Вернись, я все прощу. Дракон передумал разводиться - Таня Драго Страница 35

— Анмир, старина! — наконец подошёл граф Теодор, с которым они когда-то частенько играли в карты. — Как дела? Как поживает твоя милейшая супруга?

— Мы... мы больше не живём вместе, — неловко ответил Анмир.

Теодор моментально изменился в лице.

— А, понятно. Ну что ж... — он неопределённо пожал плечами. — Жаль, конечно. Телиана такая очаровательная женщина. Всегда так радушно принимала гостей... От нее душа радовалась.

И отошёл, бормоча извинения.

То же самое повторилось с бароном Лестером, с маркизом Вильгельмом, даже с молодым виконтом Артуром, который обычно цеплялся к любому разговору.

— Анмир? — подошёл наконец кто-то знакомый. — А где твоя жена? Не видел Телиану уже целую вечность.

— Где Телиана? — переспросил купец Роджер. — Что-то давно её не встречал на светских приёмах.

— А что с госпожой Телианой? — поинтересовался даже молодой паж, подавая вино. — Она заболела?

Анмир стоял посреди блестящего зала и понимал — его здесь никто не видит.

Видят только отсутствие жены. Её спрашивают, её ищут, по ней скучают. А он... он просто муж Телианы, который почему-то пришёл один. Двадцать пять лет он считал ее приложением к себе.

К концу вечера с ним заговорил только один человек — старый граф Вальтер, известный своей прямотой и нежеланием ходить вокруг да около.

— Слушай, Анмир, — сказал он без обиняков, — не знаю, что ты там натворил с женой, но в городе ходят разные слухи. И все они не в твою пользу. Мой тебе совет — мирись. Быстро мирись. Потому что без Телианы ты здесь никому не нужен.

Анмир стоял и молчал, чувствуя, как внутри всё сжимается в холодный комок.

Никому не нужен.

Без Телианы.

Двадцать пять лет он думал, что это он — центр их семьи, он — глава дома, он — тот, вокруг кого всё вращается. А оказалось... оказалось, что все эти годы люди приходили к ним в дом ради неё. Из-за неё его принимали в обществе, с ним заключали сделки, ему улыбались.

А теперь, когда её нет рядом, он превратился в пустое место.

Анмир молча покинул приём и вернулся в свой номер.

Там он сел на край кровати и в первый раз за много лет позволил себе честно подумать:

Что же я наделал?

Анмир вернулся в замок через неделю — с пустыми руками и горьким осадком в душе. Столица встретила его холодом, а проводила равнодушием. Ни одной новой сделки, ни одного перспективного контакта. Только счета за проживание и унизительные воспоминания.

Карета едва остановилась у крыльца, когда он увидел знакомый экипаж с фамильным гербом. Позолоченные драконы на дверцах блестели даже в пасмурную погоду.

Мать.

Анмир медленно вышел из кареты. София стояла на ступенях замка в своём дорогом тёмно-синем плаще, но лицо её было суровым, как грозовая туча.

— Что ещё ты сделал Телиане? — бросила она с порога, даже не поздоровавшись.

— Мама, я...

— Не мамкай! — София взмахнула рукой, и её изумрудные серьги сердито качнулись. — Отвечай на вопрос. Что ещё ты натворил?

Анмир тяжело вздохнул и прошёл мимо неё в дом. В гостиной было холодно — камин не топили, видимо, экономили дрова.

— Я ездил к ней, — сказал он наконец, усаживаясь в кресло. — Пытался... пытался вернуть домой.

— И? — голос Софии звучал опасно тихо.

— Она отказалась. Резко отказалась. — Анмир потёр горло, где всё ещё иногда возникало неприятное ощущение сдавленности. — Сказала, что ненавидит меня. И я... я чуть не задохнулся. Буквально. Словно кто-то душил меня невидимыми руками.

София медленно опустилась в кресло напротив. Лицо её стало белым как мел.

— Ты идиот, — прошептала она. — Полный идиот.

— Мама...

— Заткнись! — рявкнула София, вскакивая на ноги. — Двадцать пять лет! Двадцать пять лет эта женщина была твоим талисманом, твоей удачей, твоим благословением! А ты что сделал? Выгнал её ради молоденькой девчонки, которая убежала с первым попутным ветром!

— Но я же пытался исправить...

— Исправить? — София рассмеялась, но смех этот был горьким и злым. — Ты думаешь, можно просто прийти и сказать "извини, вернись"? После того, как унизил её перед всеми, отобрал дом, заставил снимать обручальное кольцо?

Анмир молчал. Материнский гнев обрушивался на него, как лавина. Это еще хорошо, София не знала, что именно он сказал Тель.

— Знаешь, что произошло с нами? — продолжала София, расхаживая по гостиной. — С твоими родителями? Мы потеряли три четверти состояния! За неделю!

— Что? Но как...

— А ты как думаешь? — София остановилась и впилась в него взглядом. — Удача — штука семейная. Когда ты изгнал Телиану, ты проклял весь наш род! И теперь мне нечем содержать твоих младших братьев. Альфред едва закончил военную академию, а Доминик вообще ещё учится. И что я им скажу? Что их старший брат по собственной глупости разорил всю семью?

Анмир чувствовал, как внутри всё холодеет.

— Мама, я не знал...

— Конечно, не знал! — София подошла к нему вплотную. — Потому что всю жизнь считал, что твоё везение — это твоя заслуга. Что ты такой особенный, такой талантливый. А на самом деле это всё она! Телиана! Её род, её кровь, её природная магия удачи!

Она помолчала, а потом добавила более тихо:

— Прости, Анмир. У меня есть ещё двое сыновей. Я не стану рисковать их будущим из-за твоего безрассудства.

— Что ты имеешь в виду?

София выпрямилась и произнесла ледяным тоном:

— Ты мне больше не сын. Официально я отрекаюсь от тебя. Ты больше не наследник, больше не член нашей семьи.

Слова ударили,