Истинная для монстра - Айская Страница 30

Глава 17

— Прямо по курсу, за тем полуразрушенным кирпичным зданием, — Роман указал на руины, где когда-то возвышалось сооружение, — виднеется заброшенный торговый развлекательный комплекс. Там мы сможем укрыться на ночь. Кажется, здесь тихо, «Икситов» не видно.

— Кутубы, они же для вас «Икситы», обычно охотятся там, где есть движение, — произнёс Шивари, оглядываясь по сторонам. — А здесь совсем никого, кроме нас. Поэтому согласен с Романом: до утра нам ничего не угрожает.

— Ладно, тогда идём, — Маркус поднял свой рюкзак с земли. — Нам всем нужно отдохнуть. А завтра обсудим план действий с этим Ксилором.

Добравшись до полуразрушенного торгового центра, они нашли убежище в некогда роскошном мебельном салоне, где уцелели лишь несколько ободранных кресел и диванов среди хаоса разрушений. Элайза, оглядывая мрачное помещение, подошла к окну, пытаясь разглядеть, нет ли среди руин выживших или враждебных существ, появившихся после апокалипсиса.

— Тебе, как и всем нам, нужно отдохнуть, — сказал Шивари, становясь рядом с ней. Его голос был спокойным, но в нём, чувствовалось усталость смешанная с напряжением. — Здесь безопасно. Я останусь на страже.

Элайза обхватила себя руками, её плечи дрожали то ли от холода то ли от страха. Она вяло улыбнулась, но в её глазах читалась тревога.

— Ты же не серьёзно собираешься вернуться на корабль? — спросила она, дрожащим тоном, боясь услышать ответ, который колотил её сердце.

— Давай обсудим это завтра, — ответил Шивари, его взгляд был твёрдым, но в глазах мелькнула тень сомнения. Он развернулся и вышел из помещения, бросив через плечо: — Можете все отдохнуть. Я пойду проверю окрестности.

Когда он скрылся за дверями, Элайза опустилась на один из диванов, чувствуя, как её тело начинает дрожать от усталости. Она закрыла глаза, пытаясь отогнать мысли о том, что может случиться, если Шивари действительно пойдёт на корабль и не вернётся.

— Элайза, — голос Джульетты заставил девушку вздрогнуть и открыть глаза. Она резко подскочила с дивана, словно от удара током. — Спокойно, всё нормально, — добавила подруга, наблюдая за её ошарашенным взглядом, блуждающим по полуразрушенному помещению.

— А где все? — спросила Элайза почти шёпотом.

— Уже рассвело. Все живы, здоровы, на нас никто не нападал. Здесь действительно оказалось безопаснее, чем мы думали, тихо как в морге, — ответила Джульетта, добавив немного сарказма.

Элайза вздохнула с видимым облегчением, но её глаза всё ещё оставались настороженными.

— Я уже подумала, что что-то случилось. Почему так тихо?

— Ребята пошли осматривать здание. Мы договорились встретиться через полчаса у главного входа. Шивари сказал, что тут ещё могут быть какие-то припасы и лекарства. — Джульетта накинула старую куртку, которая когда-то была яркой, но теперь превратилась в лохмотья. — Пошли, может, тут есть хотя бы магазин с женской одеждой и обувью. — Она усмехнулась, но её улыбка была натянутой. — «Новые» кроссовки нам бы не помешали. — Джульетта шагнула к выходу, её шаги эхом разнеслись по пустому коридору.

Элайза, улыбнувшись в ответ на шутку подруги, встала с дивана и взяла рюкзак. Её сердце всё ещё билось учащённо, но она старалась не показывать страха. Она последовала за Джульеттой, её взгляд скользил по полуразрушенным стенам и разбитым окнам, через которые пробивались первые лучи утреннего солнца.

— Я хотела извиниться, — нарушила тишину Элайза. — Прости, что ответила тебе так резко в туннеле. Просто… В последнее время столько всего произошло, и я сама себя не узнаю. Мир вокруг рушится, а я сейчас пытаюсь понять, что происходит вокруг меня.

Джульетта подняла взгляд, её глаза блестели в тусклом свете аварийного освещения. Она остановилась, словно услышала что-то, чего не было.

— Да забей, я не злюсь на тебя. Ты имеешь полное право не рассказывать, что творится у тебя в душе. Но ты ведь знаешь, что если захочешь выговориться, выплакаться, то я готова выслушать. Даже если это будет последнее, что я услышу перед концом света.

Элайза рассмеялась, её смех прозвучал как странный, почти безумный звук в этом мире, где каждый день мог стать последним.

— Ты мне сейчас кого-то напоминаешь, — сказала она, глядя на подругу с теплотой, которая казалась неуместной в этом хаосе.

— Маркуса до апокалипсиса? — переспросила Джульетта, с насмешкой в голосе. — Ну, с кем поведёшься, — добавила она, а потом серьёзно посмотрела на Элайзу. — Кроме шуток. Если захочешь поговорить, можешь мне на уши присесть, иногда полезно выговориться. Даже если это будет просто попытка найти хоть какой-то смысл в этом безумии.

— Ты была права насчёт меня и Шивари, — с горькой ноткой в голосе сказала Элайза. — С тех пор, как он спас меня… — Она замолчала и отвернулась, не закончив фразу. — Между нами действительно что-то происходит. Я не могу объяснить это, но меня к нему непреодолимо тянет.

Джульетта усмехнулась, взглянув на подругу.

— Он и правда милый, — заметила она. — И я сейчас говорю не о той человеческой иллюзии, которую он создал, когда впервые появился в лагере. Несмотря на его внешность, он проявляет к тебе такую заботу, что позавидовать можно.

Элайза продолжила, нахмурившись:

— Мы с ним видим один и тот же сон. Только с каждым разом он становится всё страшнее.

Услышав о сне, Джульетта приподняла бровь и повернулась к Элайзе.

— Сон? Расскажи, что там такого ужасного. Надеюсь, он не из тех, интимных сов, о которых ты не хочешь говорить.

Джульетта вдруг осознала, что сморозила глупость. Этот момент был как вспышка света в кромешной тьме, которую уже не затмить.

— Извини, дурацкая вышла шутка и совсем неуместная, — пробормотала она. — Так что за сон?

Элайза, отвернулась к разбитому окну. Она молчала, словно боялась, что если произнесёт хоть слово об этом, мир рухнет окончательно.

— Я как будто выхожу замуж за Шивари, — наконец выдавила она. — Вокруг были люди, и они… — Она снова замолчала, её губы задрожали.

— Они — это кто? Такие, как Шивари? — Джульетта попыталась придать своему голосу некую уверенность.

Элайза кивнула, подтверждая слова подруги.

— Да, все танцуют, веселятся, словно мы все живём в мире и согласии. А потом… Шивари умирает, я вся в его