Там, где цветёт багульник - Элен Скор Страница 3

Села, спустив ноги на пол, и тут же поджала пальчики, пол оказался очень холодным, а на мне не было даже чулок. Да и в самой палате было довольно прохладно, снова захотелось забраться под тёплое одеяло. Но мне срочно нужно было в дамскую комнату, да и есть очень хотелось. Понятно, что ужин я благополучно проспала, но может на кухне найдётся хотя бы кусочек хлеба.

На мне была надета только нижняя рубашка, платье висело на спинке кровати, ботинки стояли рядом. Одевшись, кое-как прибрав растрепавшиеся волосы, переплетя косу, я направилась на поиски персонала.

Мне повезло, медицинская сестра сидела за столом в конце коридора. Она проводила меня до комнаты, где я могла справить свои надобности. А потом, немного поворчав, отвела в столовую. Тут уже никого не было, но медсестра сумела раздобыть для меня несколько сухариков и стакан киселя, за что я была ей очень благодарна.

Сев рядом за стол, подперев голову ладонью, она смотрела, как я ем. Постепенно мы разговорились. От неё я узнала, что доктор, Сергей Иванович, велел определить меня в пустую палату, отдельно от остальных.

- Оно и верно, нечего тебе в общей палате делать, ещё вшей от слободских нахватаешься. Кудри-то у тебя вон какие, одно загляденье!

Волосы у Анны действительно были шикарные, длинные, ниже талии, густые, тёмно рыжие, слегка вьющиеся. Да и фигурой хороша: худенькая, с небольшой крепкой грудью. Ноги стройные, с узкими маленькими ступнями. Руки с длинными с тонкими пальцами, на ладонях мозоли, но кожа девичья, нежная, и как это очень часто бывает у рыжих - очень светлая.

Я пока не видела своего лица, зеркал в палате не было, но надеюсь, что и там без сюрпризов. Впрочем, хоть косая, хоть рябая, но я молода и полна жизни. Как же хорошо, когда не болит спина, и не ноют колени!

Спать не хотелось, поэтому я с удовольствием выслушала последние новости и заодно больничные сплетни. Немного рассказала о себе. Разошлись, когда стало совсем темно, а свеча почти догорела.

Я вернулась в свою палату, долго лежала, думала, прокручивая в голове последние события. Было понятно, что в своём мире я умерла, но почему моя душа попала в тело Анны? Может всему виной схожие обстоятельства нашей гибели и это как-то повлияло на работу небесной канцелярии? Другого объяснения у меня нет. Как и того, что моя память осталась при мне.

Как бы там ни было – ничего уже не изменишь, а значит нужно приспосабливаться к новой жизни.

За этими размышлениями я не заметила, как задремала. В этот раз без всяких сновидений.

Разбудил меня какой-то шум. Было уже совсем светло, дверь в палату открыта. Доктор, Сергей Иванович стоял на пороге и разговаривал с незнакомой мне медицинской сестрой. Видимо, ночная смена уже успела смениться.

Поговорив с медсестрой, доктор подошёл к моей кровати.

- Анна Афанасьевна! Голубушка, как вы себя чувствуете?

- Спасибо, доктор, много лучше.

- Вот и замечательно! Позвольте, я ещё раз осмотрю вашу голову.

Пальцы у доктора были цепкими и холодными. Он ощупал мой затылок и, кажется, остался доволен.

- Что ж, я вас выписываю, можете собираться. Ваши вещи получите у кастелянши. Кажется, у вас на сегодня назначена важная встреча? Советую вам нанять извозчика. В ближайшие дни вам не следует перетруждаться.

Я ещё раз поблагодарила его, а он всё не спешил уходить, даже как-то замялся, потом всё же сказал.

- Возможно, вам потребуются средства, я бы мог помочь.

- Благодарю вас, на извозчика у меня точно хватит, - я улыбнулась.

Доктор кивнул и наконец-то вышел.

Деньги у меня действительно были. Несколько монет, спрятанных в полотняном поясе, повязанном прямо под нательной рубашкой. Я обнаружила его ещё вечером, когда ложилась спать.

Не очень разбираюсь в местных ценах, но надеюсь, на извозчика хватит.

Одевшись, я разыскала кастеляншу, которая выдала мне старый потрескавшийся от времени саквояж и тяжёлый шерстяной плащ.

В саквояже у меня была смена белья, а ещё костяной гребень и маленькое зеркальце на ручке – единственное, что у Анны осталось от матери, она очень берегла эту вещь. Зато, теперь я смогла причесаться и заодно рассмотреть себя. Можно сказать, я осталась довольна.

Не сказать, что красавица, но довольно симпатичная. Сразу выделялись голубые глаза, из-за худобы они казались огромными. Небольшой вздёрнутый носик, пухлые губы и никаких веснушек.

Спрятав волосы под платок, надела плащ, и ещё раз сверившись с адресом на письме, пошла искать извозчика.

Выйдя на улицу, пару минут постояла на крыльце, давая себе свыкнуться с окружающей действительностью. Больница находилась на небольшой улочке, движение тут было не слишком оживлённое, поэтому я решила идти к перекрёстку.

Понаблюдав за тем, как ведут себя другие горожане, поняла, что извозчика легко узнать по синей суконной поддёвке и специальному нагрудному знаку с номером. Нанять экипаж можно в специально отведённых для этого местах, обычно возле общественных зданий и магазинов. Или перехватить тот, что только что выгрузил своих пассажиров и был свободен.

Я потратила на это немало времени, но всё же мне удалось найти такую стоянку. Поспрашивав скучавших на облучках мужиков, узнала, что час езды на крытой повозке стоит пятьдесят копеек, а на открытой – сорок. Учитывая, что в моём поясе было спрятано всего восемьдесят копеек, я уже было подумывала пойти пешком.

Но время поджимало, да к тому же, насколько память не изменяет, нужная мне улица находиться совсем в другой части города. Так что особого выбора у меня просто не было.

Окинув взглядом мой простенький наряд, извозчик попросил сначала показать деньги, и только после этого я смогла забрать в двухместную коляску, которая к моему удивлению оказалась довольно удобной.

Пока ехали, я всё глазела по сторонам, узнавая и не узнавая знакомые места. За полтора столетия город сильно изменился. Но это был всё тот же любимый мною Санкт-Петербург.

По нужному адресу мы прибыли даже раньше срока и у меня было время осмотреться. Я быстро сориентировалась и нашла нужную мне контору. Постучав, вошла и показала сидевшему в приёмной секретарю бумаги об оглашении завещания.

- Мне назначено!

Тот равнодушно скользнул по строчкам письма, сухо буркнув:

- Ждите!

Ладно, мы люди не гордые, подождём.

Вскоре помимо меня в конторе появилась стройная дама в накинутом на тёмное платье плаще и шляпке с вуалью. Показала секретарю бумаги и что-то тихо спросила. Тот в ответ буркнул своё коронное:

- Ждите!

Поднявшись из-за стола,