Девятый муж не нужен - Мила Морес Страница 27

Так, наш разговор скрасился необъяснимыми фокусами, и я не пожалела слов, чтобы выразить своё восхищение. Несколько раз импульсивно ухватилась за мужскую руку, а после быстро отдёрнула, почувствовав, что Джай не до конца остыл после сексуальных забав, организованных Десидером.

В разговоре я узнала много интересного о Марсании и о жизни Джаймира до нашествия. Если говорить просто, он был важным сотрудником в магической палате столицы. Его приняли на высокий пост благодаря уникальным способностям — он управляет водой. Создать её не может, но, если рядом есть водоём, как в данном случае, он может обрушить дождь на целую поляну.

Джаймир изучал природу и был своего рода метеорологом. Его способности помогли ему спастись при нападении гесейр. На пути к безопасной территории он встретил Тройсена, а позже они нашли десятилетнего Геликуса. Вдвоём переправили его во Льдистые скалы, а сами вернулись, чтобы помочь остальным.

Джай не хотел хвастаться, но я и сама поняла, что они с Тройсеном спасли многих людей, живущих неподалёку от Льдистых скал. Они переселили их, и сейчас эти люди составляют основу небольшого городка в Марсании. Туда же отправляют всех, кого удаётся эвакуировать с захваченных земель.

Интересно ещё и то, что оба мира не знакомы с разделением на государства. У них будто и нет такого понятия. Весь мир — это единый организм с отдельными центрами управления в городах. По размаху Айнхалла и Марсания гораздо меньше, чем Земля. Вероятно, поэтому им не нужны разделения по различным признакам. Все говорят на одном языке, не имеют значительных отличий во внешности. Да и погода в каждом мире меняется одновременно во всех точках.

После душевного разговора мы вернулись в дом, поужинали. Джаймир провёл меня до спальни, а сам отправился к остальным. Что там случилось, он мне не рассказал, но был сильно встревожен.

Мужчины не появились за ужином, отсутствовали и за завтраком. Я призналась себе, что скучаю, когда их долго нет рядом. Только вчера откровенничали и ласкались, а сегодня пропали без весточки. И странно то, что я так быстро к ним привязываюсь. Но ещё страннее, что не знаю, к кому конкретно.

Решила сама их поискать, тем более я и так примерно знаю, где они. Видела несколько раз, что мужчины ходят к мрачному каменному зданию, поэтому направилась именно туда.

Дверь легко поддалась, и я вошла вовнутрь, сразу ощутив знакомый запах сырости. Он навеял воспоминания о подвале, в котором я познакомилась с сексуальной восьмёркой.

Спускаюсь по извилистой лестнице, иду на звуки разговора. Мужские голоса обрываются, их заглушает девичий крик, и моё сердце сжимается от боли.

Ускоряю шаг, выхожу из-за поворота и от увиденного едва не падаю.

Хрупкая Эльтика висит на столбе, словно её распяли. На ней нет одежды, волосы срезаны почти под корень, на теле кровоподтёки.

— Что вы делаете?! — бросаюсь к ней, но Дарисвальд перехватывает меня. — Отпустите её! Ей же больно!

— Ш-ш-ш… — шуршит над ухом Дар, но я не хочу успокаиваться, продолжаю брыкаться.

— Вы звери! — истерично кричу. — Она же совсем девчонка! Отпустите её!

Дар держит крепко, и я вишу в его руках, барахтаюсь, бью его ногами и руками.

— Уведи её, — глухо говорит Вонтер, и я бросаю на него гневный взгляд.

Что с ним такое? Где тот ласковый мужчина, который ещё вчера целовал меня на траве? Сейчас его глаза налиты злобой, и мне становится страшно, потому что эта злоба может выплеснуться на меня.

Дарисвальд выносит меня наверх, ставит на ноги, продолжая удерживать за плечи. За нами выходят Априоль и Тройсен.

— Вы животные… — ядовито шиплю. — Я думала, вы будете опрашивать её, а не пытать! Она же почти ребёнок! Глупая девчушка с поломанной психикой!

— Она гесейра, — говорит Дарисвальд.

Априоль пытается меня обнять, но я отталкиваю его, обрываю все возможные прикосновения, поднимаю ладони вверх.

— Не трогайте меня…

Разворачиваюсь, лишь бы не смотреть на мужчин. Вспоминаю, рассказы Эльтики о жестокости марсанцев. Сейчас я вижу, о чём она говорила.

— Нэйди, — острые пальцы коснулись плеча, но я их стряхнула, — мы не издеваемся над ней, а ищем способ вытравить гесейру из женского тела.

— Она вся в ссадинах… На ней кровь…

— Это не её кровь, — говорит Дарисвальд. — Она убила слугу, помощника Панта. Разорвала его на части, когда пыталась сбежать. Мы оставили её без присмотра. Это было нашей ошибкой.

— Нэйди, — снова Априоль, — мы не звери. Но сейчас у нас нет выбора. Мы должны найти способ вытравить её из тела. Эту девушку потом подлечат, сотрут память, если потребуется. Нам нужно выяснить, как избавиться от гесейр.

Смахиваю слёзы, глубоко втягиваю воздух, разворачиваюсь к мужчинам. Не знаю, что я сейчас чувствую. Когда я увидела эту ужасную картину в подвале, подумала бог знает что.

Самая страшная мысль: «А что, если и со мной так поступят?».

Но их слова имеют смысл. У меня нет причин не верить. За всё время, пока я с ними знакома, никто ни разу не сделал мне больно, никто не принудил, хотя у них была такая возможность.

— Дайте мне с ней поговорить.

— Это плохая идея, Нэйди, — говорит Трой. — Она невменяемая и опасная. Сейчас это больше тварь, чем человек. В ней нет ничего человеческого.

— Пожалуйста, дайте мне попробовать. Мы с ней хорошо общались. У неё те же женские привычки, что и у меня. Она больше женщина, чем кажется.

— Можно попробовать, — говорит Дарисвальд, — но издалека. Не подходи к ней близко, не прикасайся, по возможности не смотри в глаза.

— Не будем рисковать, — Априоль стал впереди меня, правой рукой придерживает, чтобы я не вышла. — Это слишком опасно. Гесейры селятся только в женщинах. А что, если она перейдёт из одной в другую? Вдруг мы не успеем среагировать?

Мороз пробежал по коже, но я всё-таки вышла из-за широкой спины Априоля и шагнула к двери в подвал.

Дарисвальд меня обогнул, пошёл впереди, поддерживая меня за руку. Мы остановились в пяти метрах от закованной девушки. Она привязана к столбу, голова безжизненно опущена. Всё это жутко до тошноты, но я собираю остатки мужества, делаю шаг вперёд.

— Эльти, — зову вполголоса. Она не реагирует, и я зову громче: — Эльтика!

Голова дёрнулась и вяло поднялась. На меня взглянули чёрные глаза. Лицо исказилось улыбкой-гримасой.

— Помоги мне, Нэйдин, — говорит милым девичьим голоском, — они обижают меня. Пожалуйста, спаси… Они насилуют меня, а гесейры не любят против воли…

— Не верь, —