Девочка для альфы - Алисия Небесная Страница 3

— Да, слушаю, — он ходит по комнате, нервно ерошит волосы. — Вы что, без меня вопрос решить не можете⁈ — злость, раздражение. — Сейчас буду.

Он скрывается в одной из комнат, а я… я пытаюсь отдышаться, успокоиться.

Аяз возвращается — в белой рубашке, в черных брюках.

— Ты сидишь тут, — рычит он, — и ждешь меня. И не дай бог ты попробуешь сбежать, киска.

Дверь хлопает. Тишина давит на уши, словно вакуум.

Встаю, подхожу к окну. Сердце бешено колотится, в висках стучит.

Огни Москвы. Красная площадь — такая далёкая, такая недосягаемая.

А я… тут. В ловушке. Нет. Нужно бежать.

Крадусь к двери, словно мышка. Коридор — пустой, тихий, словно вымерший. Шанс.

Бегом, на цыпочках. Лифт.

Улица. Свобода! Холодный воздух бьёт в лицо, но я не чувствую холода. Адреналин в крови.

Кафе. Такси. Дом. Девять вечера.

Усталость наваливается свинцовой тяжестью. Кровать — мягкая, уютная, манит, обещая покой, забвение.

Страх… он всё ещё здесь, когтистой лапой сжимает сердце. Аяз… он найдет меня.

Засыпаю. В блузке, в юбке, не раздеваясь.

Утро. Головная боль — раскалывается, словно кто-то бьет по ней молотком. Тело ломит, словно по мне грузовик проехал. Кое-как встаю, душ, кофе, бутерброд — механические движения, мысли — путаются, страх — не отпускает.

Офис. Страшно. А вдруг… он здесь?

Вдох. Выдох. Пытаюсь успокоиться, взять себя в руки. Лифт. Кабинет. Всё спокойно. Слишком спокойно. Почта. Работа. Пытаюсь сосредоточиться, забыться, но… не получается.

Час. Два. Три. Время тянется, словно резина.

Звонок. Босс.

— Кира, ко мне, — его голос — лед, пробирающий до костей.

В кабинет захожу, как на эшафот.

— Ну что, как всё прошло? — спрашивает он, и в его глазах — нетерпение, любопытство.

— Эээ… — теряюсь, не понимаю, о чём он.

— С документами, Кира! С документами! — Босс злится, в его голосе — металл. — Аяз Нуримов их подписал?

— Я… я не знаю, — бормочу, чувствуя, как страх ледяными иглами впивается в кожу. — Я… я их просто отдала…

— Кира! — Босс повышает голос, и я вздрагиваю. — А как я, по-твоему, должен понимать, что решил заказчик⁈

— Простите… я… я всё исправлю… — делаю шаг назад, к двери, как можно дальше от его гнева.

Мне настолько страшно, что я не замечаю… его.

Аяза.

Он стоит в дверях, высокий, статный, в дорогом костюме, и смотрит на меня. Его взгляд — тяжёлый, пронизывающий, словно рентген.

— Простите, — его голос — мягкий, бархатный, но… от него мурашки бегут по коже, — я случайно стал свидетелем вашего разговора.

— Аяз Ильханович! — Босс мгновенно меняется в лице, расплывается в угодливой улыбке, поправляет галстук, спешит к нему, протягивает руку.

Мне хочется раствориться, исчезнуть, провалиться сквозь землю.

— Ваша сотрудница… так спешила… — Аяз смотрит на меня, и его взгляд — заставляет меня дрожать, — что не успела забрать документы обратно.

— Да… — босс нервничает, запинается. — У нас… у нас обычно более… компетентные сотрудницы… Я приношу извинения за неудобства…

— Ничего страшного, — Аяз усмехается, и его улыбка — хищная, опасная, — Кира была… весьма компетентна.

Он подходит ближе, протягивает боссу папку.

— Вот, всё подписано, — говорит он, и его взгляд — не отрывается от меня. — Надеюсь, впредь таких… недоразумений… не возникнет.

— Конечно, конечно, — босс суетится, берет папку, словно это — святыня. — Кира, ты… ты слышала?

— Да, — шепчу, едва слышно.

— Аяз Ильханович, — босс снова расплывается в улыбке, — может, кофе? Или чаю?

— Нет, спасибо, — Аяз качает головой. — Мне пора.

Он поворачивается, чтобы уйти, но… словно что-то решив, разворачивается к боссу.

— Знаете… — его голос — мягкий, обволакивающий, — работа Киры… настолько впечатлила меня… что я не прочь взять её в свой штат. Вы можете подготовить договор?

— Конечно, конечно! — босс расплывается в улыбке, словно масляный блин. — Сейчас же передам задачу в юридический отдел.

Меня, разумеется, никто не спрашивает.

— Но… но как же моя работа? — шепчу, чувствуя, как страх снова сжимает сердце ледяными тисками.

Два взгляда — на мне.

Аяз — с хищным блеском в глазах, босс — с испепеляющей злостью.

— Свои дела можешь сделать потом, — рычит босс. — Пока не закончится договор с фирмой Аяза Ильхановича. А теперь… выйди.

Приказ. Не просьба.

Выхожу из кабинета, ноги — ватные, в голове — туман.

Они там… обсуждают детали сделки… а я… я — товар, который продают с молотка. Попала. Теперь… не сбежать.

Глава 3

Мозг — кипящий котел. Мысли скачут, рисуют картины того, что творится в кабинете босса. Неизвестность — хуже пытки.

В вихре событий — забыла про лекарство. Будильник — резкий звук, напоминание.

Вытащила блистер, схватила воду, проглотила таблетку.

Спокойствие. Туман в голове рассеивается. Мысли — яснее.

Могу работать.

Дверь кабинета. Аяз. Хищник на охоте.

— Пойдем, киска, — взгляд — удар током. Мурашки по коже. — Новое место работы.

На публике — учтивый бизнесмен. А наедине?

Выбора нет. Контракт. Я — его собственность.

Собрала вещи, выключила компьютер. Плетусь за ним. Холодный пот — по спине.

Лифт. Нервно кусаю губы. Дрожь.

Двери открылись. Схватил за локоть, втащил внутрь.

Прижал к стене.

— Плохая киска, — шепот на ухо. Горячее дыхание.

Замерла. Страх.

Приблизился, нос — по шее. Мурашки.

Отстранился. Взгляд — в упор.

— Что пила? Что за дрянь?

— Простите, — голос дрожит.

— Пахнешь по-другому, — ярость в голосе. — Что сделала?

Вздрогнула. Что он имеет в виду?

— Не понимаю, — шепот, сжимаю сумку.

— Не играй со мной, — рык. Глаза — янтарное пламя. — Что приняла?

— Лекарство, — выдавила из себя. Страх — ледяные тиски. — Мне нужно…

— Лекарство? — прищурился. Взгляд — ожог. — Какое?

— Обычное… от приступов, — увернулась от ответа. Но его взгляд…

— Не смей врать! — рявкнул, схватил запястье. Кости хрустят. — Думаешь, я не чувствую? Запах… изменился. Прячешь свой настоящий аромат.

Настоящий аромат? Что это?

— Не знаю, о чем ты, — пролепетала. Сердце — бешено колотится.

— Узнаешь, — прошипел. Голос — хриплый. — Скоро.

Двери лифта. Распахнулись. Тащит меня за собой.

Ярость. Дикая, первобытная. Сила. Необузданная, звериная. И… волнение? Что происходит? Кем он меня считает?

Вышвырнул из офисного здания, грубо затолкал в машину. Сам рядом. Взгляд — раскаленный уголь.

— Пташка, какого черта сбежала? — голос охранника, который вчера притащил меня к Аязу, дрожал.

— За дорогой смотри, — огрызнулся Аяз. — И так вчера накосячил.

— Да, шеф, — охранник сжался, притих.

— Куда мы? — мой голос — еле слышный шепот. За тонированным стеклом мелькают огни города. Клетка.

— В офис, — спокойно, не отрываясь от телефона. — Ты теперь моя сотрудница. Забыла?

— Зачем я вам? — поворачиваюсь к нему. В глазах — вопрос. Что ему нужно?

— Нравишься, — взгляд —