Частный сыск. Осторожно! Работает ведьма - Кристина Р Страница 3

Иногда простые обломки горной породы, оброненные в детстве на прогулке, которые и в руках то у неё пробыли всего несколько минут, сияли ярче, чем самые дорогие из работ отца. Нити к таким камням были почти материальными, казалось, стоит потянуть, и он сам прилетит в руку. Возможно, так бы и было, но она никогда не осмеливалась попробовать, боясь оборвать связь.

Аккуратно застегнув цепочку так, чтобы не зацепить рассыпанные по плечам каштановые пряди, девушка наконец тронулась с места. До офиса было каких-то полчаса езды. Она включила музыку, по радио играли хиты девяностых, и громко напевая, ехала навстречу своей мечте.

Тормозя у невзрачного заборчика, девушка присвистнула.

2. Горох, как средство для дыхания

Скрип паркетной доски под ногами, поднимающиеся от шагов облачка пыли. Накренившийся письменный стол и пара стульев, на которые даже смотреть было страшно, не то что присесть. Окна испещрены разводами так, словно кто–то специально постарался не дать солнечному свету ни единого шанса пробиться в помещение. Вместо того чтобы выразить своё отношение к увиденному, Ирма стрелой вылетела на улицу, стараясь не вглядываться в интерьеры комнаты с камином. Свежий воздух заполнил лёгкие, возвращая девушке способность думать и говорить.

Торопливо перекатываясь по ступенькам, за ней спускался хозяин помещения. Толстенький, низенький мужчина с маленькими глазками, заискивающе выглядывающими из–под почти прозрачных ресниц. Игнорируя возмущенный взгляд, он продолжил свои увещевания, нагло прерванные её побегом:

— Старинный дом. Да–да. Не поверите, но в этом доме каких–то сто лет назад останавливались графья, а один раз даже баронесса.

Он говорил таким тоном, словно это было его личной заслугой.

— Вообще–то граф по иерархии выше барона. Но это не единственное, что меня смущает.

Достав смартфон, Ирма принялась зачитывать объявление с выражением рекламного агента по недвижимости:

— «Старинная усадьба, окруженная ухоженным садом», — на этом месте девушка выразительно посмотрела на пару полуживых деревьев, утопающих в зарослях непонятных голых кустарников. Потрескавшиеся стволы явственно намекали, что летом они будут выглядеть не лучше, чем сейчас. — «Отделка сохранила все черты, присущие эпохе конца девятнадцатого века»

— Там лепнина… — начал было мужчина, но был безжалостно прерван.

— Если только на окнах, и та из грязи. Продолжим. «Каждый сантиметр пропитан духом старины. Уютный камин в комнате для гостей согреет ваших клиентов и расположит к доверительной беседе».

С громким щелчком заблокировав экран, елейным голосом, едва скрывающим охвативший ее гнев, Ирма уточнила:

— Господин Гро, вы уверены, что описывали именно это помещение? Может, у вас есть ещё какая–то недвижимость, и вы просто перепутали?

Театрально всплеснув руками и придав себе вид оскорбленной невинности, пожилой обманщик изволил возмутиться:

— Всё, что я вам сказал — чистая правда! Дом нуждается в уборке, я не спорю, но это единственная претензия, которая у Вас может быть!

Он непонимающе развёл руками. Ругая себя на чём свет стоит, ведьма постепенно осознавала, что попалась на удочку. И ведь сама аванс предложила и даже отправила без предварительного договора. А были ли вообще эти загадочные претенденты на просмотр? Энтузиазм и правда отлично тонизирует, но вот ясности уму не добавляет.

— Надо понимать, аванс Вы мне не вернёте?

— Это не аванс, а плата за просмотр. Живу далеко, добираться долго. Мне что просто так кататься сюда? Но если арендуете на год, я сделаю скидку на эту сумму.

— Да есть ли у вас совесть вообще? Почему на год?

— Кто же такие дома на месяц снимает? — пожал плечами Обманщик Гро.

Быстро прикинув, что отдала значительную часть своих накоплений, Ирма тяжело вздохнула. В принципе средства, чтобы снять кабинет где–нибудь в офисном здании на три — четыре месяца, у неё ещё были. Но как же ей, чёрт возьми, не хотелось ютиться в городских коробках! Она же мечтала об атмосфере, как в книгах или фильмах. Как же камин, запах кофе и маленький садик у входа, где клиенты могут потоптаться полчаса, созерцая шумящую на ветру зелень, решаясь войти и доверить ей своё спасение⁈

Нет. Коробка не пойдёт, да и просто так отдавать этому прохвосту свои деньги девушке очень не хотелось. Ирму обуревала злость: на себя, на Господина Гро, на вечные препятствия к её большой и красивой мечте! Злость тоже не тот советчик, которого есть смысл слушать, но другого сейчас не было.

— Чёрт с вами. Но дом вы мне сдадите полностью за ту же сумму. Второй этаж тоже мой!

Арендодатель было попытался возражать, но что–то во взгляде девушки его остановило.

— Ворожите Вы, что ли? Ладно. Забирайте и второй этаж.

В этот раз внимательно всё изучив, девушка размашисто подписала короткий документ, предварительно вычеркнув из описи всю указанную мебель и «камин старинный действующий — 1 шт». Проткнув тонкий лист стержнем, девушка случайно уколола коленку.

— Пепел на мою голову…

От щедрого предложения забрать весь вычеркнутый инвентарь Господин Гро почему–то отказался. Глядя, как счастливый мужчина отъезжает от дома, Ирма призвала всю свою сдержанность, чтобы не послать за ним вслед несколько проклятий. Конечно, родители никогда не учили её подобным вещам, но предупреждали, что слова ведьмы, сказанные в искреннем праведном гневе, могут работать лучше любых древних заклятий.

Открыв дверь, Ирма не без брезгливости заглянула в помещение, ставшее её клеткой на ближайшее время. Комната с камином, которую она планировала использовать вместо приёмной, выглядела ещё хуже, чем кабинет. А назвать креслами разодранные коряги с торчащими пружинами мог только слепой, да и тот в горячечном бреду. Каминная кладка, держащаяся на одном честном слове, покрыла всё вокруг слоем каменной крошки. Пройдя в кабинет, девушка размашисто пнула стул.

— Юрист, блин!

Медленно бредя вдоль стен и прикидывая, сколько придётся вложить в реставрацию помещения, чтобы сюда можно было просто войти, Ирма с ужасом осознавала, что её сбережений едва хватит на ремонт, о мебели не может идти и речи. Размазывая по полу остатки штукатурки, осыпавшейся после попадания стула, девушка призналась себе, что сделала большую глупость. Потерять часть средств, конечно, неприятно, но отдать этому прохвосту всё и остаться с вот этим, — квинтэссенция глупости. И какой