Истинная для врага Дракона - Милана Вейр Страница 27

Я вспомнила книги, которые когда-то читала только потому, что слышала: они нравятся Адриану. Теперь у меня появилась возможность поделиться впечатлениями. И он слушал с таким неподдельным интересом, что мне хотелось говорить еще и еще.

Странное наваждение рассеялось, когда неподалеку раздался грубый голос одного из воинов:

— Пошла прочь, побирушка!

Я вздрогнула и оглянулась.

Лиора, почти не участвовавшая в разговоре и украдкой смотревшая на Кайрана, указала в сторону:

— Какая-то нищенка просит еды.

Кайран и Адриан тоже повернули головы.

Неподалеку разворачивалась отвратительная сцена.

Совсем молодая женщина, не старше тридцати, в грязном платье и с растрепанными волосами стояла перед солдатами и что-то жалобно им говорила. Через плечо у нее был перекинут узел с младенцем. Лица ребенка не было видно — только неясные очертания под грязной тканью. Малыш не подавал ни звука.

— Пожалуйста, дайте хоть что-нибудь. Я три дня не ела, — повторяла женщина, обводя мужчин мутными глазами.

Вид у нее был настолько измученный, что смотреть становилось больно.

Один из солдат выругался и попытался прогнать ее. Тогда она упала на колени.

— Я заплачу чем угодно… только дайте еды. Умоляю!

— Да на тебя смотреть тошно, — бросил солдат и отвернулся.

Зато другой — коренастый, с тяжелым лицом — мерзко ухмыльнулся.

— Ладно. Пошли к кустам.

— Нет, этого я не вынесу, — вырвалось у меня.

Я посмотрела на Адриана и Кайрана.

— Почему мы не можем дать ей еды?

— Она все равно обречена, — равнодушно ответил Адриан. — Днем раньше, днем позже. Если раздавать припасы каждому встречному нищему, мы далеко не уедем.

Вспомнив, сколько просителей мы встретили в пути, трудно было не понять его логику.

Постоянные стычки между повстанцами и королевскими войсками, карательные рейды, грабительские шайки, набеги оборотней, воспользовавшихся смутой, — все это оставляло после себя людей без дома, еды и надежды.

Но вид этой несчастной голодной женщины с ребенком на руках задел меня за живое.

— Тогда я поделюсь с ней своей порцией.

Я вскочила, схватила со скатерти хлеб и сыр.

— Эй, подождите! — крикнула женщине, которая уже готова была идти за солдатом.

— Позвольте мне, — мягко сказал Кайран и перехватил мою руку.

Он взял еду и направился к нищенке.

Я перевела взгляд на Адриана. Он хмурился, но не возражал.

Когда Кайран был уже в нескольких шагах от женщины, перед моими глазами все поплыло.

Дар вспыхнул неожиданно.

Я увидела ее ауру: мутную, рваную, испещренную черными пятнами. Они пульсировали, росли, расползались, будто болезнь прогрызала ее изнутри. Я уже видела такое однажды — в обители, когда один из служителей заболел и его пришлось изолировать.

— Лорд Тангрид, стойте! Не приближайтесь! — закричала я. — Вы все, отойдите от нее!

Собственный голос дрожал от волнения, но я продолжала:

— Она заражена сухим мором!

Кайран замер. Сначала посмотрел на меня, потом на женщину.

А та вдруг рассмеялась. Безумно. Злобно.

Прежде чем кто-то успел ее остановить, она сорвала с груди узел с телом младенца и бросилась на Кайрана.

Он едва успел отскочить.

Женщина снова кинулась на него с диким визгом. Я услышала пронзительный крик Лиоры, в ужасе наблюдавшей за опасностью, угрожавшей человеку, которого она любила.

Солдаты повскакивали с мест, обнажая мечи.

Кайран тоже выхватил клинок.

Но женщина замерла сама, едва не наткнувшись на острие, и с ненавистью уставилась на него.

— Это все ты виноват! — закричала она. — Проклятые королевские псы! Ты убил моего мужа три года назад. А теперь из-за вас я снова потеряла все. Дом. Семью. Ребенка. Если заберу тебя с собой на тот свет, меня встретят там с радостью!

У меня помутилось в голове, когда я поняла, о чем она.

В поселения, поддерживавшие повстанцев, приходили карательные отряды короля. Скорее всего, ее дом сожгли в наказание. Боги-драконы знают, что эта женщина пережила, прежде чем в довершение всех бед заразилась сухим мором.

Неудивительно, что ее разум помутился.

И пусть она едва не подвергла Кайрана смертельной опасности, я испытывала к ней только жалость.

Эта несчастная словно олицетворяла мою землю: изувеченную и больную. Бьющуюся в агонии, но все еще сопротивляющуюся.

Наверное, похожие мысли бродили и в голове Кайрана. Он стоял неподвижно, хотя мог одним движением покончить с ней.

Но солдаты его колебаний не разделяли. Они медленно смыкали кольцо, держа мечи наготове.

— Прикончить эту бешеную, и делу конец! — выкрикнул тот самый солдат, что собирался воспользоваться ее отчаянием и только теперь понял, чего избежал.

— Пожалуйста, остановите их, — выдохнула я, глядя на Адриана.

Он пристально посмотрел на меня.

Потом пожал плечами:

— Хорошо. Не трогать ее.

На негнущихся ногах я двинулась к женщине, словно меня тянула неведомая сила.

Что-то внутри подсказывало: я могу ей помочь.

Может, я не спасу всех, кто нуждается. Но ее — смогу.

Я шла как в тумане. Звуки и очертания реального мира отступили. Остались только вспышки ауры, смутные силуэты людей, черные пятна болезни, пульсирующие вокруг женщины.

Кажется, Адриан окликнул меня, но я не разобрала слов. Я продолжала приближаться. Женщина настороженно следила за мной. Приступ безумия схлынул, и теперь она напоминала загнанного зверя, который уже не верит ни в жалость, ни в спасение.

Я смотрела на черные пятна в ее ауре и представляла, как они исчезают. Как будто зашивала прорехи на ткани, делая ее снова цельной. Пот выступил на лбу от напряжения.

Влиять на эмоции — одно. Пытаться исцелить телесный недуг — совсем другое. Я не знала, смогу ли. Но знала: должна попробовать.

С тихим, едва слышным шипением чернота начала отступать. На ее месте вспыхнули зеленые искры. Женщина вздрогнула всем телом и завороженно посмотрела на меня. Я поняла: она чувствует, что с ней что-то происходит, даже если не понимает что.

Кто-то грубо схватил меня за руку, когда я была уже в двух шагах от нее.

Ощущение нереальности исчезло. Я успела заметить, как зеленые вспышки в ауре женщины сами продолжают бороться с чернотой, — и видение оборвалось. Вернулся привычный мир. Я резко обернулась и увидела недовольное лицо Адриана.

— Вы вообще понимаете, что делаете? — прошипел он. — Нельзя приближаться к зараженным сухим мором.

Я уже хотела выпалить, что драконья кровь защищает меня от болезни, но вовремя прикусила язык, поймав предостерегающий взгляд Кайрана.

— Зачем вы подошли к ней? — спросил Адриан.

—