Александр Арбеков - О, Путник! Страница 330

— Вот как!? А, я-то, думал, ну какого чёрта разыгрывается этот дешёвый спектакль с битами, копьями, луками и сетями! Вот оно что!? Но, постойте, постойте! — я вскочил с кресла и заметался по каюте. — Я совершенно точно знаю, что никто из этих ваших горе бойцов меня так и не коснулся! Как же вы смогли получить мои полные данные!?

— Сир, существует так называемый дистанционный способ сканирования, — вмешался ПОЭТ. — Но для этого необходимо подобраться, так сказать, к объекту на максимально близкое расстояние.

— Кроме этого, нами были изъяты стакан, рюмка, вилка и ложка со скатерти, на которой Вы, Сир, изволили отдыхать вместе с ГРАФИНЕЙ, — добавил ГЛАВА.

— Понятно… — я сел в кресло, прикрыл глаза, внезапно почувствовал усталость, расслабился.

Да, познание — это, несомненно, одно из самых сладостных занятий в жизни, но всему, везде и всегда есть свой определённый предел, поэтому в любом процессе требуется делать перерыв. В данной ситуации смена темы — лучший отдых. Я потёр пальцами глаза, посмотрел на свечи и неожиданно даже для себя самого попросил ПОЭТА:

— Дружище, а прочитайте-ка нам что-нибудь из моего, раннего, а? Мне интересна реакция нашего гостя. Кстати, сударь, у вас, в этой самой Звёздной Системе Альтаир вообще существуют поэзия и поэты?

— Обижаете, Сир! — искренне возмутился гость. — Поэзия вечна, бессмертна и бесконечна, как этот Мир!

— Ну, насчёт всего материального Мира не знаю, — поморщился я. — Как известно, у Вселенной есть край, следовательно, Мир не вечен и не бесконечен. Как может быть вечным то, что где-нибудь и когда-нибудь заканчивается?

— Извините, Сир, — кашлянул ГЛАВА. — Сведения о том, что Вселенная конечна, достоверны?

— Абсолютно достоверны, даже не сомневайтесь, — улыбнулся я. — Продолжу свою мысль… И так, Вселенная, в её материальном понимании, конечна. А, вот, ежели исходить из постулата о том, что сначала было всё-таки сознание, дух, разум и они объединены в нечто единое целое, и вечны по своей сути, то поэзия также вечна! Умрёт материя, но мысли отчеканятся в пустоте, которая на самом деле таковой не является!

Мои собеседники некоторое время удивлённо созерцали меня, как редкого зверя, и обдумывали услышанное, а потом молча уставились в огонь. Галера, как и море под ней и вокруг неё, была абсолютно неподвижна. Лёгкий, почти неощутимый и неуловимый, прохладный воздух тонкой струйкой вползал в каюту, тихо, не касаясь пламени свечей и камина, следовал в сумрачные углы каюты и засыпал и растворялся там, как старый добрый пёс, абсолютно никому не мешая и не надоедая.

— Барон, так что там со стихами!? Что-нибудь любовно-философское, пожалуйста!

— Извольте, Сир, вот одно, из Ваших ранних:

Когда-нибудь придётся умирать…Не для людей космическая вечность.Твою улыбку, нежность и беспечностьДай Бог мне встретить, милая, опять!

Когда-нибудь воскресну я, как знать…И стану жить в загадочном столетье.Увижу рай иль злое лихолетье.Дай Бог тогда тебя не потерять.

Когда-нибудь нам суждено летать!Двум отблескам пожара давней страсти.И от любви, — мучительной напасти,Не дай нам Бог, любимая, устать…

Когда-нибудь мне суждено узнатьВсё то, что смертным в жизни неизвестно.Характер твой, — капризный и прелестный,Не дай мне Бог когда-нибудь понять…

— Неплохо, Сир. Очень неплохо. Не ожидал… Говорю это совершенно искренне и честно, — удивился гость.

— Спасибо, — я наполнил рюмки ромом. — Немного передохнули, отвлеклись, расслабились, ну и славно. А теперь давайте вернёмся к делам нашим скорбным и суетным. На чём мы остановились?

— На психофизическом сканировании, Сир, — напомнил мне ПОЭТ.

— Ах, да… Продолжим тему, — я сделал лёгкий глоток из рюмки, бросил в рот крупную мочёную виноградину, зажмурился от удовольствия. — И что же было дальше, после того побоища?

— Сир, я наблюдал за схваткой со стороны. Двое наших Ускоренных ребят, специально обученных и подготовленных, всё-таки смогли подобраться к Вам близко и сумели находиться рядом с Вами достаточное время для того, чтобы Вас просканировать. Потом, незадолго до появления ЗВЕРЯ, мы все втроём телепортировались в крепость рыцарей Ордена Посвящённых.

— Сир, позвольте задать Шкиперу один вопрос? — спросил ПОЭТ.

— Валяйте, хоть два, хоть три…

— Ваше Величество, а можно не называть меня Шкипером? — мрачно произнёс ГЛАВА. — Как-то странно, уничижительно и пренебрежительно это звучит. Шкипер! Сразу ощущаю запах скользких вант, грязной палубы и тухлой рыбы в трюме. У меня, во всяком случае, возникают именно такие ассоциации!

— А у меня другие! Шкипер — это звучит гордо! Управляющий имуществом и хозяйством корабля, этакий администратор, психолог, трудяга, экономист, хитрец и конечно же, умный вор, — ухмыльнулся я. — Кстати, вы же руководите и управляете целой Звёздной Системой?! Значит, так и будете до поры до времени зваться ШКИПЕРОМ, если мне это будет угодно!

— Сир, и до какого времени?

— Когда оно придёт, я вам скажу, — ухмыльнулся я. — А вообще-то, как вы хотели, неземной вы наш!? Уважение и, возможно, даже дворянство надо ещё заслужить!

— Что!?

— Сир!!!

— Извините, Сир! Никогда ещё не попадал в такое глупое и унизительное положение. Простите…

— Да ладно уж! Бог простит. Но, в принципе, я вас понимаю — я посмотрел на ПОЭТА. — Сударь, вы хотели задать какой-то вопрос?

— Да, Государь. Скажите, пожалуйста, господин ШКИПЕР, а почему вы не телепортировались в Альтаир, ну, сразу после получения результатов анализа психофизических данных Его Величества? Быстро бы изучили их, а потом, в зависимости от результатов, предприняли бы дальнейшие действия. Чего вы забыли на этих Островах? Какого чёрта связались с пиратами, неделю бегали от нас, как заяц? Или, вернее, как карась от щуки?

— Какой карась, Барон? — возмутился я. — Как пескарь, как бычок, как плотвичка, как килька, как анчоус! Ну-ка, господин Шкипер, ответьте на сей интересный вопрос. Ведь вы действительно могли в тишине и покое, сидя в мягком кресле в уютном кабинете во дворце Совета Бессмертных Звёздной Системы Альтаир проанализировать данные, полученные из чипа, посоветоваться с кем надо, подумать, а потом уже принимать какие-то судьбоносные решения? Время вполне терпело.

— Сир, ни я, ни кто-либо из моих соплеменников, участвовавших в том побоище, не смогли в полной мере воспользоваться Пси-Телепортацией, — мрачно произнёс Альтаирянин. — Что-то, видимо, произошло с Единым Полем. Оно уже который раз даёт сбой. Это меня, честно говоря, очень сильно тревожит и напрягает.