Сказка для Истинной (СИ) - Шана Лаут Страница 3

Хватаясь за стенку кабинки одной рукой, второй — схватилась за голову, мысленно моля боль быстрее пройти.

Вот только следующее, что я почувствовала, это необъяснимый страх. Он ядовитыми шипами сдавил сердце, заставляя открыть глаза и непонимающе оглядеться. Ничего не изменилось. Но открыла я их точно зря, потому что уже в следующий момент ноги оторвались от пола, заставляя на мгновение ощутить противно липкое ощущение невесомости.

И кабинка резко рванула вниз. Стоит ли говорить, что у меня спёрло дыхание от накрывшего меня ужаса. Кричать не могла, а кабинка неслась так быстро, что я не могла вернуться на пол и сделать всё, чтобы выжить по инструкции безопасности, в миг вспыхнувшей у меня в голове. Правда, скепсис успел заметить, что это вряд ли поможет, учитывая, как высоко лифт успел подняться.

Не было мелькающих перед глазами картин жизни. Не было попыток как-то исправить безвыходное положение. Всего лишь несколько секунд, чтобы закрыть глаза и успеть сдавленно вымолвить: «Боже, помоги».

И когда должно было произойти то самое смертельное столкновение, я услышала треск разлетающейся на части кабинки. Но боли не последовало, зато меня продолжало нести куда-то вниз.

«Что? Я так сильно испугалась, что и смерти не почувствовала и теперь лечу прямо в Ад?» — подумала я, открывая глаза. Только вокруг была непроглядная темнота. И лишь тело давало всё тоже ощущение полёта куда-то в бездну.

Пока в какой-то момент мимо не начали пролетать с визгом какие-то светлячки.

«Твинь-твинь» слышалось со всех сторон, и их становилось всё больше и больше. Некоторые пролетали совсем рядом со мной. Один даже задел мою руку, рассекая кожу словно бритва — даже боль появилась не сразу. Пришлось прижать руки и ноги поближе к туловищу.

Жаль, что это всё равно бы не помогло. Непонятные опасные блики становились мало того, что всё ближе, так и количество их увеличивалось. И теперь я падала против очень активного движения. От их звона в и так больной голове звенело не хуже колокольни. Я уже не слышала даже своего испуганного дыхание.

О чём это я? И вскрик боли был поглощён наполнившим всё вокруг звуком «твинь-твинь-твинь», явно идущем неумолимо на учащение. Такими темпами эти штуки начнут попадать в меня и просто изрежут всю, не оставив живого места.

Мне даже пришлось уже сжаться в калачик, что теперь летела я спиной вниз, принимая удары ею же. Боль от каждой вонзающейся белой мерзости была невыносима.

Страх уже перевалил за все возможные границы. Сколько молитв не сорвалось с моих губ, ничего не помогало, ничто не приходило на помощь. Сквозь слёзы я кричала на Бога, моля либо спасти, либо добить. А ещё вопрошала — за что мне всё это? Что я такого сделала в своей жизни, что сейчас меня ждёт падение в Адскую бездну, уже начинающую рвать меня на куски?

Ни одного греха я не совершила. Ни воровства, ни убийства, ни прелюбодеяния, ни даже обжорства. Была, конечно, немного ленива по выходным, потому что сил после пяти дней вкалывания не оставалось. Но и гордыни за собой не видела, поднимаясь по карьерной лестнице, но не по головам других уж точно.

А всё, чего я хотела, стать лучше, получить зарплату на пару тысяч больше, чтобы позволить себе чуточку больше, чем обычно. Ещё одно красивое платье, запавшее в душу, ещё одну книжку с милыми сердцу магическими приключениями, ещё одно пирожное в соседнем кафе, раз уж большего просто не успевала за работой. И всё!

«Прекрати верить в сказки», — вспомнились вдруг мне слова матери. И ведь я слушалась, засовывая желание чудес в самые дальние уголки сердца, чтобы украдкой читать о них всегда и везде, где могла.

И вот чем обернулось.

«Может в этом моя вина?» — мелькнуло в голове, когда очередное лезвие вонзилось в тело.

Ответ же не успел до меня дойти. Земля оказалась куда ближе, с силой притягивая к себе и буквально впечатывая в каменный пол.

Крик застрял в горле, когда воздух вышибло из лёгких. Кажется, я даже слышала хруст костей, звоном отразившегося от стен пустой комнаты. От боли я не могла разглядеть, куда меня занесло. Лишь удивляясь, как мне больно. Слишком больно. Значит жива. Лучше бы умерла.

Хотя такими темпами мне точно осталось недолго.

Сквозь хрипы боли, я услышала приближающиеся шаги и даже удивилась. Кто вообще может тут быть и жить? Тем более носить каблуки.

Этот кто-то быстро приближался, почти подбежал ко мне. А потом остановился совсем близко и совсем не милостиво схватил за подбородок и повернул к себе. От мути боли я не могла разглядеть владельца столь холодной и сильной руки с тонкими пальцами. Зато отчётливо услышала непонятную речь слишком похожую на ругать.

Это была женщина, позвавшая, наверное, на помощь или хотя бы охрану. Кто знает, где я. Но к нам приблизилась ещё одна женщина, что-то отвечая. Расплывчатая тень второй дамочки взмахнула рукой и мне в лицо полетело что-то очень похожее на те белые штуки.

«Уж лучше так», — усмехнулась про себя, подумав, что меня милостиво решили добить.

«Твинь» — и сознание уплыло во тьму.

Глава 2

Двойник

Анита

Тело ныло невыносимо. Суставы выкручивало, а боль в голове была такая, что каждая даже простая мысль приносила ужасный дискомфорт. Кажется, моё заболевание куда серьёзнее, чем я думала изначально. Неудивительно, что приснился такой ужасный кошмар, что даже проснуться было невозможно.

«Лучше скорее вызвать себе скорую», — вытянув руку из-под одеяла, я потянулась к тумбочке, где оставила вчера телефон. И вчера ли? Кто знает, сколько я провалялась в бреду от жара. Вот только пальцы наткнулись на что-то мягкое и упругое, вроде подушки, напрочь сбивая с мыслей. Ведь я обычно не раскладываю диван. — «И он точно не такой мягкий».

Я даже нашла в себе силы подняться, чтобы осмотреться, так быстро, как только могла. Но боль прострелила голову, заставляя тут же завалиться на бок. Глаза и вовсе резануло от яркого света, пришлось их закрыть обратно. Аж слёзы навернулись.

Когда же резь немного прошла, я сделала повторную более осторожную попытку осмотреться, но уже не поднимаясь. И увиденное поразило.

Если такие палаты в больницах и делают, то для очень-очень богатых людей. Стены были обложены тёмным деревом, широкие трёхметровые окна шли от потолка к тёмному как стены полу. Ещё и входная дверь сюда была словно из цельного куска дерева.