Железная леди для Священной империи - Dimash Suleimen Страница 35

— Забирай и лист, дарю! — рыбак добродушно усмехнулся, глядя на ее восторг.

Видя, что торговец настроен благодушно, Ильза деловито спросила: — Дяденька, а где вы их нарвали? Можно мне тоже набрать? — Да на диком озере, что за западной околицей деревни, их там пруд пруди, — не стал таиться рыбак.

Забрав кулек с рыбой, Ильза прибежала обратно и передала его матери. Марта приняла ношу, приоткрыла зеленый лист и увидав, что рыбешки там толщиной едва с мизинец, невольно закручинилась: «И как же мне эту мелочь к столу подавать, что с ней делать?» А следом в ее душе шевельнулось раскаяние: Ильза ведь совсем еще дитя неразумное, только и думает, как бы рыбкой полакомиться, а в размерах ничего не смыслит. Впредь нужно будет самой товар осматривать, а не дочке доверяться.

И все же, какова бы ни была рыбешка, а бросать купленное добро на ветер в крестьянском хозяйстве не пристало, так что Марта, сжав зубы, принялась тщательно промывать мелкую рыбу в лохани с ключевой водой.

Когда пришла пора разводить огонь под сковородой, Ильза крутилась тут же у костра и принялась давать матери советы: — Матушка, а давай мы эту рыбу зажарим в кипящем масле до хрустящей корочки! — Ну, точь-в-точь как бабушка Гертруда на Рождество жарит мясные клецки в большом котле.

Услышав это, Марта сперва хотела было возразить - мол, на такую жарку уйдет уйма дорогого свиного сала. Но едва дочка упомянула рождественские клецки, перед глазами женщины встала горькая картина прошлых лет. Она вспомнила, как в один из праздничных вечеров в старом доме Ганса вся деревенская ребятня толпилась у кухонного очага в ожидании угощения. Тогда свекровь раздала всем внукам по сочной румяной клецке, некоторым даже по две досталось и лишь маленькую Ильзу обошли стороной, словно чужую. С того самого дня девочка больше никогда не ходила смотреть, как на кухне жарят праздничные яства, чтобы лишний раз не терпеть обиду. Сердце Марты болезненно сжалось от этих воспоминаний, и она твердо ответила: — Ладно, доченька, будь по-твоему. Подрумяним нашу рыбешку в масле!

И вот, в этот полуденный час за обеденным столом под навесом будущий староста Фридрих, после вчерашней свиной ботвы от батата, сподобился отведать диковинной жареной кошачьей рыбешки.

Сидевшие за столом Ганс-Старший и сам Фридрих отродясь в своем доме кошек не держали и про такую сорную рыбу знать не знали. Они лишь удивленно причмокивали: хоть рыбешка и была мелкой, но в обилии кипящего сала она зажарилась до такой степени, что кости и мясо стали хрустящими и ароматными. Мужчины с удовольствием разжевывали хрустящие кусочки, проглатывая их целиком вместе с головами и хвостами.

Видя такое дело, Фридрих тоже подцепил ложкой одну рыбку, отправил в рот, да так и застыл от удивления, позабыв про все свои чинные мысли, теперь его было не оторвать от миски.

Ильза же уплетала угощение с самым невозмутимым видом, ведь она еще у костра тайно стащила со сковороды и съела три самые румяные рыбки.

Марта, глядя на то, с каким аппетитом мужчины уничтожают ее стряпню, сама не удержалась, попробовала одну штучку. Почувствовав на языке невероятный хруст и соленый мясной вкус, она принялась лихорадочно подсчитывать в уме: «Пусть на эту жарку и ушло немало свиного сала, но если рассудить по совести, вся рыбешка обошлась нам в цену двух сырых яиц. А ведь на обычную яичницу для семьи нужно потратить никак не меньше трех штук, да еще и жир со сковороды посчитать». Выходило, что такую хрустящую рыбку вполне можно было готовить для домашнего стола и в будние дни, без всякого ущерба для кошелька.

А зеленый лист кувшиночника, что достался им даром, Ильза после обеда не выбросила, а велела матери мелко нарезать и добавить в кувшин с прохладным барбарисовым взваром. Обычные мужчины выпили напиток и ничего примечательного не заметили и лишь проницательный Фридрих сразу уловил необычную свежесть и тонкий аромат речной зелени, отчего в его душе снова шевельнулось немалое удивление крестьянской смекалке кузины.

Едва полуденный зной пошел на убыль, Марта взяла Ильзу и отправилась к общинному лесу. Увидев, с каким неистовым рвением, словно желая истребить сорняки под корень — матушка принялась косить дикую полынь, девочка поспешила её остановить: — Матушка, постой! Мы ведь на своем старом огороде всю полынь уже извели. — Коль старейшины скоро поделят и эти лесные склоны, у нас в хозяйстве и вовсе не останется целебной травы для окуривания.

Марта сперва хотела было возразить, что леса вокруг полно, но тут же вспомнила, что с каждым днем сородичей на холмах становится всё больше и все они одержимы сбором барбариса. Того и гляди, скоро у каждого куста появится свой хозяин, а крестьянину надежнее всего иметь то, что растет на собственной земле. Приняв решение, Марта бережно выкопала несколько кустов полыни вместе с земляным комом и аккуратно уложила их в плетеный короб.

Ильза, увидев это, окончательно успокоилась и принялась весело разыскивать среди зарослей дикую мяту и пахучую мелиссу. Орудуя маленьким заступом, она бережно пересаживала находки в свою девичью корзинку. Закончив сбор, они направились к своему собственному лесному наделу. И хотя весь их склон был густо покрыт колючим диким кустарником, на нем всё же нашлось несколько свободных уединенных местечек. Марта облюбовала ровную площадку у самого подножия холма и высадила туда полынь, а Ильза рядышком, без особого порядка, пристроила кустики мяты и мелиссы.

Вечером, едва солнце зашло, Ганс-Старший соорудил с наветренной стороны от навеса небольшой костер из сухой соломы, присыпав его сверху свежими листьями полыни. Над подворьем тут же поднялся густой шлейф сизого дыма. Стоило легкому ветерку дохнуть в сторону их жилища, как едкий, смолистый аромат заполнил весь навес и кружившие у входа полчища гнуса вмиг рассеялись.

Теперь, когда мошкара больше не донимала, Ильзе не нужно было сразу ложиться спать. Она вытащила наружу маленькую скамеечку и уселась дышать прохладой под открытым небом. В эту далекую аграрную эпоху летние ночи были лишены городского задымления и искусственного освещения и бархатный небосвод был украшен мириадами звезд. Они сияли так ярко и тесно, словно толпа простолюдинов на перроне во время праздничной ярмарки.

Благодаря доброму школьному обучению и энциклопедическим знаниям из прежней жизни, Ильза без труда отыскала