Иней между нашими сердцами - Кира Шелухина Страница 35

— Пора вставать, птичка, — прервал мои напряженные думы голос виновника моих душевных метаний.

Вернувшись в реальность, я увидела его прямо перед собой с подносом в руках. Поставив его на кровать, он уселся рядом, беря крупную красную виноградину и поднося к моим губам.

— Ешь, — приказал муж, и я непроизвольно открыла рот.

— Я могу сама …

— Тсс, — прервал он, беря кусочек сыра.

Поняв по строгому тону, что противиться бесполезно, я позволила меня накормить. Когда почти все съела, он убрал поднос и напоил меня отваром.

— Ну что, готова слушать дальше? — поинтересовался Дрейк, устраиваясь на кровати рядом со мной и обнимая.

— Да, — ответила, кладя голову ему на плечо.

Несмотря на свои страхи, я решила насладиться этими мгновениями близости и подобия нормальных отношений, которые, скорее всего, скоро закончатся.

— Когда мы истребили огненных, вместо благодарности получили от людей лютую ненависть к нашему роду, которая не позволяла им понять, кто из нас хороший, а кто — плохой. И они обратились к самой сильной ведьме, чтобы она помогла всех нас уничтожить. Мы, конечно, легко могли ее убить, но поклялись никогда не причинять вреда людям. И она, воспользовавшись этим преимуществом, создала Ледяную сферу, заключая в ней нашу древнюю силу, а потом разбила ее и спрятала осколки в разных местах. И с этого момента наши звери оказались запертыми в человеческих телах, не в состоянии вырваться на свободу, а наши способности были запечатаны.

— Я видела его, твоего дракона, — прошептала я, вспоминая, как от страсти изменились его глаза.

— Да, видела, — подтвердил муж. — А он видел и принял тебя.

Я не понимала, о чем он говорит, но решила выяснить это позже, так как мне было интересно услышать продолжение истории.

— А что стало с остальными драконами?

— Не знаю, — ответил Дрейк. — Я всегда чувствовал их, так как между нами была тесная связь, но, когда ведьма разбила сферу, она порвалась. Мы очень долго их искали, но безрезультатно. Так что, думаю, что они все погибли.

— Мне очень жаль, — искренне посочувствовала, посмотрев на мужа и замечая неприкрытую боль в его глазах.

— Не плачь, птичка, — сказал он, стирая слезинку с моей щеки. — Все это дела давно ушедших дней, и теперь уже ничего не вернуть.

Я это понимала, но разделяла его боль, зная, каково это — потерять кого-то из семьи.

— А что стало с огненным драконом? Ты его убил? — спросила, не в состоянии скрыть дрожь в голосе.

— К сожалению, нет, но нанес смертельные раны, от которых он не сможет излечиться.

Услышав его ответ, я одновременно ощутила облегчение и сожаление, ведь, несмотря на понимание того, что это было необходимо, все равно не могла смириться с насилием и убийством.

— Ты осуждаешь меня? — спросил муж, словно читая мои мысли.

— Нет, конечно, нет, — возразила я, — просто все это слишком…

— Жестоко для твоего доброго и милосердного сердечка, — закончил он, крепче меня обнимая и целуя в лоб.

— Ох, голубки, не хотел вам мешать, — прервал наш разговор Крис, вошедший в комнату.

— А стучать тебя не учили? — недовольно рявкнул на него Дрейк, вставая с кровати.

— Виноват, друг, — поднял он руки, усмехаясь. — Я просто хотел убедится, что с нашей госпожой все в порядке.

— Убедился? А теперь проваливай, — приказал муж, вставая перед ним.

— Нам надо кое-что обсудить, — уже серьезно добавил мужчина, прежде чем удалиться.

— Я скоро вернусь, а ты пока отдыхай, — сказал Дрейк, направляясь вслед за другом.

Глава 17

Дрейк

— Что ты хотел обсудить? — спросил я у Криса, когда мы поднялись в кабинет.

— Ты все рассказал Дарине? — поинтересовался он, присаживаясь в кресло.

В ответ я кивнул, садясь напротив.

— И о том, что бессмертен?

— Нет.

— Ну, конечно, такую незначительную деталь ты упустил, — усмехнулся друг. — И когда планируешь «обрадовать» жену?

— Позже, — коротко ответил я, потому что пока не хотел огорчать ее этой новостью. — На данный момент достаточно информации, которую ей надо переварить.

Жена и так многое пережила, и у нас еще было достаточно времени, чтобы не думать об этом и просто наслаждаться семейной жизнью. Ведь теперь, когда я осознал и принял свои чувства, собирался сделать ее по-настоящему счастливой.

— Не думаю, что она будет довольна тем, что ты от нее скрывал.

— Это все, о чем ты хотел поговорить? — недовольно буркнул, понимая, что друг прав, но не собираясь менять свое решение.

— Не только. Ты знаешь, как Дарина смогла активировать Ледяную сферу?

— Нет, но предполагаю, что это как-то связано с ее даром, — ответил я. — Да и какая теперь разница? Главное, что сфера восстановлена, как и наши силы.

— А что с Сюхкоатлем?

— Он не сможет выжить с теми ранениями, что я нанес, так что о нем можно больше не беспокоиться, — заверил друга.

— А что, если он не один? Если еще кто-то из огненных смог спастись?

— Если бы это было так, он бы привел их с собой, чтобы иметь преимущество.

— Да, ты прав. Тогда предлагаю выпить за то, что мы, наконец, достигли своей цели.

Спустившись в гостиную и налив себе скотча, мы устроились в креслах около камина.

— И что теперь? — поинтересовался Крис.

— Теперь я собираюсь сполна насладиться семейной жизнью, — ответил с улыбкой.

— А ты разве не хочешь вернуться домой?

— Мой дом сейчас здесь, а прежний погребен под слоем льда и снега вместе с нашей семьей, — с тоской констатировал я.

— Может быть есть какой-то способ возродить наши земли, — с надеждой предположил друг.

— Не думаю, — ответил я, — да и прошлого все равно уже не вернуть…

— Но ты ведь понимаешь, что, живя среди людей, мы никогда не сможем быть по-настоящему свободными, вынужденные скрывать свою сущность?

— Да, но, видимо, такова наша судьба.

Мы еще немного поболтали, вспоминая былые времена. Как каждое полнолуние устраивали Праздник Лунного льда. Мы пели гимны в честь нашей богини, пили эль из замерзших ягод и ели жареное мясо, пропитанное солью ледников. А в конце праздника драконы-старейшины выдыхали паром радуги, а все ловили их на языки. Казалось, что та ночь длилась вечность, полная смеха и искр магии.

— А помнишь Великую Бурю? — спросил Крис.

— Такое невозможно забыть, — ответил я, вспоминая стену изо льда и ветра, что сеяла смерть.

Наши дома в Льдистом Круге трещали, драконы ревели в панике. Я забрался на башню Ледяного дворца и затрубил зов Единства. Драконы слетелись, их дыхание