Падшие Боги - Рэйчел Ван Дайкен Страница 32

— Ты невыносим, Рив.

Он улыбается.

— Ты даже не представляешь насколько.

Как только лифт закрывается, я бросаюсь к двери Арика и прижимаюсь к ней ухом. Ничего не слышно.

Я прижимаюсь сильнее, и в этот момент дверь резко распахивается. Я лечу вперед и врезаюсь в него.

— Прости, я просто… — просто что, Рей? Нет ответа, который мог бы скрыть смущение от того, что меня поймали за подслушиванием.

Его грудь твердая и теплая. Я пытаюсь отстраниться, но он толкает меня назад, прижимая к стене. Его ноздри раздуваются, он наклоняется ближе, его губы скользят по моей коже, как будто он вот-вот вдохнет мой запах.

— И что, по-твоему, ты делаешь?

Беспокоюсь? Слежу? И то, и другое?

— Я собиралась на церемонию открытия. Рив уже ушел, и я решила постучать, на случай если ты спишь и не услышал будильник.

Потому что я забочусь о тебе? Черт, как будто он действительно в это поверит.

Его губы изгибаются в жестокой улыбке.

— Да, конечно. Мы ведь настолько близки, что ты стала обо мне заботиться, — его глаза холодно и бесстрастно изучают мои. По крайней мере, он предельно ясно дал понять, какие у нас отношения.

— Как ты заботился обо мне вчера? — парирую я.

— Это было другое, — рычит он. — У тебя была чертова травма на голове.

Я фыркаю и скрещиваю руки.

— Ну, сейчас я чувствую себя отлично, — я наклоняю голову набок. — И почему я не могу заботиться о тебе? Мы вместе учимся в этом семестре. К тому же, мы не чужие люди. Мы давно знакомы и уже купались голышом вместе, так что это, по сути, связывает нас на всю жизнь, — я просто обязана была об этом упомянуть, да? Как будто моему мозгу был нужен весомый повод, чтобы вспомнить, как выглядела его обнаженная кожа. Мои щеки заливает жар.

— Это была ошибка, — произносит он низко и угрожающе.

— Огромная ошибка, — соглашаюсь я, но мой голос едва слышен.

— Тебе лучше идти. Ты же не хочешь опоздать.

Я моргаю, глядя на него снизу вверх.

— Ты слишком высокий, чтобы я могла через тебя перелезть, и прижимаешь меня к стене. Я уйду, как только ты отойдешь.

— Я не прижимаю, — он прижимается еще ближе. — А вот теперь да, — его тело твердое и горячее, прижато к моему. Он так близко, что я чувствую его сердцебиение, как свое собственное.

У меня перехватывает дыхание. Это я должна была охотиться за ним, а не наоборот.

На несколько секунд я теряюсь, паникуя от собственной слабости, потому что, хотя он и должен быть этим бесчувственным зомби, я вынуждена признать, мне нравится, ощущение его близости. Я вспоминаю прошлую ночь, его руки на моем лице.

Я осторожно провожу пальцем по его груди.

Он хватает мою руку, но не отпускает.

Нет, он сжимает ее. Сильно. Словно запоминает, как мои пальцы ложатся в его ладонь.

И вдруг меня накрывает лихорадочное видение. Мы прижаты к стене изо льда, которого я никогда раньше не видела, а затем так же внезапно снова оказываемся в его комнате в общежитии. Его губы скользят по моей шее, оставляя легкие укусы, пока он рвет на мне одежду. Я срываю с него рубашку, его глаза горят ярким красным цветом, губы приоткрываются, и из них вырывается стон, от которого дрожат стены вокруг нас.

В следующее мгновение он подхватывает меня за талию и усаживает на свои бедра. Он несет меня к…

С судорожным вдохом я возвращаюсь в реальность, все еще прижатая к стене, с головокружением, хотя это было всего лишь видение. Я резко выдергиваю руку из его хватки.

— Мне нужно идти.

Глава 22

Рей

Я спотыкаюсь, выходя из лифта, по пути через кампус к Актовому Залу, пытаясь понять, что, черт возьми, только что произошло.

Поцелуй. Движение к его кровати. И… лед? Это видение не имело никакого смысла. Начнем с того, что у меня вообще не бывает видений. Да, это одна из способностей, но точно не из моего набора. Я сильная, выносливая и очаровываю людей своим Эфирным Зовом, заставляя их что-то чувствовать.

Но странные ментальные проекции? В моем резюме такого нет.

Может, это часть силы Арика? А тогда возникает вопрос: какие еще способности скрываются в нем и просто ждут момента, когда он окончательно проснется и сможет ими воспользоваться?

Желудок сжимается. Если это был всего лишь проблеск его силы, неудивительно, что Боги боятся Великанов. Он настолько захватил мой разум, что я бы не поняла, что это не то, что я вижу, даже если бы мне приставили пистолет к виску.

Я чувствовала его губы, как они скользили ледяной прохладой по моим, пока его горячий язык вторгался в меня.

Я чувствовала жар его рта, зубы, царапающие кожу моей шеи.

Это, по крайней мере, было настоящим.

Я вздрагиваю, скрещиваю руки на груди и иду быстрее, пока чуть не врезаюсь в кого-то.

— Извини!

Это Рив. В руках у него бумажный стаканчик, и качает головой, как будто я его разочаровала.

— Уже почти отправил поисковую группу, — он понижает голос, когда мимо нас проходят два других студента, — И я взял тебе чай. Кофе не стал, не хотел, чтобы ты опять обделалась в штаны.

Я сердито смотрю на него.

— Я не обделала штаны, придурок.

Тянусь к стаканчику, слишком уставшая, чтобы спорить. Но прежде чем успеваю дотронуться до него, чья-то рука перехватывает мою руку — рука Зивы.

Она встает между нами, словно занавес, падающий посреди сцены, и мягко, но уверенно сжимает мое запястье, отводя его в сторону от предложенного напитка.

— Не бери у него ничего, — говорит она, не глядя на меня. Ее голос спокоен, но в нем чувствуется сталь. — Он улыбается, когда всаживает в кого-то нож.

Рив открывает рот. Закрывает. Моргает. Пытается снова.

Но из него ничего не выходит.

Ни глупой шутки. Ни беспечной улыбки. Просто парень, который никогда не затыкается даже на секунду, моргает так, словно судьба его души зависит от того, подберет ли он сейчас идеальное слово, которое нужно сказать. И терпит неудачу.

Мои брови взлетают вверх.

— Святые угодники, — шепчу я. — Ты сломала Эриксона.

Я поворачиваюсь, чтобы разделить шутку с Зивой, но то, что я вижу на ее лице, заставляет слова застрять у меня в горле. Не триумф. Не дерзость.

Боль. Тихая и глубоко спрятанная, но несомненная.

И я знаю этот взгляд. Я носила его на себе.