Изгнанная драконом. Школа-сад попаданки - Ксения Есенина Страница 26

— Какие чудные истории ты им рассказываешь, — удивлённо заметила она. — Колобок какой-то, рябая курочка, поросята-строители, говорящие медведи из леса… Откуда ты всё это взяла?

— Это сказки, которые в моём мире читают маленьким детям. —  Я нахмурилась. — Почему-то в книжной лавке Гвента я не нашла детских книг. Продавец меня даже не понял. Так странно.

Мне казалось, здесь тоже найдутся свои сказки о маленьких непослушных дракончиках или капризных ведьмочках, но меня ждало разочарование и недоумение.

— Детские книги? — переспросила Ида. — А! Ты, должно быть, имеешь в виду рассказы в назидание.

В ближайшую субботу я с самого утра поехала в Гвент, зашла в ту же книжную лавку и спросила, где найти «рассказы в назидание». Продавец сразу указал мне стеллаж. То, что я там обнаружила, заставило волосы встать дыбом.

В моём родном мире детские невинные сказки тоже далеко не всегда существовали в привычном нам виде. Чего только стоила оригинальная Золушка. И всё же мне, женщине из двадцать первого века, моральный компас не позволял читать своим подопечным жуткие кровожадные подробности расправы над непослушными детишками.

В общем, «рассказы в назидание», мягко говоря, совершенно не вдохновили.

Я уже отчаялась и хотела покинуть лавку ни с чем, когда заметила в дальней части самой нижней полки тонкие корешки. Они были плотно зажаты и задвинуты так глубоко, что не сразу увидишь. Книжечки оказались без переплёта и сильно потрёпаны.

Стоило лишь прочесть краткое содержание, как мои глаза торжествующе засветились. Это же ровно то, что мне и нужно! Я с восторгом листала странички с плохо отпечатанным бледной краской крупным текстом. Самые настоящие местные сказки! Жаль, картинок нет. Но какая удача!

У продавца натурально вытянулось лицо, когда я положила перед ним стопку потрёпанных брошюрок.

— Беру всё! Сколько с меня?

Хозяин лавки, а он явно или был им сам, или имел к нему прямое отношение, вроде и собирался возразить, но желание сбыть наконец никому не нужный товар пересилило. Отсыпав на прилавок необходимое количество монет, я радостная вышла на улицу.

Нужно обязательно связаться с автором. А то бедняга живёт и не знает, что его творчество теперь востребованно. Сама-то я сочинять никогда не умела и очень переживала, что делать, когда записанные мной знакомые сказки кончатся и дети запросят что-нибудь новенькое.

Одним словом, работа кипела, и всё шло своим чередом. Моя энергия била ключом: молодое здоровое тело плюс прежний педагогический опыт составляли поистине гремучую смесь. Я куда легче справлялась с адаптацией детей и трудными ситуациями.

Но совмещение сразу четырёх должностей в одном лице вскоре дало о себе знать. Быть воспитателем я умела, а вот заведовать учебным заведением, вести бухгалтерию и документацию — нет. Из-за высокой загруженности и отсутствия необходимых компетенций всё чаще случались ошибки. Где-то внимание рассеивалось, а где-то начала сказываться банальная усталость.

К тому же дети понемногу, но прибавлялись. Теперь их было уже не десять, а четырнадцать. Если так дальше пойдёт, то вернее будет разделить их на две плюс-минус равные по возрасту группы.

Мудрый человек думает на перспективу, а не надеется на авось.

Вот и я окончательно осознала, что мне очень нужна напарница. Хотя бы один человек, который забирал бы у меня половину недельной нагрузки работы с детьми, чтобы я могла заняться требующими внимания административными и хозяйственными делами. Вникнуть в тонкости, изучить больше литературы, приобрести новые знания.

Единственный доступный мне способ найти работника — подать объявление в газету. Но как это сделать, если единственную же редакцию в Гвенте контролирует отец невзлюбившей меня бывшей подружки Ленар Молинар?

Глава 23

На выручку, как всегда, пришла Ида. Не знаю, что бы я вообще без неё делала.

— А зачем тебе давать объявление в газету этой мымры? — с простодушной прямолинейностью спросила няня за обедом в воскресенье.

К выходным погода испортилась. Налетел сильный ветер, небо заволокло тёмными тучами, будто тяжёлым ватным одеялом. И вот уже второй день округу поливали непрерывные дожди.

Под барабанную дробь капель о парапеты при уютном свете магических светильников (к которым я почти успела привыкнуть) мы с моей верной помощницей сидели на кухне и обсуждали, что делать дальше.

Стуча ложкой о керамические бортики миски, я собрала остатки холодного борща. Всю неделю парила жуткая жара, так что, несмотря на ливни, по-прежнему хотелось освежиться.

— Ну как зачем? Мне ведь нужно найти себе напарницу. Одна я всё не вытяну.

Ида забрала у меня пустую миску и поднялась, ножки стула тихонько скрипнули по каменным плитам пола.

— Ты ж сама сказала, что не хочешь никого переманивать, — напомнила она, складывая посуду в раковину. — Гвент — город маленький, свободных гувернанток там нет, все при деле. А если и появляются, то приезжают в конкретную семью.

— Ох, и правда. Я об этом как-то не подумала. Тогда что мне делать?

— Отправляйся в Ливеллин. Это ближайший крупный город, от Гвента в двух часах езды на поезде. Подашь несколько объявлений в крупные газеты. Там фамилия твоя не особо известна. Да и людям все предрассудки по боку. Главное — плати, а уж какие о тебе легенды плетут где-то за тридевять земель — им неинтересно.

Так я и поступила. Заблаговременно предупредив родителей о том, что в ближайшую пятницу детский сад не будет работать, отправилась на утреннем дилижансе в Гвент, где купила билет до Ливеллина и села на поезд.

Я выбрала самое дешёвое место из возможных, чтобы не тратить зря деньги. Ещё нужно будет перекусить в городе, да и объявления наверняка влетят в копеечку.

Несмотря на цену билета, в вагоне оказалось довольно мило. Стены были обшиты выкрашенными в зелёный цвет досками. Широкие деревянные скамьи с высокими спинками располагались парами друг к дружке напротив окон, а между ними стояли квадратные столики.

Всю дорогу я, не отрываясь, смотрела на пробегающие мимо поля, далёкие леса и деревеньки. Невозделанной земли практически не было, а если и раскинулось где-то широкое сочно-зелёное одеяло шелковистой травы, то только для того, чтобы там пасся скот.

Ливеллин встретил шумом и бурлящей толпой. Пробираясь по перрону, я только успевала придерживать одной рукой длинную юбку лёгкого летнего платья, а второй — шляпку, любовь к которым неожиданно проснулась во мне не так давно.

Теперь я наглядно видела разницу между чинным, неспешным, порой