Война Трёх ведьм - Рита Корвиц Страница 27

Глава 21. Поддержка

— Диона, ну ты скоро там? — Глион топчется у крыльца, держа в руках плетёную корзинку.

Несмотря на холодный ветер, солнце греет тёмную макушку. Глион зарывает нос в колючий шарф, связанный матерью и смотрит в окна дома семейства Боме. Диона должна выйти с минуты на минуту.

Она и Цинна стали жить у Ланики и её бабушки почти сразу же после кончины матушки, а позднее, после поступления Ланики в университет и её переезда в Глендо, вся работа по дому и забота о мадам Агеле легла на плечи сестёр. Глион помогал чем мог. Сам он остался в Акаро, готовясь перенять бизнес отца.

— Иду! Уже иду! — Диона выбегает из дома, поправляя шаль на плечах. Показавшаяся в дверях Агела с мягкой улыбкой машет ребятам и прикрывает дверь.

Глион треплет тёмные волосы и вслед за девушкой идёт в сторону базарной площади. Со всех сторон привычно раздаются зазывные выкрики, приглашения и призывы. Запах вяленого мяса смешивается с ароматом топлёного молока. Глион и Диона подходят к лавке с фруктами. Девушка начинает придирчиво выбирать яблоки. Морщинистый улыбчивый дедушка-торговец смотрит на них усмехаясь и говорит:

— Какая у тебя, парень, девчушка красивая.

Диона поднимает удивлённый взгляд на старика, откладывая яблоко в сторону, а у Глиона краснеют кончики ушей.

— Ох, нет, нет, вы всё не так поняли, — улыбаясь, качает головой ведьма. — Мы просто друзья.

Глион, не переставая светить красными ушами, молча кивает в подтверждение.

— Вот оно как, — разочарованно вздыхает дедушка. — Как жаль. А так красиво смотритесь вместе.

Глион кашляет и переводит тему.

— Почём яблоки?

Торговец называет цену. Ведьмаг отдаёт ему монеты складывая покупки в корзину. Диона ворчит, что может расплатиться сама.

— Д-диона? — вдруг раздаётся смутно знакомый голос.

Ведьма разворачивается и видит перед собой мальчишку. Ёжик серых волос заставляет Диону внутренне простонать. Филлис смотрит с привычным ему обожанием. Диона сдерживается чтобы не состроить недовольную гримасу. Ей надоел этот приставучий мальчишка. Глион за спиной хрюкает, сдерживая смех.

— Не ожидал тебя тут встретить, — весь светясь от счастья, Филлис подходит ближе.

— Да-а, я тоже… — тянет Диона, оглядываясь назад на Глиона и взглядом прося помочь.

Но маг, будто специально, отошёл к ближайшей лавке, заведя разговор с продавцом. Ведьма проклинает друга на ночь, полную кошмаров.

— Что, эм, что ты тут делаешь? — задаёт самый глупый из всех возможных вопросов Филлис. Шея и кончики его ушей светят красным.

Диона на всякий случай оглядывается, проверяя точно ли она находится на базарной площади, пару раз моргает и отвечает:

— За покупками пришла.

— Ясно, — кивает Филлис, как-то сконфуженно. — Ясно. А я тоже, за покупками.

Неловкость достигает своего предела. Дионе хочется завыть волком и убежать куда подальше.

— Ну тогда удачных покупок, а мне пора, — быстро говорит ведьма и подхватив Глиона под руку, обходит Филлиса и растворяется в толпе.

— Мне кажется он расстроился, — безэмоционально констатирует Глион, прекрасно понимая, что сейчас творится в сердце у мальчишки.

— Поделом ему, — раздражённо бросает Диона, замедляя шаг. — Может больше не будет меня бесить. И чего он ко мне липнет?

— Ты правда не понимаешь? — спрашивает Глион.

— Чего не понимаю? — вопрос в глазах подруги заставляет ведьмага глубоко вздохнуть.

Диона всегда была плоха во всём, что касалось чувств и эмоций. Она не понимала не только то, что чувствует сама, но и то, что испытывали другие. Именно поэтому ей часто с трудом давалось общение с людьми.

Диона и Глион продолжают неспешно бродить по базару, закупаясь продуктами из списка мадам Боме.

— А ещё надо купить новых глиняных горшочков. Цинна умудрилась в прошлый раз разбить несколько, когда убиралась.

— Могу подарить вам некоторые из новой партии, — предлагает Глион.

— Правда? Было бы замечательно! — улыбается Диона.

Ведьмаг зеркалит её улыбку, но в него она выходит какой-то грустной, пропитанной сожалением. Понимание того, что его чувства, надёжно спрятанные глубоко в сердце, никогда не будут услышаны и приняты неприятно давило под грудной клеткой. Он спрашивает, заходя издалека:

— Как там Ланика?

— Хорошо, — кивает Диона, бросая быстрый взгляд на друга. — Должна приехать на выходных. Бабушка её очень ждёт, в последнее время только о ней и говорит.

— Разве Ланика не возвращалась домой на прошлой неделе?

— Да, она приезжает, как только выдаётся возможность. Не успеваешь соскучиться, как она снова дома. Ай, какая колючая! Нет, это не подойдёт, пойдём ещё поищем. Но ты же понимаешь, что мадам Боме даже таких частых встреч не хватает.

— Сложно наверно привыкнуть, что человек, который всегда был рядом вдруг оказался где-то далеко и не сможет прийти, если его просто позвать.

— Да, сложно, — тихо соглашается Диона, вдруг замедляя шаг. Глаза её затуманиваются мыслями, зубы прикусывают нижнюю губу.

Глион вздыхает. Сердце не перестаёт колоть.

— Вспомнила о нём? — натянув на лицо улыбку, спрашивает ведьмаг.

— Хах, — приходит в себя Диона. Взгляд её проясняется, и девушка ухмыляется. — Иногда мне кажется, что ты можешь прочесть меня как открытую книгу, Глион. Да, ты прав.

Диона проводит рукой по мягкой с виду серой пряже, трёт между пальцами и спрашивает у торговки, тучной женщины с хмурым взглядом, цену. Положив покупку в корзину, девушка поправляет шаль на плечах и спрашивает у Глиона.

— Давай прогуляемся? Из списка вроде всё купили, а времени до заката ещё много.

И не дождавшись ответа уходит быстрым шагом. Глион догоняет её на выходе с базарной площади. Диона молча шагает, царапая колючую шерсть шали на плече, а затем резко разворачивается к Глиону, заглядывая тому в глаза.

— Скажи, со мной что-то не так?

Ведьмак удивлённо приподнимает брови, но не успевает ответить. Диона мотает головой и садится на ступеньку лестницы чьего-то дома, роняет голову на сложенные на коленях руки.

— Что ты имеешь ввиду? — Глион садится рядом. — Что-то случилось?

Диона мычит в колени, потом поворачивается голову и грустно смотрит на парня.

— Я просто не понимаю, — тихо произносит ведьма и замолкает.

Глион терпеливо ждёт продолжения, но Диона молчит и только кусает губы.

— Эрбин что-то сделал? — хмурится Глион.

Злость тут же начинает закипать внутри. Ведьмаг, понимая, что не имеет никакого права ревновать и злиться сжимает под плащом кулаки, стараясь привести разбушевавшееся сердце в норму. Но, к удивлению Глиона, Диона качает головой.

— Нет, он ничего такого не сделал. Но в этом и есть причина, — заметив непонимание в глазах друга, девушка поясняет. — Как ты думаешь мы с Эрбином встречаемся?

— Ну