По праву крови - Ксения Родионова Страница 27

Анна сложила руки на груди.

— Здесь вы ничего не найдёте?

— В этом я не сомневаюсь, — от театральности голоса Кирона меня передёрнуло. — Ты ведь достаточно умна, чтобы не хранить компрометирующие документы в доме. Однако, ты также слишком сильно полагаешься на удачу и импульс, отчего действуешь безрассудно. Ну, что за глупость — бросаться в погоню за сокровищами, — от этих слов по моей спине пополз холод, ведь он практически повторял выражения, использованные Анной, — едва получив заветный ключик! — он изобразил в воздухе поворот ключа.

Она ответила ледяным взглядом. Даже мне такого не доставалось. Чан и Моррет спустились по лестнице и оказались в поле моего зрения.

— Здесь ничего, — отрапортовал Чан. — Никаких следов энергии, похожей на ту, что мы засекли в бункере.

Анна довольно хмыкнула. На мгновение я испытал гордость за её находчивость. Да, она не позволила мне добраться до документов, но и Кирону они не достались. Умно. Осталась верна себе.

— Пришлём сюда Чтецов, пусть проверят каждый угол, — Кирон улыбался, отдавая команды.

Он ничуть не расстроился, что документы не нашлись. Когда в дом прибудут Чтецы, они обыщут абсолютно всё при помощи техник и сигилов, выявляющих силу и все скрытые её применения. И мне было бы неплохо выбраться из этой западни, пока Чтецы не принялись за работу.

— Офицер Чан, производите задержание, — скомандовал Кирон.

Чан замешкался.

— Вы ничего не нашли. У вас нет оснований для задержания, — ответила Анна с вызовом.

Кирон снова шагнул ближе, каждое слово выплюнул с угрозой:

— Либо ты сотрудничаешь, либо я тащу тебя силой.

Офицер Чан тактично заметил:

— Капитан, мы действительно не обнаружили…

Кирон не отрывал взгляда от Анны.

— Подозрение в хранении запрещённых артефактов. Подозрение в сокрытии преступника. Подозрение…

Анна перебила:

— Подозрение — не доказательство!

— А допрос — отличный способ его получить. Руки за спину.

Он приготовился нанести запирающие сигилы.

— Ну, уж нет! — воспротивилась Анна. — Пока вы не предъявите внятные обвинения, я не позволю себя сковать.

— Ох, как трогательно — ты веришь в свои права, — он снисходительно улыбнулся. — Через час у меня будет твоё признание, через два — десяток свидетелей. Выбирай: лёгкий путь или… интересный.

— Чрезвычайно самонадеянно.

Анна отступила на шаг, вокруг пальцев запрыгали огненные искры. Я кричал из-за барьера, чтобы она не смела выступать против инквизиторов. Отчаяние и гнев захлестнули мой разум.

— Кажется, мисс Демаре желает добавить к списку правонарушений сопротивление при аресте и нападение на офицеров при исполнении, — довольно пропел Кирон, развёл руками в стороны, показывая, что он безоружен.

Чан и Моррет, напротив, настороженно приготовились. К моему облегчению, Анна взвесила свои шансы и погасила искры.

— Я согласна проехать с вами.

— Вот и замечательно. Однако блокирующие знаки мы обязаны нанести в любом случае. Офицер Чан.

Кирон небрежно махнул рукой, передавая полномочия Чану. Тот неуверенно приблизился к Анне. Рядом с её высокой фигурой с гордо поднятой головой, он выглядел жалко. Анна не сводила глаз с Кирона, пока Чан наносил блокирующие силу круги на её запястья и шею.

— Прошу, — скомандовал Кирон, указал на дверь, бросил последний взгляд в сторону моего укрытия.

Ушли. Я продолжил бить по барьеру различными кругами и силой напрямую, но он, будто с издёвкой, поглощал все мои удары. В конце концов я решился использовать ту же монету — если кровь не сработает, остается только ждать. Я попытался в точности вспомнить круги крови, которые успел мельком изучить в не самых одобренных Инквизицией книгах. Проколол палец, нанёс сигил очищения на пол. Как только моя сила хлынула в круг, я познал стоимость этой магии: тошнота, истощающая слабость и головная боль мгновенно прибили меня вниз. Чем больше моей энергии утекало в круг, тем слабее я был. Как Анна умудряется использовать силу крови так часто⁈ К счастью, скоро круг стал достаточно сильным, чтобы стереть барьер. Я прервал связь, пока эта дьявольская метка не успела меня прикончить.

Кое-как выполз из кладовки и с трудом поднялся на ноги. Документы я уже упустил, так что мне оставалось только вернуться ни с чем и планировать вызволение Анны. Я вывалился в промозглую ночь и поковылял до калитки, где, опершись о решётку забора, ожидал…

— Кирон.

— Так-так… А вот и наш крысёныш. Похоже, тебе придётся объяснять руководству, почему ты провалил задание.

Я скинул остаток энергии в руку, из которой всё ещё сочилась кровь, вот только её было так мало, что она с пшиком улетела в холостую. Ритуал крови потребовал слишком большую цену.

— Ай-яй-яй! Кажется, кто-то баловался с запретными техниками, — опять его дрянные насмешки. — Нам предстоит долгий разговор. И как же кстати наша умница Анна вынудила тебя истощить свои силы, чтобы нам не пришлось прибегать к бессмысленному насилию.

Он был прав: сейчас у меня не было никаких шансов против него, полного сил и радости от созерцания моего провала.

— Проедем же для дачи некоторых объяснений, господин Уильямс.

12. Под стражей. Анна

Я мерила шагами крошечную камеру от двери до зарешёченного окна. Восемь шагов в одну сторону. Единственная лампа над койкой едва освещала помещение. Время тянулось медленно. Наконец дверь со скрежетом открылась и в камеру вошёл офицер Чан всё с тем же виноватым видом.

— Офицер Чан, — представился он и протянул мне стопку сложенной тюремной одежды. — Мисс Демаре, вам необходимо переодеться.

Я смерила его презрительным взглядом и коротко ответила:

— Нет.

— Таковы правила.

— Пока мне не разъяснят, по каким обвинениям меня задержали и кто отдал приказ о задержании, я ничего не буду говорить или делать.

— Я не уполномочен давать подобные разъяснения.

— Так позови того, кто уполномочен.

Чан учтиво склонил голову и покинул камеру, оставив одежду на краю койки. Я продолжила ходить по камере, пока дверь снова не распахнулась, и внутрь не влетел Кирон.

— Переодевайся! — он схватил с койки робу и швырнул в меня.

Одежда упала на пол, я лишь проводила её взглядом.

— Нет.

— Я не стану повторять.

— А я не стану переодеваться.

Кирон шагнул ко мне. Чан возле двери напрягся, видимо,