Ужасно клонило в сон, и она даже пропустила финиш любовника – поняла лишь по неразборчивому шепоту на ухо и саднящей тесноте внизу, ставшей еще плотнее.

Ньял замер, вздыхая рвано и протяжно, а Глория уже было прикрыла глаза, собираясь попросту отключиться, как боковым зрением увидела серебристое пятно.

Откуда оно в логове?! Спустя некоторое время  валяния под звездным небом Ньял перенес добычу обратно в землянку. Эту короткую дорогу Глория умудрилась проспать, а потом ночь продолжилась уже на мягкой постели, а не постилке из опавшей хвои и шишек.

Пятно опять замерцало едва заметными всполохами. В голове зазвучал мягкий рык, и стук когтей о доски пола.

Глория хотела бы повернуть голову, но усталость навалилась с такой силой, что сознание рыбкой скользнуло в черную топь. Вокруг замелькали странные образы – звездное небо, наполненная туманом полянка со статуей, похожей на волка, а еще силуэт юной девушки с прекрасными сияющими серебром волосами. Укутанная в одни лишь роскошные локоны, красавица баюкала в руках амулет Ютаи и нежно улыбалась.

Глава 24

– Так эта Голден – самец? Тогда почему он носит платье?

Бедные оборотни дружно хмурили брови, а Глория не находила слов, чтобы объяснить понятные вроде бы вещи.

– Она… то есть он. Он родился мужчиной…

– Значит – самец, – подвел итог Халле – оборотень, оказавшийся парой  русоволосой Трин.

– … Но ему нравятся мужчины, а сам он считает, что боги наделили его, э-э-э, лишними органами.

– Такого не