Связанная с Падшим Королём Теней - Джен Л. Грей Страница 36

Тяжёлые шаги отдавались эхом, напоминая стук копыт по камню, несмотря на ковры, устилавшие всю комнату и коридор за ней. Пошатываясь, я поднялся на ноги и оттолкнулся от стола.

В дверном проёме стоял серебристый олень, его тело светилось на фоне темной комнаты. Я моргнул, затем резко втянул воздух. Он всё ещё был там, его чёрные бездонные глаза смотрели прямо на меня. Уголки его глаз слабо светились, как туман. Я сплю?

Он повернулся, сверкнув длинными рогами, и продолжил своё медленное шествие по коридору. Мой пульс участился, когда я последовал за ним, с каждым шагом углубляясь в тёмный коридор, ведущий к центральному семейному залу.

Олень остановился перед картиной — нашим семейным портретом. Мои отец, мать, Элара и я, обнявшись, улыбались широко, умиротворённо и счастливо. Я не смотрел на эту картину много лет. Я не хотел этого делать. У меня перехватило горло, когда олень опустил голову и вонзил рога в холст. Он разорвал изображения моих родителей, и красная кровь хлынула из ран и закапала на стены. Жидкость попала на оленя, но не запятнала его бледно-серебристый мех. Моё лицо на картине оторвалось, чистое и изорванное. Я, замерев, смотрел, как олень поворачивает свои рога на скульптуре под картиной. Теневой зверь, его пасть открыта в беззвучном вое. Символ нашего рода, нашей силы.

Скульптура разбилась, осколки разлетелись по каменному полу. Олень шагнул вперёд, отбрасывая осколки в сторону, затем повернулся и снова посмотрел на меня. Воздух замерцал, и у меня закружилась голова. Я прислонилась к стене, перед глазами всё поплыло. Я закрыл глаза, ожидая, пока в комнате всё успокоится.

Когда я открыл их, олень исчез. Картина снова была целой, теневой зверь восстановился.

Холодный ужас скрутил мой желудок, а голова закружилась. Чёрт. Могла ли ночь стать ещё хуже?

Я, пошатываясь, шёл по коридору, неуклюжий и нескоординированный. Это моя вина. Я каким-то образом облажался. Что-то со мной не так.

Сильное ощущение сжало мою грудь. Каким-то образом я оказался за пределами своей обсерватории. Мои ноги сами привели меня сюда, а я и не подозревал об этом.

Я услышал смех. Её смех... и смех Талена.

Глава 14

Бриар

Тёмный логотип с волком появился у меня под ногами, когда я сжимала свой наряд в руках. Слёзы застилали мне глаза, когда я вспоминала победную улыбку Аэлир.

Как могла Судьба быть такой жестокой, чтобы позволить такому добросердечному человеку, как Аэлир, умереть подобным образом? Судьба, должно быть, сука. Я всегда думала, что Эмбер драматизирует, но не сейчас.

Холодный пол зала Вознесения впился мне в пятки. Вся комната кружилась, как будто меня накачали наркотиками, вероятно, от яда или шока. Возможно, и от того, и от другого, но, по крайней мере, я точно знала, что жива.

Я сделала неуверенный шаг вперёд, когда Мианта присела рядом со мной.

— Тебе следует одеться. Так ты почувствуешь себя лучше и в большей безопасности.

Кивнув, я взяла рубашку и протянула ей брюки. В этот момент я не была уверена, что смогу удержать равновесие, поэтому медленно натянула рубашку.

Квен и Юки стояли в нескольких шагах передо мной, из рук Квен вырывался огонь. Юки подняла барьер, выражение её лица было твёрдым, как камень, которым она владела.

Велесса и Талира встали по бокам от нас, их взгляды были устремлены на меня, затем на Кейлен и её группу, а затем на платформу, где тёмно-серые и светло-серые жнецы продолжали наблюдать за нами.

Я чувствовал, что они смотрят на всех нас. Проклятые извращенцы.

И всё же на сердце у меня потеплело, когда мои подруги собрались вокруг меня, готовые защитить. Впервые с тех пор, как я попала сюда, я не чувствовала себя одинокой.

Мианта протянула мне последнюю одежду, её пальцы дрожали, а на лице по-прежнему было потрясённое выражение.

— Не могу поверить, что мы вернулись.

Но не все из нас... Я стиснула зубы, пытаясь отогнать печаль и сосредоточиться на живых. Не на мёртвых. Позже я буду вспоминать и оплакивать Аэлир. Она никогда не будет забыта.

Я просунула ноги в брюки, горячая ярость захлестнула меня.

— Я рада, что вы все здесь, — мой голос дрогнул. — Живые. Кейлен и её компания заплатят. Я позабочусь об этом.

— Спасибо тебе, Бриар, — сказала Мианта, помогая мне поправить рубашку. При этом она одарила меня лёгкой неуверенной улыбкой.

Кейлен и её команда дрянных девчонок собрались в дальнем конце зала, демонстративно игнорируя нас и переговариваясь вполголоса, заговорщицким тоном. Несмотря на это, Кейлен прижимала к себе повреждённое предплечье.

Мои руки сжались в кулаки. Они не заслуживали того, чтобы быть здесь. Они не заслуживали даже того, чтобы дышать. Всё моё тело напряглось. Они должны умереть медленной и мучительной смертью.

Риэль скрестила руки на груди и переводила взгляд с них на нас. Её лицо было напряжённым, а то, как она сморщила нос, заставило меня подумать, что она чувствует то же самое, что и я.

— Почему они всё ещё наблюдают за нами там, наверху? — Квен поджала губы.

— Потому что они должны наблюдать за реакцией всех и после испытания, — Элара приблизилась к ним со спокойной грацией, её шаги были бесшумными. — Вы все встретитесь с целителем, прежде чем отправитесь в свои комнаты, где будет подан ужин.

Сайлас следовал за ней, его высокая, стоическая фигура излучала спокойствие.

Я мрачно рассмеялась.

— Не делай вид, что тебе не всё равно. Вы, ваши королевские Высочества, и ваши жнецы стояли в безопасности и смотрели, как мы страдаем и умираем. Вы ни черта не сделали, чтобы остановить это.

Мои подруги ахнули, а Мианта отшатнулась и уронила свой стеклянный диск. Он с грохотом упал на пол.

Элара не вздрогнула и не отвела взгляда.

— Я не предлагаю никаких оправданий этому, но, уверяю вас, я тоже не получила удовольствия от этого испытания, — её взгляд метнулся к платформе, и у неё перехватило дыхание.

У меня всё внутри сжалось, и я испугалась, что больше никогда не почувствую себя нормальной или счастливой.

Резкий голос Кейлен донесся с другого конца комнаты.

— Она должна показаться целителю в последнюю очередь! Она чёртово животное, и она укусила меня!

Скрестив руки на груди, Элара повернулась и выгнула бровь.

— Ты убила фейри после того, как Совет объявил