Путешествие в Древний Китай (СИ) - Лора Лей Страница 22

письма я не имею права. А относительно, кто и для кого… Думаю, все просто: поместье — приданое Руо, оставленное ей твоей мамой, вещи, скорее всего, тоже её. Возможно, и ключ был где-то в вещах матери. Просто Руо не успела об этом узнать или мама ей не успела сказать… А вот модные вышивки или нет… Моя бабушка тоже была мастерицей, ее работы покупали ценители за большие деньги, настолько они были хороши. Так вот эти очень напоминают мне ее рукоделие… Её техника вышивки называлась сучжоуской или Су Сю (одна из «четырех великих вышивок Китая» наряду кантонской, сычуанской и сянской. Двусторонняя, отличается тонкостью и полихромностью использованных нитей, продольностью стежков, великолепным дизайном, мастерством исполнения — даже светотень передают! Можно сказать, что это картины, «нарисованные» шелком).

— Сучжоу недалеко от нас, мама училась вышивке у мастерицы из Сучжоу до замужества, и сестру она же обучала, я ее помню, она жила у нас, когда я маленький был! Потом уехала, к родным или замуж вышла, не знаю… Но у ВАС тоже есть Сучжоу? И ты умеешь вышивать? — мальчишка пораженно уставился на пришелицу.

Бай Ниу расхохоталась:

— Не-е-ет, увы и ах, вышивать я не умею! Совсем. Бабушка пыталась меня к этому делу пристроить, но не не получилось! Ну-у-у, простенький рисунок я, при желании, на ткани изображу, конечно, но истинные шедевры мне не под силу… Вот часы отремонтировать или карбюратор разобрать — это я запросто, а иглой картину — не-не-не, извините!

— Не понял, что ты сейчас сказала? Какой бюра — что?

— Братец, это потом, деньгами займись — они счет любят.

Бай Ниу подошла к шкафу, где лежали книги и небольшой сверток из однотонного шелка. Книги были рукописные и посвящены: одна — ведению домохозяйства (рецепты, расчеты и пр), вторая — простейший травник. Сверток скрывал пару красных туфелек, вышитых мелкими цветочками — очень милые башмачки на маленькую ножку. Ниу показала их брату, но его внимание было поглощено пересчетом серебра, поэтому туфельки она снова завернула в шелк и положила обратно на полку.

Бай Юн тем временем разложил по всему столу серебряные слитки разного номинала — так поняла Ниу, глядя на их размеры: в виде лодочки сантиметров по десять в длину, было больше, а по пять-шесть — меньше, ещё сбоку притулилась горка лома (ну как ещё назвать бесформенные кусочки?).

Бай Ниу смотрела на эту выставку серебра и думала: опять противоречия. Как она помнила, эпоха Сун прославилась самой сложной и неупорядоченной денежной системой, в которой основное хождение имели железные и медные монеты наряду с бумажными ассигнациями. Про серебро в этот период ее память молчала, так что...

Это при условии, что ТА Сун и ЭТА… Нет, равенство не пройдет, у неё мелькала эта мысль, и серебро опять же… Юн говорил о Великой Сун, а такого определения в ее прошлой жизни она нигде не встречала, точно… Вот время, да, Х-ХIII век, хотя… Бай Ниу историю помнила в основном, детали же её интересовали меньше, а предпочтения она всегда отдавала развитию техники и науки.

Так что с денежными вопросами — это не к ней, пусть абориген разбирается. Главное — деньги у них теперь есть, и видимо, достаточно, раз парень так оживился.

— Сяо Юн, оторвись на минутку! — братец послушался и уставился на Ниу. — По твоим подсчетам, этого хватит для поездки в столицу?

— Сестра, здесь шесть слитков по десять лян, пять — по пять лян, остальные кусочки примерно ещё пять лян, итого девяносто лян! Это много, понимаешь? Нет? Ну, смотри: за обучение в школе мы платим по десять лян в год сразу или по одному — каждый месяц, так выходит дороже — двенадцать лян. Это включает в себя учебу, комнату, питание, прочие дополнительные занятия и пользование библиотекой. Лян серебра — это тысяча двести меди. На пять медных монет можно купить большую паровую булочку с мясом или две — с овощами, или большую миску лапши с мясом — мы так иногда с братом обедали. Сестра платила своим первоклассным слугам пять лян серебра в год, и это хорошая плата!

«Ну, хоть что-то отец вам оставил, исходя из суммы в завещании… Акция, правда, одноразовая, и против остального, судя по всему, один волосок с девяти быков. Ладно, забыли» — проворчала про себя Ниу, а вслух произнесла:

— Значит, на некоторое время о безденежье можно забыть. Тогда шуруй к тетке Мэй и узнай, можем ли мы завтра попасть в город. Кстати, в какой? И еще — правящая династия давно у власти? И как называется столица ваша? Она не менялась?

Бай Юн тряхнул головой, отрываясь от серебра на столе:

— Ага, не должны еще спать. Наш город — Шаосин, столица Великой Сун — Ханчжоу, и всегда ею была, с самого основания, а что? Сейчас идет четырнадцатый год правления императора Мао Цзуна. Предыдущая династия — Ся, она пала….давно уже, я забыл… Мне тринадцать лет, тебе — семнадцать, брату — девятнадцать. Твой день рождения совпадает с Осенним равноденствием (23/24 сентября), а брат родился в Цинмин (5/6 апреля). Ты еще поэтому так расстроилась из-за слов Чунтао о помолвке, что возраст для брака почти вышел из-за траура по маме, а тут и отец… Перестарок, да брошенная… В общем, плохо и стыдно для девушки такое… Я так думаю… думал...

— Понятно… Ну, иди уже, узнавай! — грубовато одернула его Ниу, не давая парню расстроиться. Ни к чему на ночь глядя такие мысли в голову брать.

Вскрывать сундук решили после возвращения из города: всё нужное у них было, а что бы там ни лежало — целее будет.

* * *

Брат убежал к экономке, а попаданка, вглядываясь в ночное небо за окном, думала о том, что все-таки её занесло в так называемую фантастами пространственно-временную параллель, где много похожего, а еще больше отличного от прошлой истории… Одно имя действующего императора чего стоит — почти «великий кормчий»… Нет, надо смириться, перестать сравнивать прошлое и настоящее и просто осваиваться здесь, используя сохранившиеся, слава богу, память и здравый смысл… Может, оно и к лучшему, что все именно так случилось, а?

Глава 18

Спали брат и сестра (теперь уже можно так сказать) снова на одной кровати и довольно крепко. Сообщение от тетки Мэй помогло: добрая женщина, невзирая на позднее время, отправилась к деревенскому вознице, заплатила ему и договорилась, что утром он отвезет господ в город.

Оказалось, что