Ученица пироманта - Ната Ли Страница 28

Мораг затаила дыхание в ожидании, что Аэрин заверит его, что вовсе не считает шрамы отталкивающими, но прошла минута напряженной тишины, затем две, а девушка по-прежнему молчала. Когда, наконец, она все-таки заговорила, ведьма услышала совсем не то, на что рассчитывала.

— Ты же прекрасно знаешь, что Менельдир меня все равно не отпустит. К чему все наши игры и пустые надежды? Я изо всех сил стараюсь держать свои эмоции под контролем, а ты все время, словно издеваясь, провоцируешь и проверяешь меня на прочность. Я же озвучила тебе единственное условие Темного короля, но ты сам не захотел его выполнить. Я согласилась встретиться с тобой в этот раз лишь для того, чтобы сообщить — так не может продолжаться и дальше. Пойми же, даже если я не выдержу и поддамся на твои уговоры, Менельдир своего решения все равно не изменит. Я принадлежу ему, как подданная Темного королевства, и поверь: с его магией тебе никак не справиться, можешь даже не пытаться!

— Ты так мало в меня веришь? — процедил сквозь зубы Юэн.

— Тебе легко меня упрекать! — взвилась блондинка, вскочив с кровати и принявшись судорожно поправлять лиф своего роскошного платья. — Если бы ты не лгал и на самом деле любил меня, то не счел бы в просьбе Менельдира ничего зазорного. Моя свобода стоит намного дороже, а ведь тебе даже жизнью рисковать не пришлось бы!

Аэрин ринулась к двери, но Юэн перехватил ее за запястье и удержал возле себя. Распахнутая на груди рубашка придавала ему максимально интимный вид, поэтому, когда он привлек эльфийку в свои объятия, Мораг смутилась еще больше прежнего. Подобное открытое проявление нежности против воли задело невидимые струны ее души даже сильнее недавней страсти. Мораг с силой прижала Давину к своей груди, внезапно ощутив вселенскую грусть и безысходность. Все-таки он сильно любил эту эльфийку, несмотря ни на что, и обращался с ней, словно с настоящей принцессой.

— Аэрин, прошу, доверься мне, — снова заговорил Юэн, и из шкафа их сплетенные фигуры показались ей практически единым целым. — Если я не спешу вступать в игру по правилам Менельдира, это не значит, что я не люблю тебя. Исход всей затеи и твоя свобода слишком важны для меня, чтобы я рискнул своей поспешностью все испортить. Прошу, наберись терпения. Еще совсем немного осталось, и мы будем вместе. Обещаю.

Когда комната наконец-то опустела (по счастливой случайности погасить свет за собой молодые люди в спешке забыли), Мораг еще некоторое время просидела в шкафу, бездумно уставившись в одну точку перед собой. Если бы кто-нибудь ее сейчас попросил описать свои чувства, у нее вряд ли бы получилось. Имела ли она право на ревность? Конечно, нет. Но от испытываемого сейчас разочарования, казалось, не было спасения. И даже Норри с его извечными остротами не объявился, как будто заранее знал всю бесполезность их возможного диалога. Через несколько минут к реальности ее вернул пронзительный писк хорька: Давине явно надоело сидеть на одном месте, и она всеми возможными способами пыталась привлечь к себе внимание и выбраться на свободу. Мораг со вздохом начала выбираться из шкафа, когда внезапно осознала, что ее что-то удерживает. Давину пришлось отпустить на пол, и зверек тут же шмыгнул к закрытым дверям, а она достала из недр большую картину в тяжелой бронзовой раме, за угол которой и зацепилась жилетом.

— Кто это? — недоуменно нахмурила брови девушка, увидев нарисованный портрет незнакомки. Судя по остроконечным ушам женщины — еще одна эльфийка, но явно не Аэрин, хотя несомненное сходство все же прослеживалось. Те же длинные белоснежные волосы, то же хрупкое, словно вытянутое телосложение… А вот глаза были зелеными, и общее выражение лица намного более волевое и решительное, несмотря на классически правильные идеальные черты. Но больше всего Мораг поразила ее одежда: не платье, а темно-зеленый мужской камзол. Похоже, загадкам в этом доме не было конца и края. Ведьма осторожно опустила картину обратно в шкаф, помолившись Деве напоследок, чтобы его хозяин не слишком старательно следил за месторасположением своих сокровищ. Пора было выбираться наружу.

Мораг выскользнула в коридор и не удержалась от вздоха облегчения, когда прикрыла за собой двери запретной комнаты. Впрочем, после всего она так и не поняла, чем именно та заслужила подобный статус, но гневить Руеридха своими расспросами точно не стоило. Опьяненный новообретенной свободой хорек метнулся по коридору к направлению выхода, а девушка решила направиться к себе в спальню. В голове после пережитого все еще стоял непонятный гул, и просто прилечь было ее единственным сиюминутным желанием.

Она уже начала подниматься по лестнице, когда ощутила, как левое плечо кто-то с силой сжал. Недоуменно обернулась и с удивлением поняла, что у подножия ступенек стоит Аэрин.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Не думай, что сможешь выставить и из меня идиотку! Думаешь, я повелась на твой дешевый маскарад и не поняла, что ты — девчонка?? Зачем ты проникла в этот дом? — прошипела блондинка, словно змея. Маска любезного ангела сошла с ее лица, которое сейчас исказилось в гримасе неприкрытой злобы.

— Что за чушь… — пролепетала Мораг, но длинные ногти эльфийки впились в ее плечо, заставив ощутить давление даже через жилет. Если бы не его надежная защита, Аэрин расцарапала бы ее до крови — в этом уже не оставалось сомнений.

— Я вижу, КАКИМИ глазами влюбленной коровы ты на него смотришь! Но даже и мечтать о нем не смей, пигалица, иначе я выцарапаю тебе глаза без долгих раздумий!

— Аэрин, Нейл, что вы здесь делаете? — раздался голос Юэна, вошедшего в коридор, и Мораг стала свидетельницей самой невообразимой трансформации, во время которой лицо эльфийки буквально за одну секунду резко разгладилось и приняло прежнее, немного блаженное выражение.

— Милый, мы с Нейлом поболтали совсем немного. Он пообещал мне, что будет о тебе заботиться в мое отсутствие. Это так мило с его стороны!

Аэрин, наконец, разжала свою ястребиную хватку на ее плече, и грациозно переместилась к Юэну, где тут же повисла на крепком мужском плече.

— Эм… — невнятно промычала Мораг в ответ, но ее уже никто не слушал — влюбленные голубки выпорхнули за поворот коридора.

— Святая дева, этот день когда-нибудь закончиться? — устало пробормотала себе под нос ведьма. Пожалуй, уже пережитых стрессов за столь короткий промежуток времени ей хватило с головой. Она взбежала по лестнице, словно за ней гналась стая диких вепрей, и только закрыв за собой