Жнец Теней - Линетт Нони Страница 3

Мужчина перед Вири не был ни новичком, ни наркоманом — он явно умел пользоваться своей украденной магией, а также прошел физическую подготовку. Это делало его опасным.

Но не таким опасным, как Вири.

Она заметила его кинжал в тот самый момент, когда вошла в подвал, она знала, что он вытянет его против нее — и она была готова. Усмешка на его губах и торжество в глазах, когда он вонзил клинок вперед, говорили ей, что он такой же, как и любой другой жнец, достаточно высокомерный, чтобы недооценить ее. Все они полагали, что филиум — единственное оружие, которое она носит, или, по крайней мере, единственное, способное их обездвижить. Действительно, мужчина, бросившийся на нее, был настолько сосредоточен на угрозе ее металлического шнура, что пропустил момент, когда она вытащила из плаща флакон и большим пальцем открыла его.

И он не заметил, как она сдула серебряный порошок прямо ему в лицо.

Глаза жнеца расширились, когда импедидаст подействовал, заморозив его на месте; смертельный удар кинжалом застыл в воздухе между их телами.

Быстрый взгляд вниз показал Вири, как опасно близко лезвие было к тому, чтобы вспороть ей живот, но она не стала тратить время на страх перед тем, что могло бы случиться, если бы этот экспериментальный — и крайне незаконный — порошок не сработал, как не стала она и наслаждаться беспомощным состоянием жнеца.

Поскольку в его венах бурлило столько эликсена, импедидаст не смог бы удерживать его долго, поэтому она поспешно выбила кинжал из его руки и одним концом своего филиума связала ему запястья, тем самым подавляя его силу. Пока золотой шнур касался его, его расширенные способности были заблокированы, магия была не просто недоступна — она активно высачивала из него энергию, сопротивляясь воздействию филиума, что делало его слабым, уязвимым — и полностью во власти Вири.

Она едва успела отступить, как действие импедидаста закончилось, и жнец качнулся вперед — не для того, чтобы продолжить атаку, а чтобы не рухнуть.

— Что ты со мной сделала? — прохрипел он, шатаясь, словно пьяный, и изо всех сил пытаясь удержаться на ногах.

Вири не была уверена, спрашивает ли он о филиуме или об импедидасте, но, так или иначе, просто заявила:

— От имени Гильдии охотников вы арестованы за незаконное вытягивание эликсена и сопутствующие преступления против человечности.

— Я невиновен, — выплюнул он — или попытался это сделать. Слова были невнятными, силы стремительно покидали его.

Приподняв бровь в недоумении, Вири бросила взгляд на тело мальчика, лежавшее всего в нескольких футах. Но тут же вспомнила о двух других детях, которые наблюдали за ней с широко раскрытыми глазами: страх все еще читался на их лицах, но в нем пробивалась робкая надежда.

— Не двигаться, — бросила Вири жнецу и направилась к детям.

— Я не принимаю приказов от тебя, — огрызнулся он и бросился следом, но тут же споткнулся об одну из бочек, опрокинутых во время их стычки, и рухнул в кучу мусора на пыльный, усеянный осколками стекла пол, издав стон.

Обычно Вири испытала бы огромное удовлетворение, видя его таким немощным — особенно учитывая, что всего мгновение назад он пытался распороть ей живот, — но при той скорости, с которой филиум вытягивал из него силы, он мог потерять сознание с минуты на минуту. Сколько бы раз она ни видела свое оружие в действии, она никогда не привыкнет к тому, насколько оно изнуряет. И хотя обычно это было преимуществом, меньше всего ей хотелось тащить тяжелое тело жнеца всю дорогу до Андерлока, так что им нужно было выступать, и немедленно.

Но сначала…

— Кто-нибудь из вас ранен? — спросила Вири, подходя к детям; она поморщилась, когда битое стекло с неприятным хрустом разлетелось под сапогами. Она крепко держала филиум, другой конец которого все еще сковывал жнеца — тот громко проклинал ее, пытаясь подняться на дрожащие ноги, но уже не представляя угрозы ни для кого из них.

Дети покачали головами и нетвердо поднялись, держась друг за друга дрожащими руками.

Видя свидетельства их ужаса, зная, что могло их ждать — и что случилось с их убитым товарищем, — Вири пришлось глубоко вдохнуть, чтобы подавить ярость.

Правосудие, — напомнила она себе. Жнец предстанет перед судом за свои преступления. Поймав его, она добилась этого — и будет продолжать добиваться для каждого жнеца, на которого охотится на острове Элвердайн.

— У вас кровь, — прошептала маленькая девочка, указывая на щеку Вири.

Вири совсем забыла о ране, хотя теперь она заныла, стоило вспомнить, как костяшки мужчины задели ее лицо.

— Со мной все в порядке. Это всего лишь царапина. — Она бросила взгляд на жнеца, который наконец смог встать на ноги, а затем снова повернулась к детям. — Не бойтесь — он больше никогда не сможет причинить кому-либо вреда.

Их глаза тут же метнулись к мертвому мальчику, отчего Вири мысленно выругалась на свою неосторожность. Мягко она спросила:

— Вы были знакомы?

Они снова покачали головами, и она с облегчением выдохнула. Потеря жизни — это трагедия, но, по крайней мере, им двоим не придется жить с травмой от увиденной смерти друга.

— Пойдемте — нужно убираться отсюда, — сказала она, желая как можно скорее вывести их из этого давящего подвала.

Подгоняя их вверх по лестнице и дергая за филиум, чтобы заставить спотыкающегося жнеца не отставать, Вири повела их обратно в шумную таверну, проталкиваясь сквозь толпу к барной стойке. Мужчина, что был здесь ранее, все еще разливал напитки, но замер, увидев Вири и ее спутников, его рот приоткрылся при виде детей. Она понимала его удивление — выжившие после нападения жнеца были редкостью. Слишком большой редкостью.

Повысив голос, чтобы перекрыть шум, она спросила:

— Как далеко ближайший путевой портал?

Он стряхнул с себя оцепенение:

— Есть один квартале отсюда, прямо перед озером.

Вири поморщилась, не испытывая особого желания приближаться к границе защитного действия обелисков, но иного выбора, кроме как долго тащиться обратно через верхний город, волоча стремительно слабеющего жнеца, у нее не было. Придется рискнуть.

Положив на стойку золотую монету, она сказала мужчине:

— За беспорядок внизу. — Затем спросила: — У вас есть кухня? — Получив кивок, она добавила еще три монеты, указывая на детей. — Этим двоим не помешало бы поесть чего-нибудь теплого. Позаботьтесь о них, пока не прибудет Nox — они возьмут показания и отправят их домой.

Если бармену и не понравилось предложение Вири вызвать в