Она и зверь. Том 1 - Maginot Страница 33

Со стороны они были больше похожи на хозяйку и ее крупного пса, однако стоило Астине подобрать наряды в тон его шерсти, и они стали выглядеть как одно целое. По сравнению с другими несчастливыми супругами, которые то и дело ссорятся и кричат о разводе, они определенно были прекрасной парой, в которой, так или иначе, царила гармония.

– Изволите чаю, ваше высочество? – спросил Оливер.

– Не нужно меня беспокоить, когда я занята делом. Это сбивает концентрацию. Поэтому откажусь, – не оглядываясь на него, ответила Астина. Она не вставала с рабочего места уже полдня.

Пожилой дворецкий переживал, что столь долгое сидение может плохо сказаться на ее здоровье. Для Оливера Астина была героиней, вернувшей умиротворение в имение Аталлента. В отличие от других подчиненных Териода, которые были верны лишь на словах, дворецкий искренне любил эрцгерцогство и дорожил своей работой.

Преданность Оливера семье Аталлента была беспрецедентной: он служил верой и правдой старому эрцгерцогу еще до рождения Териода. Он восхищался своими хозяевами и с гордостью нес службу, считая, что для него это дело чести.

По мнению Оливера, Астина, новая хозяйка имения, была замечательным человеком. Милостивая к своим вассалам, но безжалостная к тем, кто выступал против нее. Она так филигранно соблюдала баланс между поощрениями и наказаниями и к тому же так точно подбирала их виды, что со стороны могла показаться слишком сдержанной. Но именно это и нравилось в ней жителям особняка Аталлента. Любой, кто был знаком с Астиной, сказал бы, что лучше быть с ней в добрых отношениях, чем иметь подобного врага.

Еще до момента, как правда о подельниках барона Вернона всплыла на поверхность, Астина лишила всех вассалов эрцгерцога прав и власти за то, что те осмелились опорочить честь их дома. Те, кому удалось сохранить свои места, затаились как мыши. Они прекрасно знали: если попадут под гнев эрцгерцогини, то костей своих уже точно не соберут.

Почти всем бывшим миньонам эрцгерцога, заключенным под стражу, уже вынесли приговоры. Разумеется, у барона Вернона, организовавшего покушение на ее высочество, имелись подельники. Кого-то изгнали в далекие земли, кого-то и вовсе обезглавили – столь серьезны были злодеяния за спинами господ. Отрубленные головы выставили на всеобщее обозрение, и теперь их омывали капли дождя. Такова была плата за удар в спину эрцгерцогини.

Неудивительно, что все это не давало Астине покоя.

– Что стало с имуществом барона Вернона?

– Насколько мне известно, все состояние конфисковано. Однако его родственники забаррикадировались в фамильном особняке.

– И на каких основаниях?

– Дело в Элизе. Члены его семьи не могут принять, что все его имущество отойдет какой-то служанке. Особенно протестуют прямые наследники. Но больше всего неприятностей доставляет барон, бывший глава семейства. Он не может смириться с участью сына.

– Так они знали о преступлении…

– Он продолжает отстаивать позицию барона Вернона. Утверждает, что в их отношениях с Элизой не было места принуждению и что эта шумиха – дело рук хитрой служанки, которая обвела всех вокруг пальца ради того, чтобы завладеть их состоянием.

Астина задумчиво подняла глаза от документов, а затем принялась быстро водить пером по белоснежному листу бумаги.

– Найдите служанок, которые работали в особняке барона Вернона. Не думаю, что это был единичный случай. Нужно отыскать всех пострадавших, открыть правду и выплатить им соответствующую компенсацию.

– Стоит ли повторно допросить сообщников барона?

Астина сразу подумала о тех бесчестных служащих, которых волновало лишь то, как бы получше прикрыть свои спины, чтобы выйти сухими из воды. Те люди с легкостью признавались в преступлениях своего главы, что точно не шло на пользу самому барону Вернону. Но Астине не было его жаль, и потому она однозначно кивнула на вопрос дворецкого.

– И прошу, доложите обо всех подробностях этих разговоров отцу барона Вернона лично.

У семьи барона было право знать, насколько сильно и как часто уменьшается то, что было их собственностью. И то, из-за каких ошибок эти деньги утекали в другое место.

Астина снова вывела черных птиц на белой бумаге, а затем, поставив подпись, протянула готовый документ дворецкому.

– А если после этого он все еще останется недоволен, то я и ему помогу узнать вкус подарка, отправленного мне его сыном.

Астина лично подала барону Вернону приготовленный для нее яд. Он оказался очень сильным: барона скрутило судорога, он упал на землю и уже спустя мгновение испустил дух.

Будь это обычное убийство, можно было бы обойтись и без смертоносного яда, который вызывает страшнейшие муки. Но то была настоящая месть. Барон намеревался не просто убить Астину: он желал, чтобы она прошла через агонию перед тем, как отправится в мир иной.

Астина распорядилась выбросить тело барона Вернона в поле, чтобы его нельзя было похоронить, а душа предателя не смогла упокоиться с миром. Это было крайне жестокое решение по сравнению с тем, как милосердно эрцгерцогиня поступила с его сообщницей.

«Не слишком ли добра была госпожа к Элизе?» – начались разговоры между служанками.

Что бы к этому ни привело, все же Элиза совершила попытку убийства, а они многого от нее натерпелись. Изгнание Элизы из эрцгерцогства, по мнению домочадцев, было недостаточным наказанием. Ведь так Астина даровала ей шанс на будущее.

Никто в эрцгерцогстве не знал, что сотворил с Элизой барон Вернон и как подло повел себя после. Но скоро правда откроется, и Элиза больше не сможет спокойно ходить по владениям рода Аталлента. Возможно, ей удастся обосноваться на отдаленной земле и тихо жить, притворяясь убитой горем вдовой.

Бывший возлюбленный так и не смог смириться с произошедшим и вернуться к Элизе. Даже среди служанок не нашлось тех, кто принял бы ее искренние извинения за все ошибки, которые она допустила. Но при этом некоторые из них, провожая Элизу, с долей жалости в глазах желали ей здоровья. На этом ее история в эрцгерцогстве закончилась.

Элиза в одиночку покинула имение. Так она и поступит: выберет тихое место, придумает историю и будет жить судьбой вдовы с ребенком на руках.

«Не слишком ли далекое будущее, чтобы называть это кармой?»

Астина прожила две жизни, но, несмотря на это, все еще не была идеальным человеком. Случай Элизы задел ее за живое.

Даже благородной Мартине довелось оказаться в одной постели с мужчиной,