Спящее искупление - Сэди Винчестер Страница 3

Рычание Люцифера перешло в ворчание, когда его гнев начал утихать.

— Если ты услышишь о чем-нибудь необычном, я хочу знать об этом. Понятно?

Я кивнула.

Наконец покинув угол моей комнаты, он подошел к моей кровати. Я могла различить только его смутные очертания, но его руки легли мне на плечи, помогая снова лечь. Расправив вокруг меня простыню, он легонько похлопал меня по макушке. — Хорошая девочка. А теперь поспи немного.

Мои глаза медленно закрылись, когда я устроилась поудобнее, позволяя сну завладеть мной после его ухода.

Люцифер всегда стремился к тому, чтобы быть на шаг впереди лучших, ему вечно нужно было поднимать планку. Хорошо, что он обратился к нужному ангелу для этой работы.

Глава Вторая

Маленькая кофейня гудела вокруг меня, люди входили и выходили, забирая свои утренние заказы на кофе. Все это было как в тумане, пока я оставался погруженным в свои мысли, сидя за маленьким столиком рядом с витриной с книгами, которые посетители могли почитать, пока они поглощали свой кофеин.

Я пробыл в Брикстоне всего несколько недель, маленьком городке в нескольких часах езды от Сиракуз, затерянном в горах Адирондак. Несмотря на то, что я поселился во временной квартире и у меня был почти год на подготовку к этому моменту, я все еще изо всех сил пытался найти в себе силы для этой встречи.

Когда я впервые переехал сюда, я знал, что здесь находится один из нескольких сотен порталов в Ад по всему земному шару. Кинли не появлялась ни у одного из других, и именно это привело меня в этот ничем не примечательный городок. Здесь достаточно жителей, чтобы с ними могли происходить странные вещи — и никто особо не удивлялся, не поднимал шума и не тревожил человеческие власти.

Как я и ожидал, уровень преступности был выше среднего, а количество убитых было поразительным. И в этом были все признаки того, что мне следует знать о нынешнем душевном состоянии Кинли.

Я обхватил кружку руками и стал постукивать пальцем по ее боку, пытаясь унять волнение. До девяти утра оставалось совсем немного — именно на это время она согласилась встретиться. А вдруг она знает, кем я стал? Попробует ли она отослать меня прочь?

Пальцами я заправил выбившуюся прядь назад и провёл рукой по тёмно-русым волосам, собранным в небольшой пучок. Мои серо-голубые глаза продолжали выискивать хоть какой-то признак её появления.

После очередного наплыва гостей в кофейню, именно тогда я увидел ее почти белые волосы. Боже, я люблю ее волосы, всегда любил. Мой член мгновенно отреагировал на воспоминание о том, каково это — лежать обнаженным рядом с ней, зарывшись руками в эти шелковистые пряди.

Она вышла на середину зала, обходя очередь у стойки, — и вид её просто выбил из меня весь воздух. И, откровенно говоря, мне было плевать, вернётся ли он обратно.

Кинли никогда не шла на компромисс на счет внешности, и, несмотря на то что в ней изменилось многое, это качество, похоже, осталось прежним. Джинсы плотно облегали её бёдра, а чёрная рубашка на пуговицах придавала образу повседневную небрежность. Светлые волосы были заплетены в косу, а сапфирового цвета глаза ярко выделялись на фоне тонких черт её лица.

Наши взгляды встретились — и она улыбнулась. Изгиб её губ заставил моё сердце втайне надеяться, что она всё ещё та самая женщина, которую я когда-то знал. Однако разум предостерегал меня от столь наивных мыслей.

Я встал, когда она подошла к моему столику. Я был готов схватить ее за лицо и страстно поцеловать после столетий разлуки. Как раз в тот момент, когда я почти поддался порыву, она протянула ко мне руку.

— Вы, должно быть, Алекс.

Сердце. Блядь. Разбивается. Вдребезги.

Давай, Кинли, ты должна вспомнить меня. Посмотри чуть внимательнее, ангел.

Прочистив горло, я протянул руку, чтобы нежно пожать ее.

— Э-э, да. Это я. — Соврал я, чувствуя, как это пожирает мою совесть.

— Я Кинли Уорд. Приятно познакомиться. — Она убрала руку и порылась в сумке, висящей у нее на плече, вытаскивая планшет, прежде чем сесть напротив меня.

Я уставился на нее, и мне было наплевать, сочтет ли она это грубым или неловким. Моя душа практически умоляет ее вспомнить меня, вспомнить нас. Какая-то часть ее должна была помнить.

Кинли что-то набрала на планшете, который держала в руках, но я просто стоял и смотрел на нее. Вероятно, ей показалось, что мои глаза сверлят дыру в ее голове, потому что она подняла взгляд и заметила, что я все еще стою там и просто смотрю на нее.

— Вы готовы приступать, верно? — спрашивает она меня с ноткой раздражения в голосе, прежде чем снова обратить свое внимание на экран перед собой.

Я быстро плюхнулся на свое место.

— Конечно, извините. Я просто немного удивлен.

Не отрывая взгляда от планшета, она произнесла: «Потому что красивые женщины не могут быть техническими гениями? Или потому что я не начинаю с вами заигрывать, чтобы заполучить ваш заказ?»

Я издал легкий смешок, она никогда не была против того, чтобы вызывать людей на словесную дуэль. Мне этого в ней не хватало.

— Нет, просто вы очень похожи на кого-то, кого я когда-то знал. Это невероятно.

Я вытер ладони о свои серые брюки, мысленно приказывая себе взять себя в руки. Я указал на нее.

— Пожалуйста, приступайте.

Ее глаза подозрительно оглядели меня. Я надеялся, что ношение моей белой рубашки и соответствующего серого жилета вызвало бы некоторый уровень узнавания ушедшей эпохи.

Детка, пожалуйста. Должна же быть часть тебя, которая не была потеряна. Я вижу тебя, почему ты не видишь меня? Просто посмотри немного внимательнее…

Я знал, что прошло пару сотен лет, и многое изменилось для нас обоих, но я должен был продолжать цепляться за лучик надежды. По приказу свыше я должен был скрывать свою истинную внешность и держаться на безопасном расстояние от Кинли. И хотя моя способность маскироваться сейчас была активна, это была довольно паршивая маска — такая, через которую она вполне могла бы видеть, как сквозь тёмную плёнку солнцезащитных очков.

Ангел-хранитель, урок первый: будь рядом, но словно тебя нет.

Это, казалось, оставляло много места для маневра, не так ли? Власть имущие никогда ничего не проясняли как день.

Отложив устройство, Кинли время от времени заглядывала в свои