Эльфийская погибель (СИ) - Рау Александра Страница 36

— Насколько богаты? — прищурилась Минерва, проигнорировав мою лживую попытку пошутить и сменить тему.

— Достаточно, чтобы не закупать ничего у других.

— Интересно.

Я знал, что богатства, которые ей ещё не принадлежат — лучший способ привлечь её внимание. Она будет изучать меня, будет пытаться разузнать всё, что может помочь ей в получении ценных ресурсов, именно потому я так акцентировал внимание на драгоценных камнях. Когда я преподносил колье в подарок королеве, Минерва не пыталась скрыть раздражения, что оно застегивается не на её шее.

— Ваше Высочество! — в дверь просунулась голова оруженосца; судя по доспехам и лицу, куорианца. — Госпожа Ариадна, простите за беспокойство, но принц Хант уже ждёт вас, чтобы начать обещанную конную прогулку.

— Дочь, не заставляй его ждать, — поторопил её отец. — Вижу, ты не доела, но уже давно стоило бы. Давай, ступай к жениху.

Недовольно фыркая, прямо как её вороной конь, Ариадна встала, со скрипом отодвинув стул, и бросила салфетку прямо в тарелку. Приборы задребезжали, а бокал с водой опрокинулся на скатерть, оставив после себя темное влажное пятно. Ровена едва слышно ахнула, пораженная бесцеремонностью дочери, а король недовольно сжал губы и громко выдохнул.

— Итак, Териат, — возобновила беседу королева. — Сбежав от невесты однажды, обрели ли вы другую?

— Прошу прощения, что отвечаю вопросом на вопрос, но, Ваше Величество, стал бы я странствовать в одиночестве, будь у меня дама сердца?

— Мужчины поступают так постоянно, — буркнула Минерва.

— В таком случае, — расправил спину я. — Могу вас уверить, я женюсь лишь на той женщине, которую не захочу покидать ни на мгновение.

— Прекрасные слова, — кивнула королева.

В дверь вновь постучали. Лэндон вошёл в зал в компании пожилой женщины в зеленом плаще, и они молча остановились. Король, поняв их без слов, аккуратно вытер рот салфеткой, положил её и поднялся из-за стола. Встретившись с советником в середине зала, он подставил ухо, и тот что-то ему шепнул.

— Териат, если у вас нет других планов, — повернулся ко мне Эвеард. — То уверяю, после завтрака идеальным вариантом времяпрепровождения является прогулка по нашим садам.

— С удовольствием последую вашему совету.

— Отлично, — удовлетворенно кивнул он. — Наш друид Лианна сопроводит вас. Она многое знает о здешней растительности.

Лианна наконец опустила капюшон. Встретив ее в других обстоятельствах, я бы вряд ли распознал в ней ту мать Бэтиель, о которой слышал столько историй. Нам не доводилось встречаться лишь потому, что большую часть времени она проводила в Грее в надеждах снискать благосклонность королей, а оставшуюся толику без остатка дарила дочери, и все же я весьма ясно представлял ее красоту, так ярко описанную Бэт. Теперь же я видел испещренное морщинами лицо, усталый взгляд, потяжелевшие и деформировавшиеся черты. Лишь серебристые волосы по-прежнему были крепки и густы, что выглядело несвойственно женщине её возраста, и вероятно потому она прятала их в тугой косе. Иссушенные руки заметно дрожали без всякой на то причины; тремор слегка унимали разве что тяжелые кольца, украшенные драгоценными камнями, что красовались практически на каждом из её пальцев.

Молча встав из-за стола и кивком поблагодарив королеву и принцессу за чудесный завтрак, я последовал за друидом к выходу из столовой. Внешняя слабость скорее оказалась лишь обманчивой маской; прыти Лианны позавидовал бы любой гвардеец. Она ловко лавировала по коридорам, очевидно зная их наизусть; создавалось впечатление, что стены давили на неё, что утром испытал и я, и единственным спасением ей виделось скорее вырваться на свежий воздух.

Как только распахнулись двери, ведущие в роскошный цветущий сад, Лианна сделала глубокий вдох и обернулась. Половина её крови всё же была эльфийской, потому связь с природой едва ли покинула её так же легко и быстро, как сама она покинула Аррум. Лицо друида, прикоснувшись к аромату цветущей вишни, наполнилось светом и легким румянцем, а темно-карие глаза стали медовыми.

— Что ж, дорогой гость, — произнесла она легко и радостно, вторя пению птиц. — Рада приветствовать вас в наших краях. Что привело вас сюда?

— Душа моя находится в вечных странствиях, таская тело за собой, — с легкой улыбкой ответил я, пропустивший этап благодарностей. — Рано или поздно я бы всё равно забрел в Грею.

— Откуда вы прибыли к нам?

Кожа на руках и шее Лианны стала заметно разглаживаться, а в лице четко угадываться родство с дочерью. Поразительно, как эта милая с виду женщина — а ещё четверть часа назад и вовсе старушка — могла так беспощадно поступить по отношению к своему дитя. Интересно, знала ли она, что бушует в сердце Бэт, а если знала — неужели ей было так решительно наплевать?

— Я провел некоторое время в Альвертоне, небольшой деревушке на драрентском побережье Золотого залива. Удивительно умиротворенное место, — вздохнул я, будто действительно скучал по тишине сельской жизни. — Жил со старым рыбаком. Он делился жизненным опытом, а я взамен обучал его рыбацким хитростям, каким в детстве научился в Сайлетисе.

— А при дворе Драрента не останавливались?

— Когда-то давно, да, но ненадолго. Спешил на турнир, что проходил в окрестностях Лоустофта. К сожалению, совсем не успел познакомиться с местной знатью.

Лицо Лианны полностью закончило метаморфозы. Я никогда не слышал о подобной магии среди друидов, и она искренне поразила меня. Пухлые губы, которые Бэт точно унаследовала от неё, выглядели так, словно вот-вот взорвутся от наполняющего их ягодного сока, а медовые глаза окидывали меня оценивающим взглядом. Магия внутри моей груди преспокойно спала, не поддаваясь на провокации; я буквально ощущал, как цепкие лапы сил друида прощупывают моё существо на предмет странностей и незаурядностей тела и души, но все они были надежно спрятаны под толстым слоем искусной лжи. Киан был прав, говоря, что, прежде всего, нужно поверить в ложь самому, и тогда у любого скептика не останется и шанса.

Ничего не отыскав, Лианна, вероятно, решила, что я обычный богатенький дурень, на которого вовсе необязательно тратить время, хоть цели моего пребывания и неясны. Наш разговор плавно перетек в обсуждение красот местного сада; больше всего меня поразили экзотические для местных краев ломкие ивы, а друида, в свою очередь, моя заинтересованность обычным деревом, а не диковинными цветами. Некоторое время мы даже провели в беседе с садовником, жалующимся на сложности в уходе за недавно привезенными с Куориана розами, однако она быстро оборвалась, когда напарница бросила в садовода тяпкой, чтобы тот перестал болтать попусту.

— Приятно поражена вашими познаниями в сфере садоводства, сэр, — сладкозвучно отметила Лианна, скидывая с плеч плащ, очевидно лишний под палящим солнцем. Я молча выдвинул вперед согнутую в локте руку, предлагая помочь ей с этой ношей, и девушка так же молча воспользовалась моим предложением. — Где-то обучались и этому?

— Боюсь, сыновей лордов не учат копаться в земле, если только они не закапывают в ней своих врагов, — горько пошутил я. — Эти знания, скорее, результат моего недюжинного любопытства к книгам и окружающему нас миру.

— Что ж, если вас интересуют книги, наш замок может похвастаться своей коллекцией. Хоть Грея и молода, её библиотека впитала в себя множество столетий разных народов и культур. Вы обязательно найдёте что-нибудь по вкусу.

С тех пор, как выучил людскую письменность, я много тренировался на книгах, что приносил мне Финдир, однако выбор был скуден, и мне приходилось перечитывать одни и те же произведения по несколько раз. Возможность довести навык до совершенства и узнать что-то прежде неведомое о людской культуре — отличный способ понять живущих в замке людей, а ещё — лучший ответ на вопрос, почему мне постоянно не спится.

Всю прогулку я краем глаза наблюдал за друидом. За тем, как жизнь с каждой секундой всё больше наполняла её тело. Что, если эта магия направлена не на неё, а на меня? Проверка на сладострастие? Что, если глазу обычного человека ее молодость не видна, и тем самым она проверяла меня на наличие высшей крови? Я был одинаково вежлив и обходителен с ней как в облике старушки, так и в облике юной девы, но не знаю, насколько искусно мне удалось скрыть удивление.