Свет и Тени - Катарина Гросс Страница 24

Рядом услышала тихое:

— Не останавливайся, — обратился Летар неизвестно только ко мне или к Тиму.

Я окончательно расслабилась и отдалась страсти. Напор Тима, его дикая сила и буря в его серых глазах выбивала из меня каждую частичку впитанной боли и с каждым толчком наполняла легкостью и освобождением, даря облегчение, словно волны экстаза смывали весь груз с души. Когда наши финальные стоны блаженства эхом огласили своды пещеры, накатил волна усталости, и я мягко отключилась.

27. Тим

Я трус. Раньше все думал, что я достаточно силен духом, ведь, живя в постоянном стрессе, до сих пор держался, но теперь я совершенно точно знаю, что трус.

Выйдя из поместья, первым делом я пошел к утесу. С его высоты открывалась впечатляющая красота, но взгляд, устремленный к подножию, устрашил меня. Черный острый каменистый берег реки мог бы стать моим последним пристанищем. Всего то и нужно было сделать один шаг вперед в пустоту, но я не смог. Стоял долго на краю и никак не мог решиться. Все что-то останавливало. Наверное, все же страх, я не смог с ним справиться, поэтому мне пришлось спуститься по узким ступеням вниз и войти в холод темного прохода пещеры.

Ноги сами меня понесли известной дорогой. Я правильно сделал, что решил умереть в том самом зале, где уже однажды умерла моя душа и вера, где навсегда пропал для меня свет.

Нужный туннель нашел быстро и вошел в мое последнее пристанище. Долго бы мне тут все равно не пришлось находиться, потому что хоть тело и было живо и здорово, но мой магический резерв уже давно был пуст, а привязка, с каплей магии к новой хозяйке, лишь на некоторое время отсрочила мою смерть.

Я лег на стылую не свежую постель со следами моей боли и стыда и прикрыл глаза. Прежде чем провалиться в липкий то ли сон, то ли беспамятство подумал о Летара и Рике. Они, скорее всего, будут сожалеть обо мне. Я действительно мог их считать родными мне людьми. В других условиях мы могли бы стать хорошей семьей. Той семьей, которые были у нас в детстве, где друг друга любили и заботились, где было спокойно и светло. Дальше поразмышлять у меня не получилось, потому что темнота меня поглотила.

Очнулся я от могучей силы, что бурлила внутри меня. Неукротимая и живительная магия несла легкость и сияние, наполняла меня чистотой и светом. Эта энергия, словно мощный поток живой воды, вливалась в меня, смывая всю грязь, что так долго копилась во мне. Оказалось, что Лея вливала в меня свою магию, а я впивался в неё, словно пиявка, жадно высасывая этот живительный поток, не в силах оторваться.

Её отклик на мою ласку, её дыхание и прикосновения зажгли во мне новый огонь. Я наполнился решимостью и страстью, желая большего, стремясь глубже и сильнее. Поддавшись этому притяжению, я взял инициативу в свои руки и навис над ней, продолжая то, что нам обоим приносило удовольствие. Мы сливали наши души в едином экстазе, пока не дошли до предела наслаждения. И лишь тогда, когда я полностью испил её удовольствие, Лея мягко отключилась, а я увидел Летара.

— Все выкачал из бедной девочки? — он сел рядом с ней на постель укутал ее в свою рубаху и взял на свои колени. — Как ты? — спросил меня.

— Вроде хорошо, только не пойму, зачем вы здесь?

— А сам не догадываешься? — я опустил голову. — Слушай меня внимательно. У нас не простая хозяйка и к ней нельзя относиться как к обычным Светлым магичкам, — непонятно начал он. — Она маг Тени, — но, увидев мои округлившиеся от страха глаза, не дал запаниковать. — Посмотри на нее, — я послушно перевел взгляд и увидел прекрасную нежную девушку, которая смогла очистить меня от терзаний, боли и скверны и этим принести облегчение моей душе. — Ты не понимаешь, Тим? — я покачал головой. — Она единственная в нашем мире маг Тени. А знаешь к чему это приведет?

— Нет.

— К тому, что наш мир, наконец-то, может придти в равновесие, обрести баланс, но сначала нужно сберечь ее от нас, других и самой себя, — он приманил меня к себе и аккуратно приоткрыл край своей рубахи так, чтобы обнажилась спина Леи. А там… на ее узкой спине с белой нежной кожей красовались тонкие длинные прямые полоски, которые пересекали всю ее спину и я вмиг узнал их, поэтому просто потерял дар речи. — Ее преследуют собственные кошмары и страхи, — пояснил Летар. — А ее магия, очищая и излечивая нас, проносит все эту боль и грязь через нее. Понимаешь?

— О, небеса!!! — с ужасом осознал я реальность. — Сколько же ей пришлось перенести, сколько перестрадать, — мне стало ее так жаль, такую нежную, ранимую.

— Теперь ты понимаешь, что нам нужно быть сильными, чтобы, когда понадобиться, мы смогли защитить ее? Сейчас нет времени приходить в себя, жалеть или тешить свое покалеченное эго, — серьезно проговорил Летар, но это я уже итак понял. — Мы здесь до утра, думаю, раньше она не проснется, поэтому смени постель и подготовь перекусить, все необходимое найдёшь в моей торбе.

28. Лея

Утро вновь встретило меня стуком сердца под моим ухом и я уже точно знала, что широкая грудь с черными кучерявыми волосками, на которой я мягко устроилась, принадлежит Летару. — «Это уже стало приятной традицией» — подумала я. Приподнялась. Он, полусидя, оперевшись об изголовье кровати, спал, но продолжал обнимать меня своими сильными руками и охранять от всего внешнего мира. И это было приятно. Рядом спал крепким здоровым сном Тим. И на моем сердце впервые за долгое время поселилась легкость и спокойствие. Я хотела встать с него, но только пошевелилась, как меня еще крепче прижали к себе. Он открыл глаза:

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — Ничего не болит, голова не кружится?

— Все хорошо, Летар, — сказала я и улыбнулась. Он был так хорош, хоть и со спутанными темными волосами, выбившимися из-под резинки и с колючей щетиной на щеках. — Как состояние Тима? — в ответ просила я.

— С ним все хорошо, благодаря тебе. Спасибо тебе за его спасение, Лея.

— Да ладно… Когда он проснется? Нам скоро можно будет уже возвращаться?

— Да, только сначала я