(не) Равные - Мила Крейдун Страница 32

Ктара закрыла глаза.

В который раз настраиваясь и принимая решение, что всё! На этот раз точно всё! Она в лепешку расшибётся, но переломит себя. Ради него.

«Нет! — нахмурилась она. — Ради себя! В первую очередь ради себя!».

Ей всё ещё не давала покоя мысль, что всё это не по-настоящему и когда-нибудь закончится.

Но она больше не будет прежней, — приняла для себя решение бывшая отработанная. — Больше не будет рабыней. Она пойдёт дальше, даже когда сказка закончится. Она найдёт место в этом мире, которого ранее не видела. Она будет сильной. Она станет Собой! Да, чёрт подери, она хотя бы хочет узнать КАКАЯ ОНА!

Ктара осторожно выбралась из-под тяжёлой мужской руки. Поднялась и растерялась, по-новому осматривая комнату, обернувшись на постель, со спящим на ней сильным мужчиной, правителем планеты, который ей и всему миру заявил: «Я признаю тебя равной… Теперь выбор за тобой…».

Выбор.

У неё никогда не было выбора.

И Свобода была так давно, что она её и не помнит.

Что ей делать?

Даже именно сейчас, что ей делать?

Как Свободной и Равной.

Отработанная внутри неё скулила: «Вернись в постель и дождись пробуждения господина — может, он даст нам какое-то задание. Или совет», — шла та на мировую, понимая, что новой Ктаре её скулёж не нравится.

«Нет», — приняла она твёрдое решение.

Сама.

Рядом.

Не за его спиной.

Пара правителя мира прошла в ванную. Умылась, привела себя в порядок; как можно осторожнее, чтобы не шуршать пакетами, достала одну из вещей и обрадовалась, что это оказалось лёгкое белоснежное платице из удивительной немнущейся ткани.

Она вспомнила, как законодатель моды хвастался, уверяя повелителя мира в том, что весь материал его заговорен Верховной и одежда всегда выглядит свежей, не нуждается в стирке и очищается самостоятельно.

Помнит она и снисходительную едва заметную улыбку повелителя, которая привычно прячется в уголке его губ в таких ситуациях.

Он не поверил кутюрье.

Ктара тоже сомневалась, что сама Верховная занималась такой ерундой. Обычная бытовая ведьма — да, но не она сама.

Хотя даже услуги бытовой ведьмы стоили целое состояние, ибо самих ведьм было крайне мало. Ещё меньше, гораздо меньше, чем двуликих, которым достаточно долго удавалось оставаться в тени.

Ведьм же человечество уничтожало столетиями.

Пара правителя ещё раз бросила на него осторожный взгляд и тихонько покинула покои.

Джейдан открыл глаза и посмотрел на дверь. Он улыбался. И гордился. Ею.

* * *

Ктара добралась до дверей библиотеки и на секунду замерла, переминаясь с ноги на ногу.

«Я Пара правителя мира. Я равная. Равная. Равная», — повторяла она, нервничая, как никогда, протягивая к огромной металлической резной ручке дрожащую руку.

Рабам запрещено заходить в библиотеки. Вообще прикасаться к книгам. Они слишком ценны, слишком редки.

А она так их любила. Всегда.

Ктара потянула на себя огромную тяжёлую дверь. Та поддавалась с трудом, сил не хватало, но бывшая рабыня была настойчива, не сдаваясь. Победоносно улыбаясь, когда застыла на пороге распахнутых пред нею врат.

Чувствуя себя… чувствуя себя…

Это невозможно описать словами.

Победительницей. Себя. Мира. Словно она совершила нечто немыслимое.

Она ступила в святилище тысячи тайн и знаний, восхищённо обводя взглядом высокие потолки с полками полностью забитыми книгами, коридоры с книгами, бесконечные, длинные и, кажется, эта зала была не единственной, но Ктара не стала уходить дальше.

Ей и среди этого Богатства есть что выбрать, наверняка, — думала она, осторожно скользя пальчиками по старым переплётам. Пройдя весь коридор обратно к выходу, завернула и… остановилась, смотря на книгу, на которой запнулась.

В. Мэгре «Анастасия», — прочла она на ветхом переплёте.

Ктара осторожно потянула книгу на себя, взяла её и поспешила к огромному поистине царскому креслу или, скорее, трону, обитому красным бархатом с золотыми элементами.

Буквы, слова, строки, абзацы затянули бывшую рабыню, заставив потерять счёт времени, связь с реальностью.

— К-хм! — искусственно и уж слишком громко кашлянул кто-то совсем рядом.

— Аои, — вырвалось у Ктары, когда она подняла взгляд.

— Его Величество ожидает тебя к завтраку, — холодно отозвалась альфа-самка.

Ктара закрыла книгу, аккуратно положила её на стеклянный круглый столик у кресла-трона и последовала за охотницей.

— Доброе утро, — поприветствовал её Джейдан Аргайл, когда она вошла.

«И правда ждал», — растеряно подумала она, спеша к свободному месту по правую руку от него.

Не только он ждал, но и все львицы. Сверля её недружелюбными взглядами. Им её общество явно не по душе.

— Доброе, — попыталась она улыбнуться и села.

Только тогда все словно ожили и потянулись за столовыми приборами. После того, как их взял царь.

— Чем занимаешься? — словно невзначай спросил он, разрезая на кусочки запеченную рыбу.

— Читаю, — очень тихо ответила Ктара.

Так хотелось добавить: «можно?», но она прикусила язык, лишь бросив осторожный взгляд на повелителя, чтобы прочесть его реакцию.

Царственный лик был совершенно непроницаем. На нём невозможно было что-либо угадать.

— Что именно? — лишь спросил он.

— Мэгре. Анастасия.

Сильнейший бросил на неё удивлённый взгляд. Лишь взгляд.

— Вы знакомы с этой книгой? — осмелилась спросить бывшая рабыня.

— Я знаком с каждой из них, — ответил последний из правящего рода.

— И помните каждую? — удивилась Ктара.

Уголок рта Джейдана Аргайла чуть дрогнул в улыбке.

— Каждую, — коротко отозвался он и замолчал.

Больше никто не проронил ни слова. Ктара и не настаивала на обратном, пытаясь как можно быстрее поесть, хотя не учла, что не сможет уйти из-за стола, пока свою трапезу не закончит правитель планеты и хозяин «дома».

«Наверное», — засомневалась она.

Ей мало что известно об этикете, но это вроде логично.

— Меня может кто-то обучить этикету? — спросила она.

— Это хороший вопрос, — одобрил Он. — Да, конечно. Аои, — лишь произнёс он имя и львица замерла, бросив на бывшую рабыню враждебный взгляд, а правителю покорно ответила:

— Да, конечно, мой царь.

Все опять замолчали.

Ктара начала ёрзать на стуле. Ей нетерпелось вернуться в библиотеку, а они, как назло, даже вилки ко рту подносили чуть ли не целую вечность.

Царь улыбнулся.

— Иди уже.

Пара сорвалась с места, бросив на ходу:

— Спасибо!

Джейдан проигнорировал осуждающие и непонимающие взгляды львиц.

За обедом и ужином ситуация повторилась почти один в один.

Джей вернулся в покои за полночь и застал их пустыми.

Ему не нужно было следовать за манящим дурманящим ароматом океана, чтобы найти Пару.

Он был абсолютно уверен, где она, на какое-то время замерев на пороге и любуясь непринуждённой позой девушки, раскинувшейся на огромном кресле. Одна нога её была закинута на подлокотник, вторая болталась без обуви, в руках книга, серьёзный сосредоточенный