Артефакторская контора "Странные вещи" - Елена Ахмедова Страница 3

Серая выслушала историю молча. С одной стороны, хотелось отругать сотрудника за использование служебного положения. С другой — он работал над этим вне рабочего времени, пусть и на территории конторы. А цель была благородной.

Отпустив Лидию, Серая осталась наедине со своими мыслями.

«Вот что делает любовь с человеком, — подумала она. — Выкупил мелкие карты. Они хоть и стоят меньше, но в сумме выходит прилично».

В местной денежной системе существуют только монеты — медные, железные, серебряные, золотые; система исчисления — десятичная. Хлеб стоил десять медяков, а зарплата сотрудников конторы — в среднем сто–сто тридцать серебряных. По местным меркам это было очень неплохо.

Размышления вызвали головную боль. Серая терпеть не могла терять контроль на своей территории. С одной стороны, по совести стоило отпустить Халима, с другой — по правилам он заслуживал строгого выговора.

В конце рабочего дня она попросила Халима подняться к ней для разговора.

Тук-тук-тук.

— Госпожа Серая, — Халим вошёл в кабинет с ровной спиной, будто шёл не на разговор, а на экзамен.

— Идёшь как на эшафот, Халим, — в голосе Сераи прорезалось недовольство. — Присядь немного, я сейчас закончу.

Досмотрев наброски чертежей, она спокойно свернула их и убрала в шкаф с дополнительной защитой.

— Как прошла выдача заказа для господ Залимских?

— Они были удовлетворены не только работой, но и вовлечённостью конторы в их заказ. Ушли полностью довольными, — ответил Халим.

После её вопроса он заметно расслабился. Серая отметила эту уверенность и тут же почувствовала внутри странный ком из противоречивых эмоций: раздражения, уважения и даже лёгкой зависти к тому, как легко он находил общий язык с людьми.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Но впредь я хочу, чтобы всё, что происходит на моей территории, было мне известно. Особенно про эксперименты. Можешь идти.

Халим внимательно посмотрел на госпожу Сераю, будто хотел прочитать её мысли, и вышел.

«Вроде я всё правильно сделала, — подумала Серая, собирая вещи. — Но осадок остался».

И, закрыв за собой дверь кабинета, она отправилась домой, чувствуя, что этот день не закончился, а просто перешёл в другую фазу — тихую, но не менее важную.

Бонус 1. Халим и госпожа Элиза

Осенний ветер гулял по набережной, срывая с деревьев последние листья и швыряя их в тёмную воду канала. Халим шёл медленно, не потому что куда-то опаздывал — он вообще редко куда-то спешил, — а потому что любил эти минуты, когда город перестаёт кричать и начинает шептать. Он остановился у чугунных перил, посмотрел вверх: часть неба ещё было светлы, а вторая уже достаточно глубоким, чтобы на нём проступали первые звёзды. Халим прищурился, пытаясь угадать, появится ли сегодня та самая яркая точка над старой башней — он давно за ней наблюдал, будто она была личным знаком, что день прошёл не зря.

— Простите, — раздался рядом тихий голос, чуть дрожащий от ветра. — Вы не подскажете, где тут ближайшая аптека?

Халим обернулся. Перед ним стояла девушка в тёмно‑зелёном плаще, воротник которого она нервно подтягивала к горлу. В одной руке она держала зонтик, хотя дождя не было, а в другой — маленькую корзинку, из которой выглядывал край льняной салфетки. Её волосы, тёмные, почти чёрные, растрепались от ветра, а глаза были большими, внимательными и немного испуганными, будто она сама не ожидала, что решится заговорить с незнакомцем.

Халим чуть склонил голову, стараясь не выглядеть слишком внимательным — он знал, как пугает чужой пристальный взгляд, если ты и так на грани.

— Аптека? — произнёс он спокойно, без суеты. — В двух кварталах отсюда, если идти вдоль канала. Но она уже закрыта. Время позднее.

Девушка тяжело закусила губу, и Халим тут же пожалел, что сказал это так прямо, без смягчения.

— А… понятно, — прошептала она. — Тогда, наверное, я просто…

Она не договорила, просто опустила глаза и сделала шаг в сторону, будто хотела раствориться в вечерних тенях. И в этом движении было столько тихой усталости, что Халим вдруг почувствовал, как внутри что-то щёлкнуло — не влюблённость, не порыв, а простое человеческое «нельзя, чтобы она ушла вот так».

— Подождите, — сказал он чуть мягче, чем обычно говорил с незнакомцами. — Если это срочно, я знаю травницу на углу Яблочной и Третьей линии. Она часто сидит допоздна, если кто-то приходит. Могу проводить, если хотите.

Девушка подняла на него взгляд, и в нём мелькнуло что-то похожее на облегчение — и одновременно на удивление, будто она не ожидала, что кто-то просто предложит помощь, без лишних вопросов и без желания что-то взамен.

— Правда? Это было бы очень кстати. Мама… ей стало хуже, и я хотела купить настойку, но… Спасибо за помощь господин...

- Халим, - ситуация подняла ему настроение. - А как я могу к вам обращаться?

Девушка зарделась, точно только сейчас поняла что не представилась.

- госпожа Залимская Элиза , - и прозвучало это то смешного торжественно на пустой улице, что Халим захотел посмеяться, но сдержался что бы не обидеть девушку. Девушка что-то почувствовала и захотела высказаться, но передумала так как поняла что в данных обстоятельствах можно было и проще представиться.

— Тогда идёмте, — он чуть отступил, давая ей пройти вперёд, но так, чтобы идти рядом, а не вести, словно она была хрупкой вещью, которую можно сломать неловким движением. — Только не торопитесь. Тут камни скользкие после дождя.

Они пошли вдоль канала, не быстро, но и не медленно. Ветер трепал волосы Элизы, и она время от времени поправляла их, пряча за ухо, будто пыталась собрать себя по частям. Халим шагал рядом, не глядя на неё, а скорее в сторону, чтобы не смущать. Он заметил, как над башней наконец показалась та самая звезда, и чуть улыбнулся про себя: день всё-таки не пропал зря.

— Вы… вы любите смотреть на небо? — неожиданно спросила Элиза, когда они свернули на тихую улочку, где фонари горели редко, но ярко.

Халим пожал плечами, стараясь не звучать напыщенно.

— Просто нравится